Удобная

Может, сделать пластику? Для себя, чтобы не чувствовать себя неуютно среди моделей, чтобы спокойно выбрать и надеть красивый раздельный купальник. Да много чего еще я могла бы себе позволить. Наверное, придется делать и худеть. Последнее – обязательно.

– Я поставила лайк тому красавцу, - отвлекает меня от созерцания собственной фигуры подруга.

– Что? Зачем?

– Да не нервничай ты так! Это ничего не значит. Ты ставишь своего рода оценку, а уж он потом сам думает, отвечать тебе или нет.

– А можно ничего не ставить?

– Даш, можно, конечно. Просто жди, когда тебе напишут, а потом сама решай, отвечать или не отвечать. Но вот ему бы я ответила, - кокетливо сообщает Полина.

– Бессмысленно, Поль. Я неформат, к сожалению, «на любителя».

– Не скажи! Вот он пишет как раз про то, что ищет женщину близкого возраста для серьезных отношений. Есть квартира, с ним живет сын. Та-а-а-ак… - тянет подруга.
– Сыну четырнадцать, мальчик взрослый… Вот! Смотри, у него свой бизнес в медицине! Значит, не бедствует.

– Зачем тогда ему взрослая тетка, когда с такими данными на него восемнадцатилетние налетят толпой и разорвут, только свистни?

– Он и отвечает. Пишет, что хочет, чтобы его кто-то ждал дома, ценит уют и тихие семейные вечера. Просто находка, Даш!

– Ладно, ладно, убедила! Добавь мое фото из галереи.

– Какое?
– Полина водит пальцем по экрану.

– То, где я в зеленом платье. С твоего дня рождения, помнишь?

– Угу, - кивает Поля, - готово. Хочешь мое мнение?

– О чем?

– О фото, - отвечает она и, видя мой заинтересованный взгляд, продолжает: - Я не стала бы его выкладывать.

– Почему же?

– Ну…

– Потому что на нем видно мои объемы?
– Хлопаю ладонями по бокам.- Ты это хотела сказать, Поль?

Полина вздыхает и с виноватым видом продолжает:

– Это тебя не портит, но лучше, если тебя увидят вживую.

– Нет!
– твердо отрезаю я.
– Пусть все поклонники «тростиночек» отсеиваются на этапе просмотра фото.

Подруга поднимает руки вверх, показывая, что сдается и больше не будет касаться этой темы. Я допиваю свой чай, а Полинка заказывает еще одну чашку кофе. Мы еще немного болтаем, делимся проблемами на работе и расходимся.

Смотрю на часы. Через час мне надо будет забирать Алису из детского садика. Время еще есть, и я решаю прогуляться пешком. Осенняя погода меня не пугает, наоборот, я нахожу в этой серости какое-то особое очарование. Можно не спеша идти, закрывшись зонтом, не скрывать плохое настроение и не изображать на лице счастливую улыбку.

Так и иду, сначала – по набережной, любуясь мелкой рябью на воде, потом – мимо пекарни, покупаю любимые дочкины булочки с изюмом и наконец сворачиваю во двор, где расположен наш детский сад. Прихожу вовремя, даже раньше, и заглядываю в группу. Дети сидят за столами и ужинают. Возвращаюсь в раздевалку и сажусь на низенькую лавочку, жду, когда дочка доест запеканку. Так уж сложилось, что я всегда забирала дочку одной из первых. Так правильно, поэтому и работу искала такую, чтобы рабочий график позволял мне успевать все.

– Мамий!
– Моя Кнопка вбегает в раздевалку.

– Привет, моя сладкая! Домой?

– Личтики собирать!

– Листики, Алис, листики, - поправляю я.
– Прогуляемся по парку и соберем.

Наблюдаю, как дочка одевается, долго пыхтит с полукомбинезоном и три раза перекручивает лямки. Хочу помочь, но меня останавливают строгим «Сама!», и я отступаю. Ничего не поделаешь, взрослеет моя девочка, становится самостоятельной, а ведь еще вчера она крепко держала меня за руку, когда училась ходить.

– Мам, пойдем!
– вырывает меня из приятных воспоминаний Алиса.

– Идем, Кнопка моя.

Глава 3

Дочка отказалась гулять, объясняя, что под дождиком гулять вредно, потому что от этого растут грибы. Вредно так вредно. Собираем самые красные листья, что попадаются нам на тропинке, и, довольные, идем домой.

А дома? Дома все по накатанной.

Дочка переодевается и убегает играть, а я отправляюсь на кухню готовить ужин. Можно ли применить громкое название «ужин» к нашему застолью, не знаю. Из нас с Алиской обжорки так себе, и вот, позвав ее к столу, я в очередной раз наблюдаю сморщенный носик.

– Что опять, доча?

– Я не хочу мясо, - тянет она, - забери себе.

Вздыхаю и уже не заставляю. Будут слезы, надутые губки и испорченное настроение - не хочу. Молча перекладываю мясо себе в тарелку и добавляю к нему большую порцию овощного салата. На пюре в дочкиной тарелке не смотрю: слишком вкусно, а мне надо начинать приводить себя в форму. Полька права: так нельзя, надо что-то менять, поэтому – никакой картошки. Чтобы не соблазнять себя, быстро доедаю свою порцию и отправляю тарелку в посудомойку.

– Чай будешь?
– обращаюсь к дочке, размазывающей пюре по тарелке.

– Не-е-е. А яблоки у нас есть?

– Есть, Алис. Помыть?

Дочка кивает и переключается на пюре. Знает, что никаких вкусняшек не получит, пока нормально не поест.

– Вот твое яблоко.
– Кладу на стол и забираю пустую тарелку.

Дочка радостно подхватывает его и убегает в комнату играть. «Стрекоза! – улыбаюсь я. – Яблоко она хочет: знает, что с чаем я бы ее не отпустила в комнату, поэтому и выбрала яблоко». Сажусь за стол и обнимаю ладонями заварочный чайник. Тихо. Часы отсчитывают девятый час, а я сижу за столом, на котором вот уже два года вечером стоит всего одна чашка. Приятный травяной аромат щекочет нос, ладони приятно покалывает от горячей керамики, и никто не нарушает это спокойствие. Никто, и от этого так обидно. Наполняю чашку золотистым напитком и легонько касаюсь экрана смартфона. Не спеша вывожу узор графического ключа, чтобы разблокировать телефон, и захожу на сайт знакомств. Колокольчик в углу экрана показывает, что для меня есть новости. Нетерпеливо тычу в оповещение и читаю.

– У вас новая симпатия? Хм… и кто же этот смельчак?
– смеюсь я.

Открываю профиль, и с фото на меня смотрит немолодой мужчина. Пятьдесят лет! Слишком немолодой. Тоже любит женщин помоложе? Нет, я понимаю, что одиночество в любом возрасте - это тяжело, но… Я так плохо выгляжу? Мысль приходит внезапно, и мне становится совсем нехорошо. Нет, ну а чего я хотела? Говорила же Полинка не загружать то фото в зеленом. Разумные доводы немного смягчают шок, но осадочек остается. Закрываю анкету и читаю следующее оповещение.

– Боже!
– срывается моих губ, потому что на экране вижу парня с фигурой Апполона.

Спасибо, конечно (читаю имя парня), Денис, за поднятие самооценки, но девять лет разницы - это перебор! Молодые самцы - это Полинкин профиль. Я в таких вопросах слишком старомодна, прости.

Больше оповещений нет.

Допиваю чай и с грустью смотрю на вазочку с любимыми конфетами. Одну же можно? «У меня и чай без сахара», – начинаю оправдываться, но перед глазами встает мое отражение в оконном стекле кафе. Нет, нельзя. Отодвигаю вазочку и делаю большой глоток чая, чтобы не вспоминать вкус шоколада.