Убить волка

Возле кровати, повернувшись к ней спиной, на коленях сидел мальчик. За ним, прикрытое одеялом, лежало тело Сю Нян. Этим мальчиком был Чан Гэн. Услышав треск выбиваемой двери, он инстинктивно оглянулся. Чан Гэн видел, как дикие варвары бесцеремонно ворвались в его дом средь бела дня, но на его сердце не было ни малейших признаков страха. Только теперь он, внезапно сам для себя, понял, почему Сю Нян хотела умереть.

Если эти варвары смогли войти в город, то они несомненно сговорились с Сю Нян. Сюй Байху должен был находиться на гигантском змее, но так как она поддерживала тайную связь с варварами, те наверняка сразу же убили и его. Пусть Сю Нян успешно отомстила за свою страну, но платой за это стало то, что она позволила напрасно погибнуть человеку, который относился к ней с искренней добротой.

Равнодушно посмотрев на появившегося на пороге варвара, Чан Гэн развернулся и медленно поклонился лежавшей на кровати женщине, пока его лоб не коснулся пола. Поблагодарив ее за то, что за все эти годы она не убила его, он окончательно разорвал с умершей все связывающие их нити. Встав с пола, Чан Гэн обернулся к стоявшему у двери предводителю варваров.

Варвар был похож на мощную гору. Чан Гэн же был всего лишь ребенком из плоти и крови. Он казался муравьем, решившим встряхнуть большое дерево [2].

Возможно, мальчик должен был испугаться этого ужасного человека в тяжелой броне, но этого не произошло. Чан Гэн не был самоуверенным мальчишкой, решившим, что сможет противостоять предводителю варваров. Он понимал, что и убежать от мужчины не получится. Почему же Чан Гэн не испытывал чувство страха?

Может, все его страхи появились в тот день, когда он узнал, что в мире есть еще один очень важный человек? Значимый для него человек, носивший имя Шэнь Шилю.

Человек, чье лицо было изуродовано глубокими шрамами, тяжело посмотрел на мальчишку. Внезапно его лицо исказилось в гневе, и он зарычал:

— Где Ху Гээр?!

Взгляд Чан Гэна на секунду задержался на лице варвара, и он ответил:

— Я помню тебя. Это ты привел стаю волков той зимой, намереваясь незаметно убить меня под покровом метели.

Один из варваров, также облаченный в броню, шагнул вперед, пытаясь схватить Чан Гэна, но предводитель поднял руку, приказывая остановиться. Он слегка наклонил голову и неуклюже согнул спину, склоняясь к мальчику ближе — Чан Гэн даже не доставал до его груди — и снова спросил по-китайски, с очень явным акцентом:

— Я спрашиваю тебя — Ху Гээр... Сюй... Сю Нян — где она?

— Она мертва.

Мальчик шагнул в сторону и сдернул одеяло, открыв безжизненное тело, что лежало на кровати. На губах Сю Нян остались следы пурпурно-черной крови. Ее лицо было пугающе белым, как засохший от яда цветок. Все, кроме предводителя варваров, тут же упали на колени и громко закричали от горя.

Ошеломленный предводитель медленно ступил вперед. Несмотря на то, что он двигался не только медленно, но и осторожно, каждый его шаг в тяжелой броне оставлял за собой глубокие вмятины на половицах. Только варвар протянул руку, чтобы опереться о перила резной кровати, как тут же замер, прикинув, что он попросту превратит опору кровати в щепки. Исходящий из спины его брони белый пар начал сгущаться в маленькой спальне. Горящий внутри цзылюцзинь создавал звук, напоминающий тихий вой умирающего зверя. Медленно склонившись, варвар протянул руку и нежно прикоснулся к лицу женщины.

Оно было таким холодным...

Сквозь тишину и звуки горящего топлива внезапно разнесся дикий вой самца, потерявшего свою волчицу. В следующий момент варвар развернулся с такой скоростью, которую не способен уловить человеческий глаз. Из брони резко вырвались новые клубы пара, и механическая рука потянулась к горлу Чан Гэна. Сомкнув пальцы на шее мальчишки, варвар тут же оторвал Чан Гэна от земли и с силой впечатал спиной в стену. Все внутренности подростка будто перевернулись с ног на голову. Терпеть эту боль было невозможно. По стене поползли трещины, а с губ заструилась кровь, падая рубиновыми каплями на железную руку варвара.

С трудом открыв глаза, Чан Гэн встретился с диким взглядом человека, который желал только одного — убивать. Чан Гэн впервые видел такие глаза. Они будто были насквозь пропитаны едкой ржавчиной.

Чан Гэн не знал, есть ли у такого слабого мальчика как он шансы выстоять перед невероятной силой варвара. Но он вдруг почувствовал непреклонное желание сражаться за свою жизнь. Чан Гэн не отводил взгляд и продолжал яростно смотреть прямо в глаза варвара со страшным, исчерченным шрамами, лицом.

Примечания:

1. ???
– qianliyan - бинокль; телескоп

2. Идиома — ????? pi fu han da shu lit — муравей, решивший встряхнуть большое дерево.

Глава 8 «Истина»

***

Я — подчиненный Чёрного Железного Лагеря под непосредственным командованием маршала Гу.

***

Юноша и убийца встретились взглядами. Клыки молодого волка еще не обострились, но уже сейчас он испытывал желание жестко разорвать противника в клочья, подобно взрослому самцу волка. Это была его врожденная черта характера. Его темперамент.

Когда люди попадают в смертельно опасные ситуации, внутри них начинается настоящее противоборство. В такие моменты появлялось два типа людей. Первое присуще очень расчетливым людям, действующим из чувства долга, правил морали и честности. Людям, которые будут взвешивать все «за» и «против». Такие личности всегда по-настоящему смелые. Они не ведают страха, их совесть или разум всегда выше подобных чувств.

Второй тип — люди, которые ни о чем не будут думать. Все их поступки будут основаны на инстинктах: злобе и воле к борьбе. Даже если один из них хоть немного будет осознавать, к каким ужасным последствиям может привести каждое их действие, оказавшись вместе, они не смогут сдержать свой пылкий темперамент и будут активно сопротивляться изо всех сил.

Чан Гэн относился ко второму типу людей.

Не только Сю Нян боролась со своей совестью — Чан Гэн тоже испытывал эти чувства. В конце концов, Сю Нян не убила его. Возможно, что половина крови в его жилах принадлежит ее старшей сестре. У Чан Гэна тоже была возможность убить свою «мать», но он не сделал этого. После всего, что между ними было, она все-таки оставалась той, кто его вырастил.

Чан Гэн не отводил глаза, пронзая острым взглядом изуродованное шрамами лицо варвара. Разгневавшись, чужеземец поднял огромный кулак, собираясь спустить с мальчишки шкуру.

В этот же момент со стороны двери раздался нечеловеческий вопль и через комнату, ломая всю мебель своим телом, пролетел стоявший на страже варвар.

Из образовавшейся в стене дыры в темную комнату ворвались яркие солнечные лучи. Услышав леденящий кровь в жилах крик, Чан Гэн прищурился и попытался хоть что-то разглядеть сквозь ослепляющий свет. Сжимавшая его горло рука в миг была безжалостно отрезана. Но мальчик не успел упасть на пол — он почувствовал, как его кто-то нежно, насколько это было возможно, обнял. По ощущениям, этот «кто-то» был в такой же железной броне, что и варвары.