Удар молнии

— Да, интересно, — прошептал я и погрыз карандаш. — Что же еще? Что еще я забыл? А?

Могучий бор ответил мне гудением сосен.

Я поднялся и, разминая ноги, отправился прогуляться по мягкому серому мху. Наткнулся на обильный черничник и кинул в рот несколько ягодок. Потом нашел ранний боровик. И еще один боровик… Эх, приехать бы сюда просто так. За грибами, за ягодами. Вместе с Татьяной, с девчонками. И чтобы не было никакого академика Кезамаа, никаких обязательств перед МИ-6… Просто приехать. Может быть, когда-нибудь так и случится. А может быть, нет…

Я вернулся на поляну и снова вцепился в блокнот. Что еще я забыл? Что еще?! Вроде бы ничего. От обобщений пора переходить к выводам.

Пока академик торчит на острове, извне его не достать. Не придумали еще винтовки, которая била бы на пять километров. Чтобы раз! И все… С первого выстрела. Потому что второго уже не будет. У меня есть только одна попытка. Если она провалится, то Кезамаа закроют так, что до него не достану даже атомной бомбой.

Существуют, конечно, ракеты класса «земля-земля» повышенной точности боя. Но все это лишь иллюзии. Какие ракеты?!! О чем я мечтаю? На что трачу время? Драгоценное время…

Итак, извне его не достать. Остается идти внутрь периметра. Первый вариант — через КПП. Ночью. Возможно, удастся тихо снять часового, который дежурит там… Разобраться с собаками (уж этому я обучен)… Проникнуть в дом…

Я откинулся назад и растянулся на влажной холодной траве.

— Бред… Все это бред… — прошептал в пустоту. — Там работают профи. Помудрее меня. По-опытнее. В тысячу раз! Слышите, в тысячу раз!!! — громко сказал я соснам. И серому небу. — В тысячу раз! А тупые толстые задницы сидят в Уайтхолле и сами не знают, чего хотят…

Я вышвырнул из головы мысль о том, чтобы пройти внутрь периметра через забор или КПП. И сразу же отказался от другой идеи — пробраться на остров со стороны озера, вплавь. Слишком светлые ночи… И собаки… И охранники на караульных вышках… И камеры… И. сонары…

Я даже застонал от бессилия. А пока стонал, в голове начал приобретать очертания план, который, будучи еще расплывчатым и нечетким, словно фантом, уже казался реальным.

Сперва я подумал о вертолете, но потом сразу же перекинулся мыслями на серый УАЗ, который через день выезжает с территории острова за продуктами. И мимо которого регулярно катается на своей коляске Кезамаа.

А что, если заложить под машину фугас? Для этого у меня есть двести граммов «изделия 2547» — пластиковой взрывчатки, примерно в полтора раза более эффективной, чем пластид. Есть четыре дистанционных взрывателя. Есть для них передатчик с радиусом действия в три с половиной мили. Есть комплект для изготовления мины узконаправленного действия, элементарный, будто конструктор «Лего». Все есть у меня! Прямо здесь. С собой. Я соберу взрывное устройство с магнитным креплением менее чем за час. И останется лишь установить его под днищем «Уазика», когда тот выезжает на «материк». И привести в действие, когда мимо машины будет проезжать Кезамаа. Дело верняк! Верняк, черт побери!

У меня аж вспотели ладони. Все казалось таким гладким и сладким. Я даже готов был от счастья расплакаться. Но вместо этого заставил себя собраться и начал искать возможные подводные камни такой операции. Их обнаружилось два.

Во-первых, пока белобрысая девка лазает по магазинам — если она вообще закупает продовольствие там, — водитель-пилот может болтаться вокруг машины и наблюдать, чтобы никто, такой же умный, как я, не учинил никакой пакости со взрывчаткой. Не удивительно, если ему на этот случай даны инструкции.

Во-вторых, я три раза видел, как «Уазик» въезжает через ворота. А вот что происходит до этого? Возможно, что перед КПП есть смотровая яма. Или охранник обходится зеркалом? Или дает одной из собак понюхать машину? А ведь специально обученная собачка, даже доберман-пинчер, легко учует взрывчатку.

Я призадумался. Обнаружив под машиной мое устройство, сразу же в сотни раз усилят режим охраны. Если вообще не эвакуируют академика с острова. И операция будет провалена. Останется возвращаться домой.

Как ни странно, я этого не хотел. И пришел, к решению, что послезавтра отправлюсь на другой берег озера и выберу наблюдательный пункт недалеко от понтона и КПП. Прослежу за тем, как «Уазик» въезжает в ворота, и что с ним перед этим проделывают. А пока у меня есть еще один день для наблюдений. И для неспешных раздумий. Вдруг придет в голову что-нибудь поинтереснее, чем бомба под днищем машины. Или неожиданно изменятся обстоятельства. Или…

Впрочем, чего гадать? Пора идти и залезать в свою норку. Поближе к «Сваровски». Поближе к пищевому концентрату, будь он неладен. И к бутылке с вонючей водой…

— Зато там тепло, — похвастался я перед соснами. — И сухо. И. нет комаров.

Сосны вздохнули, пошелестели хвоей и ничего не ответили.

А я поднялся с мокрой травы, засунул в карман блокнот и не спеша поплелся по направлению к озеру.

* * *

Никто ничего не проверял! Охранник даже не вышел из своей будки. Просто нажал на кнопку, и ворота со скрежетом отъехали в сторону. «Уазик» весело фыркнул и вкатил на территорию.

В этот момент я лежал в высокой траве всего в ста метрах от КПП. Лежал уже пятнадцать часов с шести утра, когда пробрался сюда йод покровом густого тумана — он снова плотно укутал озеро и его берега. За это время все мои развлечения свелись лишь к тому, что удалось понаблюдать за девчонками, которые в полдень вышли за проходную, перебрались на берег по гулкому понтонному мосту и сразу уселись метрах. в тридцати от меня собирать чернику. Три часа я трясся от страха, ожидая того, что в конце концов, они на меня наступят. Но, к счастью, я устроился в стороне от черничника, и девчонки кружили рядом, развлекая меня интимными разговорами, обильно приправленными ненормативной лексикой. Вот уж не думал, что удастся услышать подобное от двенадцатилетних детей. Ладно хоть от пацанов. Но не от девочек же! Надо будет, когда вернусь, аккуратно прощупать на эту тему Полину. Неужели и она тоже?

Ровно в три часа дня девчонки наткнулись на змею, повизжали немного и решили от греха подальше убираться домой. Я снова остался один. Ровно на час. В четыре ворота отъехали в сторону, и пунктуальный «Уазик», гремя настилом понтона, отправился в путешествие за продуктами. За рулем сидел все тот же водила-пилот, рядом с ним — белобрысая девка.

После этого я позволил себе расслабиться и, загадав проснуться ровно через четыре часа, задремал. И очнулся в десять минут девятого. Как из пушки! Спасибо за такие способности, господин Голоблад.

Очень хотелось есть. Я не отказался бы сейчас даже от концентрата. А еще больше хотелось пить. Но я не брал с собой сюда никакого балласта, в том числе даже воду, рассчитывая на ручейки и лужи. И на то, что обучен терпеть маленькие неудобства. Вот дождусь «Уазика», осторожно снимусь с места и, отойдя подальше, напьюсь из озера.

Машина появилась без пятнадцати девять. Погремела понтоном, гнусаво бибикнула перед воротами и вкатила внутрь.

Никто ничего…

Я понял, что эту битву выиграю! Академику Кезамаа осталось жить не больше недели. Что за дурацких охранников он себе набрал? Или я чего-нибудь не понимаю? Чего-нибудь не учел? Недооцениваю противника?