Убить куклу
Шрифт:
– Кого это черт принес?
Взгляд стал осмысленным и злобным. От былого добродушия не осталось и следа. Он снова набрал номер.
– Антонина Семеновна, это я… Вы уже выехали? Вам лучше поторопиться. Здесь кто-то в дверь звонит, а теперь уже и кулаками начали стучать, чтобы открыли, а может, даже ногами… Нет, я не думаю, что это она. Там не один человек, несколько. Да, понял, не имеют права. Хорошо, я не стану открывать, дождусь вас.
Дверь стонала под чьим-то напором, а Дятел даже с места не сдвинулся.
– Этой суке все равно, а мне и подавно нечего беспокоиться. Ну и нервы у нее! Ты слышишь, Сизый?
Казалось, что говорит он вслух только затем, чтобы не было так жутко оставаться наедине с мертвецом.
В дверь уже не ломились. Шум в ванной также стих, видимо, жильцам удалось перекрыть воду. Прошло еще минут пятнадцать, прежде чем входная дверь отворилась и Лера услышала возмущенный крик Антонины Семеновны:
– Ах, ироды! Что же это такое вы натворили! Откуда вода в квартире?!
Дятел помчался встречать разъяренную директрису и, видимо, поскользнувшись в коридоре на мокром, с шумом и руганью грохнулся на пол. Соседи снова забарабанили в дверь, но, обнаружив, что не заперто, ворвались наконец в квартиру, и Антонина Семеновна бодреньким голосом принялась их успокаивать, извиняясь и обещая в ближайшее время уладить недоразумение, приведя соседские квартиры в порядок. Скандал ей был ни к чему, а потому ссориться с соседями нет никакого смысла.
– Дорогие мои, ну все же мы живые люди! И со всяким может случиться подобное. Я же не отказываюсь сделать в ваших квартирах ремонт. Прямо сейчас давайте вызовем специалистов из жилконторы и составим акты о затоплении. Затем на основании этих актов и смет на ремонтные работы я вам за свой счет делаю ремонт. Согласны? Тогда не будем зря тратить время. Пока вы готовите акты, я постараюсь спасти свою квартиру, если вы не против… Нет-нет, спасибо, я сама справлюсь!
Она выпроводила соседей и захлопнула дверь.
– Где он? – Тяжело ступая, Антонина Семеновна вошла в кухню и подошла к Сизому. – Что здесь произошло? Только не ври мне, я все равно докопаюсь до правды, и тогда берегись! А что за вонь-то? Открой шире окно, задохнуться же можно.
– А чего мне врать-то? Я честно и рассказываю: пока ходил за сигаретами, он где-то разыскал дихлофос, а может, и с собой принес, и надышался им.
– А вода откуда?!
– Так он, наверное, помыться захотел, вот и пустил воду. А как надихлофосился, так и про воду забыл.
– И что с ним?
– Траванулся. Думаю, если «Скорую» не вызвать, помрет. Если еще живой.
– А это не ты его, случаем, убил? Вижу ведь, что уже на грудь принял. Может, поссорились из-за чего?
– Да вы что такое говорите-то?! – отшатнулся от директрисы побледневший Дятел. – Нечего нам делить. У нас все одинаковое. И потом, я дурак, что ли, чтобы в тюрягу загреметь?! Я собираюсь еще на воле погулять, когда выйду из детдома. Да и выпил я всего-то бутылку пива.
– Ладно, разберемся. Разыщи в ванной тряпки и принимайся за уборку.
– А как же Сизов?
– Иди уже, это не твоя забота!
Дятел вышел, а директриса задумчиво уставилась на распростертое у ног тело.
«Если эта гадина сейчас не вызовет «Скорую», мне придется раскрыться, – подумала Лера. – А если он уже умер? Не важно! Считаю до трех и спускаюсь! Раз, два…»
– Алло, Сергей Петрович? Голубчик, помоги, сделай одолжение! У меня с воспитанником ЧП, надышался какой-то дряни и
лежит, словно неживой. Спасибо, дорогой, век не забуду! Ты только поторопись, пожалуйста, как бы не опоздать… Нет, я не на работе. Записывай адрес…«Только бы успели, – билось в мозгу у Леры. – Только бы успели! Если он выживет и мне представится такая возможность, я обязательно помогу ему, чем смогу. Только бы он выжил!»
Врач приехал через двадцать минут. Как ни странно, Сизый оказался жив.
– Так может повезти только один раз в жизни, – заключил Сергей Петрович, делая укол в вену. – Я забираю его в больницу. Надеюсь, успеем довезти.
Санитары перетащили худенького Сизого на носилки и удалились. Антонина Семеновна проводила врача и вернулась в кухню.
– Дятлов, иди сюда!
– Чего?
– Не чего, а что! Тебе придется заночевать здесь.
– Это зачем еще?! Полы я протер. Делать мне здесь больше нечего.
– Ты свою работу еще не выполнил.
– Это какую?
– Не придуривайся! Ты знаешь какую!
– Если она до сих пор не пришла, то вряд ли появится здесь. Да и как она попадет в квартиру? Ключа-то у нее нет… И вообще, я без ужина остался.
– Ужин тебе водитель привезет.
– Не нравится мне это дело.
– Ну и зря! Теперь ты один остался, потому и оплата будет двойная. Неужели упустишь такую возможность? Я ведь завтра и других желающих могу найти. Ты же не думаешь, что я стану тебя уговаривать?
– Хорошо, я остаюсь. Но у меня одно условие. Хотя… – Дятел замолчал, словно раздумывая, стоит ли продолжать этот разговор. Директриса молчала, она умела держать паузу. И тогда Дятел решился. – Я не думаю, что она захочет мне подчиниться. И между нами… – он снова замолчал. – В общем, между нами может завязаться борьба.
– И что? Ты боишься перестараться? А ты не бойся. Мне важно, чтобы ты ее поймал, а в каком она будет состоянии, не столь существенно, лишь бы жива была. Иначе все напрасно. И тогда ты не только не получишь ни копейки, но и сядешь за убийство. Не думаешь же ты, что я за тебя стану отвечать? Даже не мечтай! Поэтому поумерь свой пыл, когда будешь с ней разбираться.
– Хорошо, я постараюсь. – Губы Дятла растянулись в злобной ухмылке. – Только не надо гонять шофера, я сам схожу в магазин и куплю себе еды.
– Ты на секунду не оставишь квартиру! Понял меня?! – зашипела на Дятла директриса. – Иначе я тебе башку оторву! А ну, неси пакет, что ты из магазина принес.
Дятел вернулся с пакетом. Антонина Семеновна заглянула внутрь.
– Я так и знала! Ты, оказывается, пьянствовать сюда пришел, а не дело делать. Так я лучше перестрахуюсь и других охранников привезу. А ты сейчас со мной в детдом отправишься.
– Антонина Семеновна, ну пожалуйста! Вы же знаете, что никто кроме меня с этим заданием не справится. К Гуре большинство воспитанников относится хорошо. И если вы оставите здесь других пацанов, она обязательно с ними договорится. Они ни за что вам ее не сдадут, это я точно знаю. Если бы с ней так легко было разделаться в детдоме, неужели я столько бы ждал удобного случая?! Да я бы давно ее порешил!
– Что ж, придется тебе поверить на слово. Но запомни одно: она должна быть жива!
– Да понимаю я все! Вы останетесь довольны моей работой. Сдам ее вам с рук на руки в усыпленном виде, как и договорились.