Удар! Ещё удар!!
Шрифт:
— Договорились… — вздохнул Химик. Дорого, конечно, но оно того стоило.
— Завтра с тобой свяжется кто-нибудь из службы безопасности, — продолжил Сержио, — Расскажешь им в подробностях, кого искать.
— Хорошо. Тогда я пойду договорюсь насчёт товара, завтра в то же время и в том же месте передам, — Химик встал и не прощаясь быстрым шагом пошёл к выходу.
— Ну вот и порешали… — проворчал Василио, выливая остатки вина к себе в бокал, — Пойду-ка я ту красотку навещу, Мэри Лин. Надо только цветов раздобыть. Брат, поможешь?
Сержио чуть недовольно поморщился, но протянул тому сто рублей, — Хватит?
— Да. Спасибо, братан! — Василио, чуть покачиваясь, пошёл к лестнице.
— Ты что, серьёзно собираешься помочь этому прощелыге? Не думаешь, что это может быть подстава? — Антонио откинулся
— Он заинтересован в нас больше, чем мы в нём. Так что не думаю, что это подстава, — не согласился с ним Сержио, — К тому же это отличная возможность выпустить слегка пар! Кучка малолетних придурков детдомовцев. За них и не спросит никто. Главное, до летального исхода не доводить, а то дядя окончательно взбесится.
— Так может, охрану на них натравим, да и всё? Зачем самим лезть то? — недовольно проворчал Антонио, мягко говоря, не большой любитель подраться. Нет, он, конечно, мог за себя постоять. Зря что ли столько лет его боевыми искусствами заставляли заниматься? Для простолюдинов его умений с запасом хватит. Но вот не любил. В отличие от тех же Сержио и Василио, которые раньше вполне не прочь были кулаки почесать. Они, правда, тоже уже давно забросили боевые искусства, не смотря на всё недовольство дяди, но в драки до сих пор иногда лезли. И если от Василио никто ничего другого и не ждал, то вот вид лезущего в драку всего такого аристократического из себя Сержио вызывал у людей некоторое чувство когнитивного диссонанса.
— Нет. С охраной не вариант, — покачал головой брат, — Об этом сто процентов узнает дядя, и мы ещё больше огребём за то, что пытаемся решить свои проблемы чужими руками. Если на драку с подростками он может и закроет глаза, то натравливание на них охраны он точно не поймёт. К тому же, далеко не факт, что охрана выполнит такой наш приказ. Наверняка дяде сообщат сначала, что мы от них хотим, и он запретит. Тут по другому надо действовать. Наших сил и умений вполне достаточно для того, чтобы справиться с любой уличной бандой. Вот только сверхспособностями пользоваться не стоит! Иначе дядя совсем озвереет, что мы настолько запустили себя, что не в состоянии справиться с обычными подростками! Он и так мне уже весь мозг вынес, что мы занятия забросили. И если мы облажаемся, то он точно запрёт нас где-нибудь с инструкторами! Так что действуем так. Я поговорю с начальником службы безопасности насчёт этого Психа. Он находит его и сообщает мне, ждём подходящий момент, забираем Химика и едем разбираемся с этими придурками.
— Ну хорошо, как скажешь, — нехотя согласился Антонио, — Кстати. А вон там не нашего ли братца выволокли из-за кулис?
— Где? — Сержио чуть привстал в стуле, пытаясь увидеть брата, — И точно! Опять, видать, начудил. Пошли выручать, пока его из клуба не выкинули. Не то, чтобы мне его было сильно жаль, но с представителями клана Морозовых так поступать нельзя и владельцы клуба должны это запомнить! — он вскочил с места и быстрым шагом двинулся к выходу из здания, куда двое каких-то парней вели Василио, заломив ему руки за спину. Антонио и охрана поспешили следом за ним.
***
— Господа, что здесь происходит? — Сержио успел к дверям первым и теперь встречал брата с сопровождающими у выхода. Василио представлял собой жалкое зрелище… Всё лицо было чем-то исцарапано, а под правым глазом темнел шикарный фингал.
— А кто спрашивает? — поинтересовался один из сопровождающих, внимательно глядя на Сержио и вставших рядом с ним охранников. Антонио притаился сзади.
— Я — княжич Сергей Морозов, а человек, которого вы так бесцеремонно пытаетесь вывести — мой двоюродный брат! Потрудитесь объяснить, по какому праву вы себе позволяете с ним так обращаться! — холодно процедил сквозь зубы Сержио. Охранники переглянулись, чуть поклонились, и один из них, видимо, старший по званию, прояснил ситуацию.
— Мы охранники госпожи Мэри Лин. Ваш брат повёл себя недостойно в отношении неё. Проник в гримёрную под предлогом того, чтобы подарить цветы и практически напал на неё! Так что пусть радуется, что мы просто выдворяем его отсюда, а не вызвали при этом полицию! Он должен сказать спасибо
госпоже Мэри Ли. Это она не разрешила сдать его в полицию. У неё слишком доброе сердце. И при всём при этом, господин отказался добровольно покинуть помещение. Пришлось применить силу.— Да не нападал я на неё! — завопил возмущённый до глубины души Василио, — Всего лишь обнял, после того как букет вручил, а там чуть увлёкся и рука вниз немного соскользнула. А меня сразу этим же букетом по морде огрели! Вон, всё лицо теперь расцарапано шипами. Ну да, виноват, признаю. Увлёкся. Но я сразу же хотел извиниться перед ней, а мне тут же руки крутить стали. Ну, я и вспылил малость. Раскидал охранников. Но я бы в жизни не тронул госпожу Мэри Лин. Нет, ну, в смысле, я, конечно, тронул её. Чуть-чуть. Но это же так. Любя. Не смог удержаться. Ну а кто смог бы удержаться на моём месте? Это же сама Мэри Лин! — продолжал нести пьяный бред он.
— Замолчи, придурок! — прошипел ему в лицо подошедший ближе Сержио, — Ты что творишь, идиот? Это же тебе не служанок по углам зажимать! Это госпожа Мэри Лин, дочь главы одного из самых древних родов Китая! Тебе жить надоело, дебил? Ты знаешь, что у них и за гораздо меньшие оскорбления удавить могут? Да тебя наш дядя сам прибьёт за то, что ты совершил сегодня. И будет прав! Вот только конфликта с влиятельнейшим китайским кланом нам и не хватало для полного счастья! Сейчас же уходим. Проспишься, и завтра на коленях приползёшь к ней прощение вымаливать, понял, тупица?
— Понял… — виновато прогудел тот, опустив вниз глаза, осознав, в какие неприятности он влип.
— Господа, отпустите его. Пожалуйста, — выдавил из себя непривычное для него слово Сержио. Что-то сегодня ему слишком приходится делать то, к чему он не привык, — Мы уходим. Передавайте наши искренние извинения госпоже Мэри Лин. У брата не было злого умысла. Он просто был ослеплён красотой вашей госпожи и пьян, и завтра же принесёт ей свои извинения.
— Хорошо, господа. Мы передадим госпоже ваши извинения, — охранники отпустили Василио и тот со стоном потёр затёкшие руки, — Ох, ну вы и звери…
— Молчи и пошли отсюда, идиот! — опять прошипел ему Сержио. Слегка кивнул на прощание охранникам и вышел из здания. Ну улице уже была глубокая ночь, темноту которой слегка разгоняли тусклые фонари. Редкие прохожие торопились домой. Тёплый сентябрьский ветер гнал по мостовой уже начавшую опадать листву.
— С каких пор это ты таким правильным стал, братан? — слегка покачиваясь, поинтересовался Василио, пока они стояли у входа, и ждали, когда охрана подгонит машины, — Да мы бы в два счёта наваляли этим охреневшим китайцам, ну или кто они там….
— Ну ты и дебил… — покачал головой Антонио, — Даже я уже понял, в какую задницу ты нас чуть не загнал.
— Да завались ты…
— Отстань пока от него. Видишь же, ему сейчас бесполезно что-то объяснять. Он и трезвый-то не сильно сообразительный, ну а сейчас… Завтра, когда проспится, воспитательную беседу проведём, — махнул рукой Сержио, — Грузимся, и поехали уже отсюда.
Глава 12
Химик огляделся по сторонам. Вроде никого. Открыл дверь гаража, проскользнул в дверь и тут же закрылся и включил свет. Об этом гараже не знал никто. Даже его мать. Оформлен он был на подставное лицо, так что он вполне обоснованно надеялся, что никто и не узнает об этой его собственности. Он подошёл к столу, привычно снял с оборудования пленку, защищающую от пыли и оглядел свои владения. Большой, в три метра длиной, стол был полностью заставлен всевозможными колбами, пробирками и аппаратами. Под столом находились встроенные ящики, заполненные различным вспомогательным химическим оборудованием, химическими реагентами и другими веществами. В углу гаража стоял большой холодильник, предназначенный для охлаждения и конденсации паров, образующихся при нагревании различных веществ и для хранения ряда реагентов. Здесь он был царь и бог, в руках которого было настоящее могущество. Ещё со средней школы он почувствовал тягу к всевозможным химическим опытам, за что, собственно, и получил такое прозвище, чему на самом-то деле, был уже и не рад. Слишком много народу его знали под этим именем и кое-кто мог сделать определённые выводы, связав прозвище с его сферой деятельности, чего он всеми силами старался избежать.