Украина. Сон разума

Все потому, что нашлись те, кто стал этим процессом управлять, использовать в своих интересах. Интерес этот понятен. Однажды война уже помогла поднять экономику одной из стран мира. Слабеющий, необеспеченный реальной основой доллар и угроза потери влияния требуют новой нестабильности. Тогда Америка будет восприниматься островом стабильности, «сияющим городом на холме», куда потекут капиталы. Иноземные захватчики пришли с широкими улыбками на лицах, со сладкими речами и тайными планами. Они сделали ставку на самых жадных. Помогли жадным захватить власть. А жадные, чтобы удержать власть, в свою очередь решили использовать представителей крайнего, радикального направления — галичан.

Галичане (уточняю, что я имею в виду не всех галичан, а русофобски и радикально настроенных) к этому моменту полностью определились со своей бандитской сущностью. Помните, какова основа этой сущности? Взять, отобрать. И экипировка у них стала соответствующей: черная одежда, маски на лицах. Так делают, кстати, грабители, собираясь ограбить банк. Появление этих закрытых черными балаклавами лиц не напугало Украину… хотя один только этот факт должен был открыть глаза людям, должен был встряхнуть и отрезвить. Но разум их уже спал… и рожденные этим разумом чудовища вышли на белый свет. А спящие сквозь сон пробормотали: «Онижедети…»

А «дети» не просто надели маски на лица и черную одежду с нарисованной на рукавах разновидностью свастики, они взяли в руки ледорубы. И прошли маршем по улицам Киева. Так в первый раз они молча обозначили свои намерения. Следующие марши были уже откровеннее. Колонны скандировали: «Русских — на ножи!» Они продемонстрировали готовность отбирать по самому большому счету — сами жизни у тех, кто был объявлен недостойным.

К ним примкнули и жители других областей Украины. Те, что стали носителями новой идеологии.

4. Славяне и европейцы

Давайте посмотрим, от кого галичане впитали эту ментальность. Заодно и выясним, почему так сильно славяне отличаются от европейцев.

Вначале хочу еще раз предупредить, что не ставлю себе целью выставить западного человека плохим, а восточного — хорошим. Моя цель заключается в другом: показать коренные отличия, определить места столкновения интересов, вскрыть корень проблем. Мое уважение к достижениям западной цивилизации от этого не меняется. Надеюсь, и ваше не изменится тоже.

Дело в том, что, как показывает практика, на Западе сконцентрировалось больше людей-материалистов, а на Востоке — больше людей-идеалистов. Это, как я написала уже выше, не является основанием для того, чтобы заклеймить одних и возвысить других. Ведь какими бы ни были изначально мотивы поведения (материалистического или идеалистического), и то и другое поведение может и должно приводить к синергическому взаимодействию, взаимовыгодному сотрудничеству. Так удовлетворяются запросы и учитываются интересы всех сторон. Все довольны и счастливы.

И, разумеется, идеалистов на материалистическом Западе, и материалистов на идеалистическом Востоке, и в частности России, тоже хватает. И там и тут они играют свою важную роль, являясь в России катализаторами многих исторических процессов, а на Западе — основой культуры. Богатая западная культура и наука обязана своим возникновением отдельным личностям. Эти титаны — Аристотель, Архимед, Леонардо да Винчи, Коперник, Кеплер, Галилей, Ньютон, Гауди и многие другие — и создали великую культуру Запада.

Но наравне с ней существовала и существует другая культура — массовая. Эту-то массовую культуру и отражает политика государств, этот социальный запрос и выполняет власть. Поэтому гении гениями, а злодейства злодействами. Зло творят обезличенные массы (человек в толпе теряет свое лицо), вооруженные одной мыслью: наказать! Все негативное, что могло случиться с отдельным человеком, концентрируется в каком-нибудь лице: индеец, негр, еврей, гугенот, «колорад». Его наказание, а лучше уничтожение становится единственной целью, рецептом избавления от проблем. Эту иррациональную энергию толпы подпитывают властители и направляют в нужное для себя русло. Потому что если ее не подогревать, все больше людей начинает «выпадать» из толпы, люди быстро возвращаются к своим заботам, своим хозяйствам, детям и родителям.

Сверхспособность некоторых людей схватить и использовать все, до чего они могут дотянуться, выделяет их и из среды людей с маленькими биополями. В нормальном состоянии человек с маленьким биополем заботится о себе, его подвигает к этому сильный инстинкт выживания. Это выливается в то, что желая жить в хорошем доме, он принимается его строить, желая иметь обеспеченную старость, он копит деньги и имущество и рожает детей. Поэтому вокруг него вырастают города, дороги, больницы, школы и коммуникации. Кто же будет отрицать, что Европа хорошо обустроена!

А люди-рвачи прорываются во власть. Их девиз: «Цель оправдывает средства», поэтому честность они считают вредным качеством. Так нечестные выигрывают конкурентную борьбу у честных, беспринципные у принципиальных. И так эта нечестная власть, когда ей это выгодно, затевает войны и подогревает беспорядки, опираясь на ту самую иррациональную энергию толпы.

Коренные же изменения в жизни народов происходят тогда, когда идеи сотрудничества овладевают большим количеством людей. Тогда толпа превращается в один кулак — народ. Он объединяется стремлением разных людей сохранить не отдельного себя — а свой народ. Народ это уже не толпа. Это созидающая, а не разрушающая общность. И обычно находится правитель, который соответствует запросу уже этой новой общности. Есть такие крылатые слова: «Каждый народ достоин своего правителя».

Итак, исторически восточнославянские племена располагались на обширной территории Восточной Европы. Климат в этих краях суровый, после продолжительной холодной зимы почва еще долго не прогревается, полноценно сельскохозяйственными являются только 4 месяца в году. Люди приспосабливались, вели оседлый образ жизни, осваивая то, что предлагала природа. Складывался определенный образ жизни: за короткий летний промежуток необходимо было обработать землю, засеять, получить урожай, наготовить солений-варений на зиму. Работать приходилось в напряженном режиме, потому что летний день год кормит. А зимой можно и полежать, и отдохнуть, и собраться с силами. Не отсюда ли, кстати, берет свое начало российская привычка к затягиванию времени исполнения работ и авральному натиску напоследок?

Язык древних славян был громоздок, полон выражения нюансов и мелочей. Обилие приставок, суффиксов, окончаний — все работало на предельно подробное отражение действительности. Русский язык и сегодня сохранил многие из этих особенностей. Посмотрите, сколько оттенков находит русский язык для одного только обозначения цвета: голубой, голубоватый, голубенький, голубизна.

А вот английский язык практически не имеет окончаний (их изменения). Он почти отказался и от суффиксов. И голубой цвет обозначается одним только словом: blue. И он же обозначает на английском одновременно и синий цвет! А на русском для синего будет еще несколько обозначений: синий, синеватый, синюшный, синенький, синева, синь. Десять уровней восприятия вместо одного! А если умножить это количество отличий на количество слов? Насколько богаче окажется в своем отражении действительности русский язык. А в древности это проявлялось еще сильнее.