Убить волка
Шрифт:
Он инстинктивно загорелся желанием поговорить, но все же решил не акцентировать на этом внимание, меняя тему:
— А тебе когда-нибудь снились кошмары?
Гу Юнь выпалил:
— Как это возможно?
Маршал тут же вспомнил слова Шэнь И, что с Чан Гэном следует вести себя откровеннее. Он почувствовал, что его ложь зашла слишком далеко. Прокашлявшись, он произнес:
— Нет... Ну... Когда поза для сна выбрана неправильно, это иногда может вызвать нехорошие сны.
— И что тебе снится? — спросил Чан Гэн.
Гу Юнь не любил говорить о личных переживаниях. Обсуждая нечто подобное, он чувствовал себя столь
— Всякая ерунда, о которой я забываю по пробуждении. Поспеши и ложись спать, небеса скоро начнут светлеть.
Чан Гэн не шелохнулся.
Тем не менее, спустя какое-то время, когда Гу Юнь украдкой взглянул на мальчишку, то заметил, что тот смотрел на него широко открытыми глазами. Гу не мог расправиться со своей головной болью.
— Хорошо, – выдохнул он и принялся шарить в закромах памяти, а после заговорил тоном, словно убаюкивал малыша:
— Когда я был ребенком, мне снилось, что я оказался закрытым в темном страшном месте, где не мог видеть даже собственных пальцев. Единственное, что я знал, так это то, что меня окружало множество чудищ, и я был вынужден бежать. Возможно, мне снилось это оттого, что мои ноги не были вытянуты. Говорят, если не вытянуть ноги, то во сне не сможешь быстро бежать. Я бежал из последних сил, но меня не покидало чувство, что мои ноги и ступни сделаны из ваты – чем больше я старался ускориться, тем медленнее бежал.
Чан Гэн спросил:
— А что было потом?
— Потом, разумеется, я просыпался в холодном поту, что же еще могло быть?
Но, Гу Юнь отказывался признавать тот факт, что просыпался он именно от страха, поэтому он решил убедительно соврать:
— В конце концов, мне это надоело. Не знаю, как, но я достал огромный меч с золотой гравировкой и одним взмахом уничтожал всех монстров, преследовавших меня, а затем проснулся с чувством удовлетворенности.
Чан Гэн промолчал.
Он бы хотел услышать от ифу несколько серьезных слов, но, похоже, это было просто невозможно.
Гу Юнь неожиданно спросил:
— Знаешь, что делать, если тебе снятся кошмары?
Чан Гэн растерянно покачал головой, доверчиво ожидая совет от Гу Юня.
Маршал продолжил:
— Тебе снятся кошмары, потому что демоны прокрадываются к тебе в дом, чтобы подшутить над тобой. Они боятся грязи, так что не забудь поставить свой ночной горшок у двери. Гарантирую – это испугает их до смерти.
Чан Гэн вновь ничего не сказал.
Мальчик легко давал себя обмануть, всерьез воспринимая байки других людей. Гу Юнь мгновенно воспользовался его слабостью в надежде поразвлечься. Решив подразнить мальчишку, он обеспечил себе порцию ночного веселья.
Чан Гэн наивно поверил, что его маленький ифу навещает его из-за беспокойства. Теперь же он знал, что этот человек приходил лишь для того, чтобы над ним посмеяться!
Он со злобой во взгляде повернулся к Гу Юню. На его лице читалось лишь одно: «Убирайся».
Гу Юнь не ушел – он остался с пареньком до тех пор, пока дыхание того не успокоилось, как и подобает спящему человеку. Маршал заботливо укрыл его одеялом, и лишь затем встал с постели, намереваясь уйти.
Перед уходом, Гу Юнь подошел взять щитки, которые ранее снял. Однако перед тем, как забрать их, ему припомнилась настоящая причина, почему дети просыпаются
посреди ночи: ослабление и недостаток энергии Ян, что привлекает нечистых духов. Следовало поместить нечто железное над изголовьем кровати, чтобы защитить ребенка.Гу Юнь никогда не верил в эти дурацкие приметы, которым следовал простой народ, но, в этот момент он ощутил, что в них есть толика истины, иначе почему эти приметы используют и по сей день?
Он решил оставить пару железных наплечников на прежнем месте и вышел из спальни Чан Гэна.
Маршал Гу в полном значении этого слова превратился в главного врага армии злых духов и призраков. Стоит добавить, что в ту ночь демоны не беспокоили Чан Гэна, и он крепко проспал до самого утра.
Однако произошел некий парадокс: проснувшись, Чан Гэн выглядел еще хуже, чем если бы и вовсе не спал.
Он сел в кровати; за ночь его лицо приобрело зеленоватый оттенок. Когда он приподнял одеяло, чтобы взглянуть, он не смог сделать ничего другого, как выдохнуть с шумом, но это дыхание больше напомнило всхлип. Чан Гэн свернулся в калачик и схватился за голову.
Это был второй раз.
Сон был отчетливым и выразительным.
Он четко и ясно помнил, как совершал во сне весьма непотребные вещи со своим ифу.
Он зарылся лицом в одеяло и закричал. Он казался себе омерзительным и был слишком смущен, чтобы взглянуть на кого-либо снова. Он не желал ничего более, кроме как просто удариться головой о столбик кровати и положить конец этой никчемной жизни. Сейчас даже клинок не смог бы помочь ему успокоиться.
Пребывая в разбитом и крайне растерянном состоянии, Чан Гэн до смерти испугался внезапного стука в дверь.
Первая реакция – в панике скомкать простыни.
Он стиснул зубы, заставляя разум проясниться, затем поднялся с постели и заковылял в сторону входной двери.
Когда он открыл дверь, Чан Гэна окатила вторая волна изумления.
Глава 20 «Тренировка»
***
Порой подростку достаточно лишь краткого мгновения, чтобы выйти за грань "веры в то, что он уже повзрослел" и понять, что он действительно стал взрослым.
***
Перед дверью стояла огромная фигура, высота которой превышала человеческий рост, полностью выполненная из железа. Под ее шлемом мерцали два светящихся фиолетовых ока – признак горения Цзылюцзиня. Эффект от пламени был действительно впечатляющим: в ночных кошмарах о призраках этот персонаж, определенно, заслуживал главную роль.
Железная фигура глядела строго вперед, бесцельно всматриваясь в интерьер поверх головы Чан Гэна. Поднимая и опуская руку, что была размером с вазу, она не прекращала стучаться в дверь, напоминая назойливого дятла.
Перепуганная душа Чан Гэна все еще будто витала где-то вокруг, исполняя в воздухе свой безумный танец, и не спешила возвращаться обратно в тело. Чан Гэн не мог прийти в себя. Стоило ему повстречаться с этим железным монстром, как волосы на голове мальчика, лохматые и без того, встали дыбом.
Он глубоко вздохнул и поспешно отступил назад, хватая висящий у двери меч.
В этот момент из-за спины массивной железной фигуры появился воодушевленный Гу Юнь, попутно интересуясь:
— Любопытно, не так ли?