Ультраскип

— Хороший доклад, рядовой Санчо, едим на первый этаж бомбить дальше.

— Бомбы!

Брум даже не стал выбирать места подрывов, он едва глянул на комнату и принялся отдавать приказы:

— Взорви самые толстые стены в двух местах, и установи ещё четыре бомбы равномерно на полу.

— Но это весь мой боезапас, сэр.

— Нууу ладно… — засомневался Брум. — Хорошо, оставь один фугас на потом, вдруг к нам на вечеринку заявится медведь.

Радостный Санчо лихо выгрузил все мины и подъехал к лестнице.

— Заряды установлены, сэр, рекомендую подняться повыше, чтобы избежать последствий взрыва.

— Да ладно тебе, — махнул рукой, — у тебя не такие мощные бабахи, чтобы они могли задеть меня. К тому же я буду стоять за углом.

— Как вам будет угодно, сэр.

Бум-бум получился чёрным, Брум не сразу понял, что произошло, на секунду ему даже показалось, что его проглотила чёрная бездна, но на самом деле они просто пробили крышу военного бункера, который находился под этим самым особняком. Как говорил ранее Санчо — взрыв стал последней каплей, который вызвал трещины и обрушение конструкции. К счастью для всех, обвал получился локальным — рухнул только пол, но не стены особняка, иначе они все оказались бы погребены под обломками.

Брум очнулся уже внизу, он лежал спиной на деревянных ящиках, рука сжимала рукоять дробовика, но ствол придавило тяжёлым куском бетона, технодоспехи капитально побились, местами до красного и жёлтого. Но что хуже всего, прямо перед ним стояла Памела, настоящий кровожадный монстр с куском арматуры в руках. Брум мог наблюдать, как её раны на шее и на ноге заживают в режиме «реального времени», её могучий организм выплёвывал свинец и наращивал новую рубцовую ткань. Единственная её проблема состояла в том, что чувствительные глаза не могли так же быстро регенерировать. Поэтому она просто стояла и ждала малейшего шороха, чтобы атаковать. Вокруг летала каменная и бетонная пыль, она сопела и не могла распознавать запахи, но вскоре эти частицы должны были осесть и тогда у Брума возникнут проблемы.

Старый солдат не потерял самообладания, он повертел глазами и обнаружил, что валяется где-то на старом армейском складе, где не было ничего интересного, кроме бесполезных ящиков с униформой. Вокруг валялась куча камней и кусков бетона, из-под одного из них выглядывала робозадница Санчо. Бедняга отключился и не подавал признаков жизни.

Нужно было что-то делать, Брум просчитывал варианты и один был хуже другого, в конце концов, он пришёл к выводу, что драка неизбежна и нужно готовиться именно к этому исходу. Брум собрался, напряг мышцы и нажал на спусковой крючок дробовика — выстрел раздался где-то в глубине камней, но этого было более чем достаточно, чтобы привлечь внимание Памелы. Она прыгнула на место выстрела и принялась колотить его здоровенным фрагментом арматуры с железобетонном. Если бы Брум не откатился в сторону, то и ему бы досталось. Солдат поднялся на ноги, достал свой щит с мечом и нанёс глубокий колющий удар в район сердца со спины. Он попытался вонзить Гладиус как можно глубже, чтобы он застрял и не позволил сердцу восстановиться. Но расплатой за эту «долгую» атаку стал неминуемый контрудар. Памела взбесилась, стала махать руками во все стороны и легонько задела Брума, этого легонько хватило ему по самые уши — прочность грудной пластины снизилась до 20%. Брум упал на ящики и снова принялся приходить в себя. Потом он, наконец, нащупал рукоять дробовика, упёрся ногами и вытащил его на свет Божий. Пока Памела извивалась и пыталась избавиться от лезвия в груди, он приложил ствол к её затылку и стал стрелять, пока не выбил всю дурь из её башки.

Артур Брум тяжело вздохнул и присел на ближайший ящик, чтобы передохнуть. На минуту ему показалось, что он стал слишком стар для этого дерьма, но потом появилось уведомление на миниэкране в шлеме: это были уберзомби второго уровня, за которых дали по целых 200 очков за каждого.

— А, ну тогда понятно, чем больше награда, тем тяжелее за неё драться.

Глава 14. Можно ли быть безумцем в безумном мире

Где-то там наверху кипели ночные страсти. Косолапый всё-таки решился подойти к каменной башне, но его подкараулили волки для выяснения отношений. Пока они мерялись клыками, Артур Брум разгребал завалы и собирал останки Санчо в походный ранец. С такой ношей было не просто передвигаться, особенно после всех повреждений в технодоспехах, но он не мог оставить друга в беде, в любой момент грунт мог обвалиться вместе с замком и превратить это место в одну большую могилу.

Старый солдат собрался с силами и посмотрел наверх — в потолке зияла дыра, ведущая через железобетонную конструкцию и грунт на первый этаж особняка. Если бы он был в хорошем расположении духа и без тяжёлого груза за спиной, он, может быть, решился бы заняться скалолазанием, но в этот раз у него заскрипели колени от одного вида препятствия. Бруму сразу захотелось найти альтернативный путь. Встроенные в шлем фонари осветили старый бункер-склад, впереди показались две металлические двери, закрытые на замок. К одной из них он даже не смог приблизиться — счётчики радиации сразу забили тревогу, но зато другая, в самом углу, выглядела относительно безопасной. Брум подошёл к ней вплотную, прислушался, а потом попытался выломать. Дверь была сделана на совесть, пришлось достать меч и прогрызать замочный механизм.

Перед Брумом предстал старый бардак, похоже это были казармы, из которых эвакуировались в полной суете, солдатики побросали почти всё и забрали только самое важное. Брум прошёлся через ровные ряды коек и вышел в зону отдыха с кухней и мебелью. Уровень радиации и токсичной пыли постепенно повышался, лишний раз напоминая, что отсюда нужно было убираться как можно быстрее. Он огляделся по сторонам и нашёл красную линию на полу, это был маркер для самых глупых, чтобы даже в экстренной ситуации любой человек мог найти аварийный выход. Брум последовал по главному коридору вперёд и через несколько поворотов вышел на винтовую лестницу. В этот раз дверь открылась подозрительно легко, Брум почувствовал подвох и стал подниматься с двойной осторожностью.

Ступенька за ступенькой, он приближался к звукам ночи: где-то там отчаянно бегал медведь и пытался найти Брума. Косолапому не хватало ловкости, по мере сил он отбивался от волков, но они постоянно цапали его с тыла. Медведю приходилось терпеть их укусы и продолжать поиски сугубо по запаху, он постоянно возвращался к первому этажу особняка, а дальше след терялся, и ему приходилось начинать всё заново.

Брум неожиданно увидел окно в серой каменной стене, он подошёл поближе и обнаружил, что смотрит на радиоактивный лес и развалины особняка. Солдат подумал ещё немного и понял, что находится в каменной башне, которая когда-то была тем самым «маяком» и интересным местом, который завлёк его в эти края. Через ещё один подъём он вышел на территорию самого особняка. Он увидел знакомую сцену с другого ракурса и испытал чувство дежавю. Раньше Брум видел эту комнату только через дыру в четвёртом этаже, а теперь всё содержимое было совсем рядом. Он подошёл к кресле качалке и дотронулся до Сью, но она никак не отреагировала. Брум скинул с неё пледы и обнаружил старого робота-аниматроника, здесь были сервоприводы, железный гуманоидный скелет и провода, тянущиеся к компьютеру за спиной. Устройство заряжали через солнечную панель, но кто управлял им было совершенно не ясно. Брум посмотрел на кофейный столик рядом и заметил старую армейскую карту, на которой Сью оставила кучу пометок, в том числе тут были и короткие пути через тоннели, ведущие на север и северо-восток. Брум сфотографировал карту и сохранил себе в компьютер технодоспехов.

Брум подошёл к дыре в фасадной стене и посмотрел вниз, где ещё продолжалась медвежесобачья суета. Стены особняка вроде бы ещё не скрипели и можно было подождать, когда проблема внизу «решится» сама собой. Брум посмотрел на ночную жизнь, зевнул и, наконец, вспомнил про ещё одно немаловажное дело, которым можно было заняться прямо сейчас — он попытался вызвать по открытому радиоканалу Касема, в прошлые разы ему мешали помехи, но сейчас у него было больше шансов за счёт высоты. Помех стало действительно меньше, но ещё недостаточно для полноценного приёма. Тогда Брум отправился в каменную башню и стал подниматься на самый её верх. На последнем этаже его ждала камера с хорошим зумом, подключенная к ещё одному компьютеру. Брум махнул на неё рукой, ему было не до этой мелкой загадки, и снова вызвал Касема. Через несколько минут раздался первый ответ:

— Как я мог быть слеп все эти годы… — казалось Касем бредил и говорил сам с собой. — Решение всегда было рядом…

— Касем?! Ты там спишь или как?

Судя по звукам учёный пробирался сквозь лесную чащу, а его рация работала в автоматическом режиме как радио.

— Всё потому, что я нарушил правила объективности… Надо было рассматривать все инструменты воздействия, даже от семейства Хорн.

— Ау! — закричал солдат во всё горло.

— Кейн? Кейн, это ты?

— Какой ещё, нахрен, Кейн?! Ты там совсем долбанулся что ли? Это я, Артур!

— Джон Доу?

Брум вспомнил про музыку и стал спешно отдавать приказы, чтобы его технодоспехи воспроизвели композицию «Одинокий пастух» через динамики. Услышав знакомые мелодии, Касем даже остановился, он стал тяжело дышать, потом успокоился и наконец взялся за рацию, чтобы ответить:

— Артур, мне ведь сейчас не послышалось? Это ты недавно разговаривал со мной?

— Да, это я! А ты это ты? Что у тебя с головой?

— Увлёкся. Это всё-таки дело всей моей жизни. Я как никогда близок к победе, осталось ещё немного, но последний элемент ускользает из рук.