Учительница

преувеличила.

— Сорок пять! Господи! Мне нужно срочно вернуться в спортзал, положить с

прибором на солнцезащитный крем и прочее дерьмо.

Я сильнее засмеялась, а он снова сжал мою талию, прежде чем позволить уйти.

Сразу же я возненавидела прохладу кондиционера, который заменил тепло его тела. Я

старалась не дуться. Я должна была продолжать давить на тормоза или могла все

испортить, но я не хотела втягивать его в это.

— Мне всего лишь тридцать шесть, мисс Мартин. Неужели я так стар?

Я покачала головой и улыбнулась ему.

— Я никогда не говорила, что ты старик... Только намекнула, что ты чуточку

старше меня.

Он вытирал руки полотенцем, которое быстро вытащил из стойки и попытался

привязать меня им к себе. Я быстро ретировалась по другую сторону стойки.

— Эй! Не фамильярничать! Я тебя предупреждаю!

— Ладно, выскочка. А сколько тебе лет?

— Мне двадцать шесть, — я ухмыльнулась. — Двадцать семь будет осенью этого

года.

Его глаза вспыхнули. Затем он нахмурился.

— Ты ребенок! Почему ты еще не танцуешь? Я понял, что ты должна была стать

танцовщицей, поскольку работаешь в студии. Твое тело создано для этого, — прошептал

он, а его глаза пустились ощупывать меня. Но настроение исчезло. Я пригладила свои

волосы, и пошла к дверям, внезапно нуждаясь в свежем воздухе.

— Я думаю, что мы должны продолжить работу и успеть закончить к ночи, — я

вышла во внутренний двор, в котором было слишком темно, чтобы работать, и начала

упаковывать свои вещи. Дэнни в одну секунду оказался рядом со мной.

— Мне очень жаль, Джесси. Что я сказал?

Я покачала головой и сжала губы.

— Ничего. Но либо мы продолжаем работу, либо я иду домой, — я повернулась к

нему, надеясь, что взгляд на моем лице не выказывал ничего кроме серьезности, хотя на

самом деле я была близка к срыву.

— Окей. Мне очень жаль, — прошептал он, отвращение отразилось на его лице.

Я поняла, что означал этот взгляд — он был зол на себя, а не на меня, как я думала

раньше. Это была не его вина, что он коснулся больной темы.

— Все нормально. Просто больная тема. Как насчет того, чтобы зайти внутрь и

поработать над предметом? Ты можешь перейти к следующему зачету, который

включает в себя написание своего собственного короткого рассказа. После, я могу дать

тебе задание по «451 градус по Фаренгейту». Тебе нужно будет написать эссе. Помнишь, как это делать? — он пожал плечами. — Это нормально, я оставлю тебе формат

набросков. Что же касается истории, то почему бы тебе не попытаться получить до

«Учительница» Р.Л. Меррилл

конца семестра нормированные и основные тесты, также можно взять несколько

модульных тестов, а в среду проведем окончательный.

Он кивнул, но выглядел грустно.

Мы вернулись в дом и сидели в баре. Я выложила все его работы, а на часах уже

было девять вечера.

— Тебе нужно добраться до дома, — прошептал он мне.

Я посмотрела на часы и кивнула.

— Да. Вот мой номер и моя электронная почта. Поскольку ты не сможешь

нормально разговаривать, то можешь писать мне на мейл, и я отвечу сразу. Я включу ее

на целый день и буду проверять пока буду дома. А когда надо будет уйти в студию, то я

по любому проверю почту, по возвращении. Я могу быть здесь в среду к четырем, в

зависимости от пробок. Так нормально?

Он кивнул мне с полуулыбкой.

— Хорошо. Тогда, увидимся в среду?

Он кивнул, но не посмотрел на меня. Я собрала свои вещи, и он последовал за

мной к двери.

— Благодарю тебя, мисс Мартин. Доброй ночи.

Я повернулась и улыбнулась ему, но он по-прежнему смотрел в сторону. Не совсем

так, я хотела закончить вечер, но полагаю, что это было к лучшему.

Пинто завелся сразу же, но, когда я двинулась вниз по склону от Дэнни, двигатель

громко застучал, потом вспыхнул, вознося струйку дыма к небу, и умер. Кое-как при

помощи ручника доехала до перекрестка, к счастью, на стоянку АЗС. Я ударила кулаком

по рулю и поняла, что мои отношения с Пинто были официально закончены.

Попрощавшись с Пинто, я вытащила телефон, молясь, чтобы Космо был достаточно

трезв сейчас, чтобы забрать меня, но тут раздался стук в мое окно. Я завизжала, и

выронила телефон. Когда я увидела, что это был Дэнни, то вздохнула с облегчением, а

потом почувствовала себя подавлено. Мне кажется, что этого не происходило на самом

деле.

Я открыла дверь и вышла. Дэнни стоял, скрестив руки на груди.

— Как ты...

Он прервал меня, шепча резко.

— Мы днем переписывались с Норой, и она сказала, что ты за рулем какого-то

куска дерьма. Я последовал за тобой, чтобы убедиться, что ты в порядке. Хорошо, что я

сделал это. Как ты можешь быть так неосторожна? Почему ты не за рулем чего-то более

безопасного?

— Как ты смеешь! — мои глаза наполнились слезами, и я задрожала от гнева. —

Это не твое дело, что я делаю со своей жизнью.

Он подошел ближе и почти прорычал мне в лицо.

— Это тоже мое дело! Ты работаешь на меня.

Я сделала шаг назад и обнаружила, что прижата к моему ныне покойному

автомобилю.

— Я работаю на школьный округ, Дэнни! Не на тебя. И я экономила, чтобы купить

новый автомобиль, понятно? Так что, если ты меня извинишь, я собираюсь позвонить, чтобы меня забрали.

«Учительница» Р.Л. Меррилл

Я начала открывать дверь, но он схватил меня за руку и потянул меня к своему

лицу.

— Я отвезу тебя домой. Возьми то, что необходимо, — прошептал он.

Когда он увидел страх на моем лице, то его лицо снова появилось отвращение. Я