Училка

— И это я должна говорить моей дочери в ответ на вопрос, почему не могу купить ей все самое модное? Почему ее подружки модно одеваются, а она не может? Я пыталась рассказать, как достаются деньги, но ей это скучно слышать. Мужу моему ничего не нужно, его все устраивает в этой жизни. Вот и приходится мне самой подрабатывать. Разве могла я предположить, когда кончала школу, что выбрала не ту профессию? Как я была счастлива, когда получила диплом учителя! Я до сих пор помню свой первый класс. Как нам было интересно вместе на уроках! А опыты, которые придумывали мои мальчишки!

— И что с ними стало?

— Стало? В каком смысле? — Наталья Сергеевна потерла переносицу. — Я настолько увлеклась своими воспоминаниями, что совершенно забыла, с чего мы начали говорить… Мои ребята? Они хорошо устроились. Некоторые из них закончили университет, двое учатся сейчас за границей, у троих свои фирмы, а самый мой неказистенький, мой троечник, торгует на вещевом рынке. Он и меня туда пристраивал работать. Ты же знаешь, я уходила дважды из школы. В первый раз, когда Алена была маленькой, я ушла работать в РОНО. Проработала там полгода и поняла, что не могу я без школы. А во второй раз уходила из школы, когда жить на учительскую зарплату стало трудно. Пошла работать к своему троечнику на рынок. Продержалась несколько месяцев и вернулась в школу. Не могу я без этой работы. Люблю смотреть в глаза детям и видеть их искреннее удивление. Когда перед ними проводишь опыты, то чувствуешь себя немножко волшебницей. А какую радость испытываешь, когда они начинают творить свои чудеса сами, словно волшебников воспитываешь! — Наталья Сергеевна замолчала и отпила глоток остывшего чая.

— Школа — твое призвание.

— Только очень голодное, — с усмешкой добавила Наталья Сергеевна. — Вот и приходится думать о хлебе насущном. Теперь меня соседка выручает. Мне с ней повезло: она очень порядочная женщина. По выходным я подрабатываю с ней на рынке, у нее там торговое место.

— Как же тебя на все хватает?

— Привыкла. Вот сейчас Алену отправим на весенние каникулы в Париж, я и передохну. На рынке по выходным можно будет и не подрабатывать, останутся только уроки на неделе.

— Это помимо уроков в школе? — с иронией уточнила Настя.

— А как же! На том и стоим, Настюша. Что ты на меня так смотришь? Глупенькая, да не надо меня жалеть. Я вполне довольна своей жизнью. Ты мне лучше скажи, чем тебе помочь? Когда ты планируешь закончить дорабатывать свой роман?

— Не знаю, иногда не могу придумать ни строчки, а вчера написала почти целую главу, никак не могла остановиться.

— Давай-давай. Только не забудь распечатать и принести в школу, а мы почитаем.

— Знаешь, я столько опечаток нахожу.

— Вот-вот, давай быстрее, а мы тебе все ошибочки исправим. Как-никак, мы твои самые верные читатели. Завтра и приноси.

С помощью всех заинтересованных в чтении романа коллег и знакомых Насте удалось в срок подготовить рукопись к сдаче. Наконец она позвонила Поплавскому и договорилась с ним о встрече.

Настя шла по улице, осторожно обходя лужи. За последние несколько дней она почти не выходила на улицу, мама гуляла с Киром, а дома полностью освободила Настю от домашних дел. В воскресенье к Насте приехала Ирина и просидела до самого вечера, помогая вычитывать последний вариант романа.

Сумка с папкой приятно оттягивала руку. Настя вошла в знакомый подъезд, вежливо поздоровалась с сидевшей в дежурке женщиной.

— Идите, только что поднялся. Вечно шагает, как журавль, — через две ступеньки. Со стороны и не скажешь, что серьезный человек. Но вежливый, плохого слова про него сказать не могу. Всегда поздоровается, про здоровье спросит, хотя какое у меня здоровье? Одни слезы.

Настя поднялась по лестнице, остановилась на лестничной площадке отдышаться. Последнее время она часто стала задыхаться при ходьбе, порой кружилась голова. Внешне изменения были еще совсем незаметны, но к лету фигура должна будет заметно округлиться. А к концу лета… Интересно, а что она будет делать в конце лета, когда начнутся занятия в школе? Вот о чем нужно думать в первую очередь. А пока… Настя решительно постучала в дверь, не оставляя себе времени на раздумье.

— Добрый день, проходите. — Улыбающиеся глаза стоящего перед ней мужчины не заставляли сомневаться в том, что ей здесь действительно рады.

Настя прошла в комнату, достала из сумки папку с рукописью и положила на стол. Вадим отодвинул стул и помог Насте сесть.

Обошел стол и сел напротив нее, взяв в руки рукопись, стал ее перелистывать.

— Закончили? А я могу вас порадовать, мне удалось переговорить с издателями. Возможно, в этом году начнет издаваться серия женского романа, нашего, российского.

— Правда? А они возьмут мой роман?

— Попробуем. Так или иначе, но издателей много, будем искать. А вы? Чем теперь будете заниматься?

— Чем? Буду продолжать преподавать в школе.

— А писать?

— Что вы, нет! Я же уже говорила, это моя первая и последняя книга. Каждый человек в своей жизни может написать книгу, я свою уже написала.

— Погодите, не зарекайтесь. Как бы то ни было, у нас есть уже готовая рукопись.

— Что мне теперь делать?

— Набраться терпения и ждать. А может быть, начнете писать еще?

— Нет, прежде всего я буду сейчас читать, у меня скопилось так много непрочитанных книг, что в ближайшие несколько недель я знаю, чем себя занять.

Вадим рассмеялся, Настя встала и прошла к вешалке за своим пальто.

— Совершенно правильно: отдохните несколько недель, а потом начинайте писать еще.

— Я ведь уже вам говорила…

— Вы меня лучше послушайте, я редко ошибаюсь.

— Хорошо, не буду спорить. У меня действительно есть одна идея, но пока я еще не знаю, во что это выльется.

— Вот видите! Я же вам говорил!

Настя пошла домой, беззаботно размахивая пустой сумкой. Разве могла она рассказать Вадиму, что, даже если ей в голову и придут какие-нибудь идеи, скоро у нее просто не будет времени выполнить задуманное. А с другой стороны, если она начнет работать в ближайшее время, то у нее останется… Настя остановилась и, загибая пальцы, стала считать. Получалось, что если она будет писать чуть быстрее, чем она писала, то она сможет успеть закончить большую часть второго романа до рождения ребенка.

Может быть, стоит попробовать? Ну о чем она только думает, едва успела написать один роман, как собирается начинать второй. Нужно хотя бы подождать, пока кто-нибудь заинтересуется ее первым творением.

30

Прошло несколько дней, в большинстве классов шли контрольные по основным предметам — верное свидетельство приближения каникул. Даже Настины беззаботные первоклашки притихли и с надеждой ждали свободы. А Настя чувствовала себя очень непривычно. Теперь по вечерам она бездельничала. С Кириллом почти не приходилось заниматься: он догнал своих сверстников и даже рассчитывал окончить четверть без троек. Пока он с удовольствием осваивал компьютер, Настя валялась на диване с очередной книжкой в руках.