Укразия
Шрифт:
— Есть случай заработать.
Джон, рванувшись, обратил на себя внимание Дройда. Дройд протер глаза.
— Джон, это вы?
— Да, мистер Дройд.
И Дройд, схватив его за руку, втянул в автомобиль.
— Он арестован, — закричал офицер.
— Он англичанин, — ответил Дройд, — он мой шофер.
— Он арестован, — упорно продолжал офицер.
— Я не могу ехать без шофера… Я тороплюсь. Если хотите, пусть его сопровождает кто-нибудь из вас.
Джон сел за руль. Рядом с ним уселся офицер. Из контрразведки выскочили генерал Биллинг
— Автомобиль.
Маузер пощупал бок Дройда…
— Автомобиль, — кричал генерал.
В поданный автомобиль вскочили офицеры.
— Немедленно арестовать этого подлеца. Генерал Гаврилов торопливо разъяснил:
— Ротмистра Энгера.
И автомобиль помчался вслед за автомобилем Дройда. К генералу подбежал офицер.
— Вокзал в наших руках. Мы отбили рабочих, но они захватили телеграф. Надо еще роту.
— Сейчас. — Генерал побежал к телефону.
— Начало конца, — произнес один из офицеров.
— Какая разница, где ни пить… Будем пить крымское.
— Или кавказское…
К вокзалу, не зная о захвате его белыми, мчался Энгер, полуобняв Катю, мешая ей вырваться. Она тяжело дышала и с ненавистью смотрела в холодное, замкнутое лицо.
— Товарищ, — пробовал заговорить Энгер.
Но Катя с таким презрением посмотрела на Энгера, что он понял, что ему нечего сказать. Ему не поверят. И он еще плотнее уселся и еще крепче сжал Катю.
За ними Горбов, нажав на Дройда, мчался в полный ход. Мелькали здания, люди… Где-то чмокали шальные пули. И автомобиль неумолимо приближался, догоняя первый автомобиль.
За вторым автомобилем, развивая бешеную скорость, мчался третий с офицерами, спешившими арестовать Энгера.
Все три машины шли предельной скоростью.
Горбов, приподнявшись, ударил маузером по голове офицера и, схватив его, выбросил из автомобиля.
Офицер глухо стукнулся на мостовую и остался лежать, раскинув руки.
Третий автомобиль, пронесясь мимо выкинутого офицера, остановился, так как его узнали товарищи.
Задержка на минутку. Взяли в автомобиль. И опять в погоню.
У вокзала все еще шел бой.
Рабочих здорово теснили, но они не оставляли площади, ведя яростный обстрел вокзала. В группу рабочих влетел автомобиль Энгера.
Один из рабочих, узнав ненавистного Энгера, швырнул лимонку под автомобиль.
Взрыв.
Обломки автомобиля.
Дым еще не успел рассеяться, как с разгону на обломки автомобиля налетел автомобиль Дройда, увеличив и без того сумятицу.
Энгера и Катю выбросило из автомобиля. В полусознательном состоянии Энгер все-таки, приподняв Катю, прислонился к развороченному автомобилю.
Он ничего не сознавал. В глазах стоял туман.
Дройд, Джон и Горбов бросились к Энгеру и Кате.
Рабочие с винтовками наперевес, прекратив обстрел вокзала, грубо схватили Энгера и приставили к фонарю. Отошли, заряжая винтовки.
— Попался, сволочь!
Катя, поддерживаемая Горбовым и Дройдом, смотрела ничего не понимающими глазами. Сообразила. Рванулась.
Но, вспомнив, сколько ужаса и тревог принес этот Энгер, закрыла глаза. Ждала залпа.Воспользовавшись замешательством, белые сделали удачную вылазку и почти очистили площадь.
Вместо расстрела, рабочим пришлось отступать, отстреливаясь.
Взрывались лимонки.
Всюду дым.
В этот момент влетел на площадь третий автомобиль. Офицеры бросились к Энгеру.
— Вы арестованы, ротмистр, сказал один офицер, — снимая револьвер.
— Уже! — холодно улыбнулся Энгер.
— Взять всех присутствующих в тюрьму.
Джон не стал ждать своего ареста. Отличным ударом бокса повалил первого офицера и, перепрыгнув через обломки, скрылся в дыму взрывов.
Всех посадили в автомобиль. На Горбова, Катю и Энгера навели револьверы.
— В тюрьму.
И третий автомобиль умчался, увозя с собой лиц, связанных друг с другом работой и приключениями.
Энгер поглядывал на Катю и улыбался. Катя, закусив губы, презрительным взглядом отвечала на улыбку.
Дройд, вспомнив свои злоключения, уселся удобней, запахнувшись в пальто.
О, он и отсюда выйдет сухим. Горбов с тоской думал о маузере.
— Отобрали, сволочи.
Тюрьма приближалась, подавляя всякую мысль о бегстве.
Громадные ворота, высокие стены.
Ворота раскрылись, пропустив арестованных.
Глава XL
Ротмистр Энгер
С рассветом началось наступление на Одессу. Галайда мчался через поля, направляясь к шоссе, которое в настоящий момент было совершенно не защищено, так как генерал Биллинг перебросил несколько рот в город для подавления восстания.
Мчались тачанки… Скакали партизаны…
На вокзале шел упорный бой…
Рабочие железнодорожного депо ударили в тыл белым, и бой развивался между рельсами.
К станции равномерно, уверенно шел «Ильич».
Макаров наступал во главе железнодорожников.
Его энергичная фигура была то там, то здесь, а голос часто покрывал ружейную трескотню.
— Даешь вокзал! Наступали и с площади.
Откуда-то выкопанные или отобранные пушки громили вокзал.
Циферблат был разбит, и скоро трехцветный флаг был снесен снарядом.
Белые защищались стойко. Им отступать было некуда, и они сражались, как звери. Сосредоточенно косили рабочих из пулеметов. И очень часто несколько офицеров, засев за камни, отбивали целые отряды рабочих.
Бронепоезд подошел, и отряд из него с криком «даешь!» ударил снова.
Деморализация полная.
Отовсюду наступали рабочие я партизаны.
Паника…
Офицеры стали метаться, ища спасения. Один пулеметчик-офицер, выпустив последнюю ленту, застрелился.
Вокзал был взят.
На крыше вокзала взвился красный флаг.
Красные победили, но не имели сил удержаться на захваченных позициях.
Но белые этого не знали. Превышая в десятки раз рабочих, они предались панике.