Убить в себе тебя

Я жила практически так же, как и до официального начала отношений с Никитой, изменилось лишь одно – на каждой вечеринке я целовалась с одним и тем же человеком.

Я не ощущала, что начинаю испытывать какие-то сильные чувства, но я не обесценивала его заботу. Моя жажда приключений и безумного риска не стихала, но теперь она была направлена в правильное русло. Мы с Никитой шли плечом к плечу, как единая команда, познавая всё новые и новые ощущения вместе.

К середине сентября я наконец заметила наступление осени, первые листья полетели с деревьев, дни стали короче, а ночи холоднее, эта атмосфера постепенно накладывала на меня неприятный тоскливый отпечаток, но оказалось, что не только на меня.

– Может, мы сегодня просто посидим дома? – спросил Никита.

– Но нас же звали на открытие нового ночного клуба, – я возмущённо развела руки в стороны.

– Ничего не случится, если мы пропустим одну вечеринку. Я хочу побыть с тобой, – его глаза забегали, будто он стеснялся произнести это вслух.

Я понимающе согласилась, но этот момент отложился в моей памяти как не самый приятный. То ли мне не хотелось спокойствия и уюта, то ли я боялась оставаться наедине с его чувствами.

Временные приступы боли участились, я всё чаще погружалась в свои мысли и воспоминания, боролась с желанием сделать звонок, который привёл бы меня к очередному разочарованию.

Мы с Никитой пропустили одну вечеринку, на которую были приглашены, но за ней последовали ещё и ещё, а когда нам наконец удавалось вырваться из плена домашнего тепла, я шла танцевать и пить не ради веселья, а лишь для того, чтоб забыться и предаться отчаянной мелодии утраченной любви, гаснущего огня и с трудом пережитого, но всё ещё тянущего в глубокую яму, предательства.

Никаких чувств

В воздухе витала колкая прохлада, по коже пробежали мурашки, я нехотя встала с кровати и буквально рухнула на пол, не сумев устоять на ногах. Моё тело было измотано, голова замучена вечно повторяющимся, но каждый раз остающимся без ответа, вопросом. Наверняка на моём здоровье сильно сказалась последняя ночная вечеринка, но то, чем она закончилась, было намного страшнее.

– Скоро там твой Никита приедет? Минут 20 уже одна стоишь, – ко мне подошла Алёна.

Я ответила не сразу, ведь всё прокручивала в голове: «Твой Никита, твой Никита».

– Да, он скоро будет.

– Уже и сама не отрицаешь, что он твой. А вспомни что ты раньше говорила, – мило улыбнувшись, она взяла меня за руку и слегка сжала, будто не желая отпускать.

– Я прекрасно помню свои слова, и единственное, что оказалось ложью, это то, что я сбегу, если он влюбится в меня, а так, остальное правда, – сквозь сильное волнение проговорила я.

– Никаких чувств? – Алёна изменилась в лице, напряглась.

– Никаких чувств.

– Не смеши меня, вы ни на секунду друг от друга не отходите, вы вместе везде. Видимо ты заработала высокий авторитет среди местной молодёжи. О том, что ты наконец нашла себе пару говорят практически все.

Я не отрываясь наблюдала за жестикуляцией и эмоциями Алёны, мне на миг показалось, что меня унизили, растоптали, но я не могла понять причину своей подавленности.

Как только датчик движения уловил моё присутствие, в ванной загорелся мягкий свет. Я облокотилась обеими руками на раковину и, уставившись на своё отражение в зеркале, снова спросила себя: «Зачем я это сделала и что же будет дальше?».

На секунду я представила себя в объятиях Никиты, ощутила приятное наваждение и поддалась мысли о том, что у меня тоже могут быть чувства к нему.

– Нет! – я злостно крикнула в лицо самой себе.

В моей груди загорелся, пропитанный гневом и болью, пожар, я стиснула зубы, оскалилась. Но напротив я увидела лишь маленькую потерянную девочку, которая всем своим видом просила помочь ей. Она сознавалась в своей слабости, но я не могла этого допустить.

Я до жути не хотела предавать собственную любовь, своё самое сильное влечение, нуждаемость в человеке. Я не могла позволить кому-то стать полноценной заменой Мити, даже не знаю чего на тот момент я боялась больше: привязаться к новому человеку и снова оказаться брошенной или узнать, что на земле всё-таки существуют люди лучше Мити.

Что это была за преданность? Какая-то детская и неоправданная, она была похожа на цепи, которыми я сама себя сковала и отчаянно пыталась разорвать.

Раздался стук в дверь, я заметила, что достаточно долго нахожусь в ванной и поспешно двинулась к выходу.

– Привет, моя хорошая. Алёна сказала, что ты убежала сюда, что-то случилось? – спросил Никита.

– Всё в порядке, я просто хотела привести себя в порядок, – я почти что натурально улыбнулась и обняла его.

Я ощутила на себе его пристальный взгляд. Наверняка он понял, что со мной что-то не так и почувствовал моё напряжение, но он молчал, и это меня безумно радовало.

Со всех сторон огромного зала светили прожекторы, разноцветные круги и звёздочки бродили по стенам, затем собирались в центре и привлекали внимание окружающих ко мне. Я расположилась на небольшом деревянном столике и танцевала, искусно избегая столкновения с бутылками, стоящими у меня под ногами. Сладкая жидкость из стакана в моей руке с лёгкими брызгами выплёскивалась мне на майку, оставляя за собой отрывистые влажные следы, но мне не было и дела, я полностью отдавалась ритму песни, от каждого взрывного припева мои движения набирали обороты, становились более раскрепощёнными и обширными.

– Кира, слезай оттуда! – метрах в трёх от меня послышалось восклицание Никиты.

Я отрицательно покачала головой и когда почувствовала, что он уже приближается, приняла весьма странное решение поиграть с ним в догонялки. Я перескочила на соседний столик, он за мной, затем на диван и через толпу на лестницу, ведущую наверх.

– Кира, – он позвал снова, но я даже не обернулась.

Очутившись на втором этаже, я с разбега нырнула в первую попавшуюся комнату, перед глазами помутнело, я споткнулась об одежду, разбросанную на полу и полетела к тумбочке, обречённо цепляясь руками за воздух.

Удар. От резко нахлынувшей боли я завопила, ухватилась за своё лицо и перекатилась на спину, мир вокруг меня перестал существовать, от него осталось лишь пульсирующее давление и быстро сменяющиеся образы в пределах закрытых век.

– Кира, боже, – Никита сел рядом.

Его холодные пальцы коснулись моих, я застонала и через силу приоткрыла глаза.

– Встать сможешь? – его тон стал предельно серьёзен.

Я вздохнула, провела ладонью по лицу и ощутила неприятное жжение, но игнорируя его, продолжила ощупывать свежую рану.