Убийца Бога

Кира молчала. Она надеялась, что этот аргумент сможет повлиять на физика, но не удивилась, когда он легко проник в суть. Он был абсолютно прав. Именно по этой причине ставки и были так высоки.

– Но я не закончил, – сообщил ван Хаттен. – К этой точке меня подвело нечто другое. Так сказать, дало решающий толчок.

Он умолк, будто размышляя, с чего начать.

– Продолжайте, – сказала Кира.

– Вы думали об этом инопланетном объекте… этом судне?

– Разумеется, – ответила Кира.

«Ого, – подумала она. – Вот это поворот».

– И что с ним? – осторожно поинтересовалась Миллер.

– Вы не задумывались, что он мог прилететь сюда из-за вас? Что сотворенный вами усиленный разум привлек его, как мотылька к пламени?

35

Колк протянул полковнику глянцевую цветную фотографию восемь на десять, только что из принтера.

– Его зовут Антон ван Хаттен. Физик из Стэнфорда.

– Да ты шутишь. У него была какая-то военная подготовка?

– Он даже в бойскаутах не был, – рассмеялся Колк. – Шахматы, дискуссионная группа… Судя по досье, чист как снег. Ни одного нарушения ПДД. Нет даже записей о штрафах за парковку. Не женат. Жертвует на благотворительность заметно выше среднего. Пять часов в неделю волонтерит – учит неграмотных читать.

– Ну и чудовище, – закатил глаза Джейк.

Он посмотрел на фотографию. Ван Хаттен походил на добродушного мужчину, который вскоре может стать дедушкой.

– Ну, яйца у него есть, это точно. Мы не смогли даже поцарапать «Икар», а он сжег его дотла. Кто бы мог подумать…

Джейк бросил фото на стол.

– И насколько он известен?

– Вы не поверите, – ответил Колк. – Розенблатт играет в высшем дивизионе, но этот парень еще круче. Я только начал изучать его достижения, но, судя по слухам, через пару лет он получит Нобелевскую премию.

Джейк усмехнулся. Ситуация становилась все более и более сюрреалистической. За что ему дадут «нобеля», за работу над катализаторами пожаров?

– Отличная работа, майор, – сказал он. – Нам нужно поговорить с этим Антоном ван Хаттеном. Есть идеи, где он может быть?

Колк кивнул, и его лицо начало медленно расплываться в лукавой улыбке.

– Собственно говоря, да. У меня определенно есть идея.

36

Кира уставилась на ван Хаттена как на безумца, которым он, вероятно, и был, невзирая на способность к рациональным рассуждениям, демонстрируемую до этой минуты. Инопланетный корабль мчится к Земле из-за открытия Киры? Из всех идей ван Хаттена эта была самой абсурдной.

– О чем вы говорите? – спросила она, не в силах скрыть пренебрежение.

Физик был спокоен, невозмутим и, похоже, как никогда разумен.

– Что, если существует галактическая цивилизация, – ответил он, – но вам требуется дорасти до вступления в нее? Возможно, такие корабли, зонды или кто они есть, рассеяны по галактике, курсируют на малой скорости и следят за межзвездным пространством. Возможно, у них есть какой-то порог интеллекта. Когда они засекают интеллект выше определенного уровня, они меняют курс, набирают скорость и устремляются к нему.

– И как же они могут обнаружить за несколько световых лет то, что происходит у меня в голове?

– Я полагаю, вы знакомы с квантовой запутанностью. Каждая сущность во Вселенной некоторым образом связана с другой. Этот вопрос сводил Эйнштейна с ума. А квантовая физика предполагает, что Вселенную формирует сознание, а не наоборот. Еще одна идея, которая может превратить самого рационально мыслящего физика в верующего. Состояние Вселенной появляется только во время наблюдения. Эйнштейн несколько десятков лет пытался найти дыры в этой интерпретации экспериментальных данных, но так и не смог, хотя его попытки были блестящими и помогли укрепить эту область. Некоторые теоретизируют, что сознание пользуется этими квантовыми эффектами. Возможно, ваше усиление интеллекта пылает на квантовом фоне космоса ярче неоновой вывески – для тех, кто знает, как искать.

Кира потеряла дар речи. Она была уверена, что у физика не найдется ответа, но, насколько она была знакома с квантовой теорией, сказанное им не выходило за рамки возможного. В течение всей своей карьеры ученого ван Хаттен отличался сверхъестественной точностью, даже когда делал прогнозы, которые большинство находило нелепыми.

– Эту идею стоит обдумать, верно? – понимающе произнес он. – Ни один житель нашей планеты никогда не имел ай-кью больше двухсот пятидесяти – до тех пор, пока вы и ваша терапия не сделали это число смешным. И нас никогда не посещали инопланетяне. По крайней мере, мы не знаем ни одного однозначно зафиксированного посещения. Тогда какова вероятность, что оба эти события произойдут с интервалом всего в пару лет? Возможно, это просто совпадение. Но может, и нет.

– И если это не совпадение?

– Тогда они захотят встретиться с представителем группы, ответственной за высокий ай-кью-сигнал. И мы произведем плохое первое впечатление. Расширение разума, порождаемое вашей терапией, выносит на поверхность худшие свойства нашей природы. А учитывая природу человека, они чертовски плохи. Галактика занервничает.

– И вы этого испугались?

– Да. Добавленное к моим прежним опасениям, оно стало соломинкой, сломавшей верблюду спину. Кроме того, есть и другая интерпретация.

Он сделал паузу.

– Вы знаете историю о праведнике и наводнении?

Кира задумчиво покачала головой. Она с жадностью читала обо всем и каждом и даже в нормальном состоянии помнила большую часть прочитанного, но сейчас колокольчик не звонил.

– Если речь идет не о Ное, тогда нет.

– Нет, это другая история. Слушайте. Праведник, который всегда вел благочестивую жизнь, сидит на своей крыше во время ужасного наводнения. Вода продолжает прибывать. Мимо проплывает моторная лодка и останавливается у его дома. «Прыгай», – говорит человек в лодке. Праведник качает головой и отвечает: «Не волнуйся обо мне. Бог меня спасет». Через пару часов, когда вода уже почти дошла до крыши, мимо проплывает другая лодка. «Прыгай, скорее», – говорит женщина из лодки. Праведник безмятежно улыбается. «Спасибо, но меня спасет Господь. Я в этом уверен». Наконец, когда вода уже доходит ему до пояса, прилетает вертолет и сбрасывает веревочную лестницу. Он не обращает на лестницу внимания и возносит молитву Господу, который, как знает праведник, вознаграждает истинно верующих.

Ван Хаттен для пущего эффекта сделал паузу.

– Через пять минут он тонет.

Растерянное выражение лица Киры явно пришлось физику по вкусу.

– И вот дух праведника возносится к райским вратам, – продолжил ван Хаттен, – и видит Бога. «Господь, – говорит он, – всю свою жизнь я был праведным и благочестивым человеком. Мне просто любопытно, почему ты не спас меня от наводнения. Я был уверен, что ты меня спасешь». В ответ Бог качает своей всеведущей головой и говорит: «Ты что, смеешься? Я послал тебе две лодки и вертолет. Чего ты еще от меня хочешь?»