Уэлихолн
Шрифт:
«Должно быть, мастерит очередной бессмысленный оберег, защищающий от счетов за воду», — угрюмо подумала Клара, придвигая стулья поближе к крошечному колченогому столику.
— Что это у тебя там такое, мама? — спросила она, усевшись и взяв ложку. — Помогает от темных мыслей?
Старая и худая, как гвоздь из гроба, женщина прошаркала к столу, села напротив и осуждающе взглянула на дочь поверх очков в громоздкой оправе. В мутных стеклышках отражался огонек горящей на столе свечи.
— Ну конечно, ты не знаешь, что это, Клара, — с досадой в голосе сказала мама. — Ты же меня никогда не слушаешь. А между
— Ага, и слова особенные прошептать, — устало кивнула дочь.
— А как же, — не уловила иронии София Кроу. — Куда же без слов? Когда плетешь из крапивы, говорить нужно: «Стебель под стебель и стебель сверху. Злые умыслы сплетаю-переплетаю-завязываю. Тебя, незванку, от моего порога отваживаю. Да будет так!» Последнее лучше повторить три раза. Затем мешочек нужно отнести и оставить под дверью той, кого хочешь отвадить.
Клара едва себя сдержала, чтобы не закатить глаза.
— Были бы они у меня с собой, твои крапивные мешочки, мама, я бы положила их у ворот Кэндлов, — сказала она. — Я как раз шла мимо Крик-Холла и…
Мама ожидаемо вспыхнула.
— Как тебя туда занесло?! — воскликнула она. — Сколько раз я запрещала тебе подходить к тому дому?!
— Я пытаюсь найти нить, за которую можно ухватиться, чтобы вернуть мою память, — упрямо склонила голову дочь. — Если бы я могла все вспомнить сама, то не стала бы…
— Ты зазря подвергаешь нас опасности, а толку как не было, так и не будет! — зло проговорила София Кроу. — Вбила себе что-то в голову и оставить не можешь. Ищу то, не знаю что. Еще и где — у порога Кэндлов!
— Я тебе уже говорила: я знаю, что делаю.
— Знает она… Да ни черта ты не знаешь! Канун, Клара! Канун! Это будет не обычный Хэллоуин, я чувствую: Кэндлы разослали приглашения всем своим. Кто знает, что они замышляют? А ты, вместо того чтобы высматривать тех, за кем я тебя посылала, занимаешься своими глупостями, пытаясь отыскать то, чего и в помине нет! И никогда не было. Придумала себе…
— Не говори так! — Ярость исказила обычно спокойное и отрешенное лицо Клары. Мать говорила о Той Потерянной Вещи так презрительно, так уничижительно, что она попросту не выдержала. — Еще одно слово, мама, и я уйду! И ничего тебе не расскажу! Будешь сама бродить по городу и искать этих… этих людей!
Губы Софии Кроу задрожали.
— Прости. Прости меня, дочь, я не хотела…
Мать сняла очки и поднесла к глазам платок, сделав вид, будто вытирает слезы. Клара прекрасно знала, что никаких слез нет и в помине, — София Кроу просто испугалась, что она и правда ничего ей не расскажет. Впрочем, ссориться желания не было, и Клара просто кивнула, давая понять, что извинения приняты.
— Как дела в школе? — София Кроу сменила тему и зачерпнула ложкой немного тыквенной каши. Брезгливо скривилась и шумно понюхала густую рыжую жижу. — Тебя еще не раскрыли?
— Нет, конечно. Кто станет подозревать Ворону? Да и что можно взять с сумасшедшей? Сегодня я говорила с Томасом. Из всех Кэндлов он единственный, кому мне не хочется свернуть шею. Я даже чувствую, что немного привязалась к нему. Вернее, та часть меня, которой это не безразлично.
— Привязанность к любому из Кэндлов опасна, она до добра не доведет, Клара, —
назидательно проговорила мама и, даже зажмурившись от отвращения, отправила первую ложку каши в рот. Проглотила. Поморщилась. — Я бы на твоем месте прекратила тратить впустую время. Чем он тебе поможет? Мальчишка мал, глуп и ничего не знает…— Он далеко не глуп, мама. И знает больше, чем говорит. Томас не такой уж и простак.
— Ладно, оставим это. — София Кроу сжала ложку так крепко, что пальцы побелели, и перешла к тому, что ее действительно волновало: — Что насчет моего поручения?
— Увы, — сказала Клара. — Ты была права: они действительно в Уэлихолне. Я видела Шляпу на вокзале и Метлу в парке. Где остальные — не знаю, но раз эти две здесь…
— То и остальные не преминут объявиться, — закончила за нее мать.
— Кто они такие, мама? — испуганно спросила Клара. — Ты так и не сказала…
София Кроу промолчала, о чем-то раздумывая. Дочь предприняла вторую попытку узнать хоть что-то:
— Кто их позвал? Кэндлы?
— Возможно, — хмуро ответила мама. — На станции не было ничего необычного?
— Я не рискнула подойти ближе — там крутилась эта их наглая девчонка.
— Значит, без участия Кэндлов точно не обошлось…
София Кроу погрузилась в свои мысли, а Клара, глядя на нее, все пыталась понять, что на самом деле происходит. Что это за люди, которых она искала по указке матери, и почему та их так боится. И хоть сама Клара ничего такого уж пугающего в тех двух женщинах в городе не увидела, страх и волнение матери передались и ей.
Некоторое время они не разговаривали, молча скребя ложками по тарелкам. За окном выл ветер, огонек свечи на столе чуть подрагивал, в голове у Клары клубились тревожные мысли.
Мама вдруг нарушила тишину:
— Как думаешь, когда нам отключат воду?
Этот вопрос сбил Клару с толку. Они только что обсуждали таинственных незнакомцев, прибывших в город с неясными, но явно недобрыми целями по приглашению их заклятых врагов, а ее интересует… вода?
— Нам не отключат ее, мама, — тем не менее заверила Клара. — Мне скоро выдадут жалованье, и тогда у нас хватит денег, чтобы оплатить счет.
— А как же долг за полгода? Или они о нем просто забудут? — София вздохнула. — Эх, если бы у нас еще было хоть что-то, что можно продать. — Она пристально поглядела на дочь. — А может, тебе все-таки поехать в Челмсфорд?
Клара скрипнула зубами. Ну с чего мама снова мусолит эту тему, притом что они уже не раз все обсудили! София Кроу будто и не видела никакой вины за своей младшей сестрой, которая забрала все остававшиеся у них деньги и сбежала. Так хуже того — мама всерьез полагала, будто Клара отыщет тетку и станет слезно просить у нее подаяния. Ни за что!
— Мама, давай не будем к этому возвращаться!
— Но Мейди не сможет отказать… Если ты придешь к ней и все расскажешь…
— Она нас обокрала, мама! Забрала у нас последнее!
София Кроу будто не услышала:
— Но она же по-прежнему твоя тетушка… Я уверена, она не со зла. Ты помнишь, как она тебя возила в театр? А каких милых куколок она тебе дарила?..
— Вот только давай без слезливых историй из детства!
— Ну поезжай! Ну пожалуйста!
Мама схватила Клару за руки. Это произошло так неожиданно, что та даже застыла.