Убить Беллу
Шрифт:
– Да, тут ты права. Коварства ей не занимать. Тебя вот хренью какой-то опоила... Кстати, я тут с экспертом вчера встречался. Ну, который кровь твою на экспертизу брал. Натуральный ботаник, не голова, а Дом советов, все знает. Он и у Кати Граковой кровь смотрел. Так вот, Катю опоили той же хренью, что и тебя...
– Значит, это Белла ее убила.
– Ну не я же... Белла ее убила. Я так думаю, она ее где-то по дороге подобрала. Коньячком угостила. А когда ее заклинило, кровь из нее выкачала. Ну а что шею свернула, так это чисто для инсценировки. Изнасилование – тоже имитация. В секс-шоп заглянула,
– А зачем насиловала вообще?
– Ей, по сути, все равно было, на кого падет подозрение, на мужа или любовника. Главное, чтобы на нее саму никто не грешил. Впрочем, сейчас не так важно, как и почему все произошло. Соль в том, как было потом... Катю она убила, чтобы от мужа избавиться. Не знаю, может, сильное душевное волнение, может, еще что, но, в общем, она сама кровушки чужой-то попробовала. А в кровушке хрень, которой она Катю подпоила. Не знаю, какая там реакция произошла, но коктейль убойный получился. В общем, Белла от этого коктейля капитальный приход поймала. Я так думаю, она конкретно подсела на него. И ей уже хотелось убивать, чтобы получать кайф. Но, видно, баба она практичная. И решила вторую свою жертву посвятить Елагину, в благодарность за то, что он ее бросил. Сначала Ася Малыгина погибла, затем Ольга Ярышева...
– Именно это она мне и говорила, – вспомнила Лариса. – Ей очень понравилась Катина кровь. Поэтому были Ася и Ольга. Следующей жертвой должна была стать я. Только она не сказала, кому она меня посвящает...
– Кому-нибудь бы посвятила. Мне, например. И с тобой бы расправилась, и меня бы подставила... А она поняла, что мы на нее вышли.
– Как?
– Не знаю. От меня утечки не было, в этом я уверен.
– Белла говорила, что у тебя от нее секретов нет.
– Забудь все, что она про меня говорила. Все это вранье.
– А ты не был ее любовником?
– До того, как погибла Катя Гракова, я эту мадам и знать не знал...
– А Игнатова?
– Про Игнатова я узнал после того, как он с тобой познакомился.
– А раньше?
– С какой это горячки я должен был его знать?
– Белла изменяла своему Даниилу не только с тобой, но и с ним.
– Ересь какая-то.
– У Беллы квартира в Бирюлеве была.
– Впервые слышу.
– Она с тобой встречалась, когда ты еще старшим лейтенантом был.
– Кто тебе такую чушь наплел?
– Геннадий Никишин.
– Ты же с его женой разговаривала.
– А потом и с ним. Я как раз от него шла, когда с Беллой встретилась...
– Та-ак! – разволновался Фокин. – Так-так-так... Значит, Никишин сказал, что я Беллу знаю давно. И тем самым заронил в тебе зерно сомнений. А тут и Белла как на заказ нарисовалась. Ты была под впечатлением от встречи с Никишиным, тут-то она тебя тепленькой и взяла... Лара, делай быстрей вывод. Ну, время пошло!
– Белла и Никишин были в сговоре! – осенило Ларису.
– Ну!
– Погоди, погоди... А ведь он не был в Архангельске, не был...
– И Беллу, хряк его знает, где носило, – подхватил Стас. – Они встречались на нейтральной территории. И вспоминали, как хорошо им было вместе. Ты же знаешь Беллу, она же к любому без мыла залезет. И Гену своего уболтала на меня показать...
– И на Игнатова.
– Да
фиг его знает. С Игнатовым вопрос пока открытым оставляем. Был он с Беллой раньше или нет, с этим мы обязательно разберемся. А сейчас к Никишину нужно ехать. Может, через него на Беллу выйти удастся... Ты как себя чувствуешь?– Нормально.
– Полчасика без меня обойдешься?.. Блин, мы же никому не сказали, что ты в себя пришла. Я сейчас врачам скажу, они тобой займутся. А потом и матушка твоя появится. Она на два часа отлучилась...
– Так, значит, мама все эти дни возле меня сидела? – язвительно сощурилась Лариса.
– Ну я тоже частенько тебя навещал, – нисколько не смутился Фокин. – Кстати, мы с твоей мамой очень подружились...
– Игнатов ей, между прочим, больше нравится.
– О вкусах не спорят... Кстати, Игнатов тоже тебя навещал. Вон цветы в вазе...
– Четное число или нечетное?
– Ты как скажешь! Конечно, нечетное...
– Значит, во здравие... Я, Фокин, свет моих очей, уже здорова. Спасибо Игнатову... И здесь залеживаться не собираюсь. Так что к Никишину мы едем вместе...
Лариса в самом деле чувствовала себя превосходно. Видно, коматозное состояние обеспечило ей полноценный отдых на свежем... кислородном питании. А может, болезнь отступила перед нетерпимостью к вампирам. Лариса должна была найти Беллу, и она ее найдет...
– Но у тебя же нет одежды, – попытался остановить ее Фокин.
– А где она?
– В кладовке под замком.
– Если ты сейчас же не найдешь мою одежду, я закрою уши и буду громко-прегромко орать...
– А это пожалуйста! Люди подумают, что так ты выходишь из комы.
– Да? Тогда мы с тобой поменяемся местами... Только, видишь ли, выключить-то я тебя выключу, а вот смогу ли подключить к аппарату жизнеобеспечения? Так что давай не будем экспериментировать...
– Лариса, ты хоть когда-нибудь задумывалась, что с таким характером ты можешь остаться старой девой?
– Это кто тебе такое сказал? Игнатов?!
– При чем здесь Игнатов?
– Игнатов-то как раз при мне. А вот ты при ком?
– Лариса, ты мне скажи, долго мы будем вот так бодаться? – нахмурился Фокин.
Судя по всему, ему было не до шуток. Лариса задела его за живое. Но ведь он первый начал.
– Мы же взрослые люди. Тем более не чужие. Друг другу многим обязаны, а ведем себя, как взбалмошные дети...
– Не знаю, как ты, но я буду себя так вести, – без вызова и с теплой улыбкой сказала Лариса.
– И до каких пор?
– До тех пор, пока ты не принесешь мне одежду! – гаркнула она.
Фокин воодушевленно кивнул и полез в тумбочку, откуда извлек пакет с одеждой.
– Это и есть кладовка? – усмехнулась Лариса.
– Не знаю, кладовка или нет, но что не оружейная, это точно. Пистолет твой изъят как орудие убийства. Обратно ты его не скоро получишь...
– Ты мне хочешь свой одолжить?.. Ладно, шучу... Может, вы отвернетесь, господин капитан?
Лариса оделась, сунула больничную пижаму под подушку. Повертелась немного у зеркала. Сам этот процесс свидетельствовал о полном ее выздоровлении. Привела себя в порядок и вышла из палаты. В коридоре столкнулась с мужчиной в белом халате.