Усмиритель душ
Шрифт:
И в этот момент Юньлань зацепился взглядом за свою порванную рубашку.
Она была порвана от левого плеча до правого бока, распорота ровно пополам. Юньлань провёл пальцами вдоль разреза на толстой зимней ткани и с удивлением распознал в нём след от острого лезвия.
Откуда у Шэнь Вэя было взяться острому лезвию?
Полупьяный и в полном смятении, Чжао Юньлань наконец собрался с мыслями. Обычный человек не лишился бы чувств так стремительно. Даже у сердечного приступа есть симптомы, которые его предвещают. А Шэнь Вэй
Взглянув на него, лежащего на кровати, Юньлань нахмурился и вытащил из сумки чёрную книгу. Достал из неё талисман и позаимствовал у Шэнь Вэя прядь волос, завернул в жёлтую бумагу и сжёг, а пепел развеял над страницами книги.
Словно соль, рассыпанная над водой, пепел растворился бесследно.
А на странице возникла краткая строчка: «Великая угроза. Человек без души.»
Юньлань угрюмо прижал к странице ладонь и спросил:
— Откуда он пришёл?
Предыдущая надпись исчезла во вспышке белого пламени. Её заменили другие слова:
«Из невообразимых глубин преисподней.»
Юньлань нахмурился и захлопнул книгу. А затем прибрал комнату и как мог починил свою несчастную рубашку несколькими булавками, а поверх набросил куртку, которую спьяну бросил прямо у входа.
Прибыла скорая, подняв всех остальных, и во всколыхнувшемся хаосе Шэнь Вэя увезли прочь.
На скорую руку успокоив паникующих студентов, Юньлань велел им оставаться с Линь Цзином и поехал в больницу вместе с Шэнь Вэем.
Тот по-прежнему не дышал. Врачи отчаянно пытались его спасти, а Чжао Юньлань стоял в стороне и хранил молчание: ему было прекрасно известно, что с Шэнь Вэем всё хорошо. Просто могущественное существо, обладающее этим телом, опьянело настолько, что лишилось сознания, и тело подобающим образом среагировало на его отсутствие.
Спрятав руку за спиной, Юньлань достал и поджёг талисман призыва. И ещё три, один за другим.
Врачи уже практически смирились со смертью пациента.
Сосредоточившись, Чжао Юньлань достал пятый талисман.
«Блуждающие души, внемлите моему призыву!»
На третье повторение талисман в его руках вспыхнул, и тело Шэнь Вэя отчаянно содрогнулось.
— Сердцебиение! Сердцебиение вернулось! — завопил кто-то.
Вздохнув с облегчением, Юньлань спрятал горстку пепла в карман куртки.
Просыпаться Шэнь Вэй пока не торопился.
В больницу его привезли посреди ночи, и теперь целая вереница докторов суетилась над ним, пытаясь понять, что случилось. Юньлань, ошиваясь вокруг, терпеливо ждал, проклиная свою пьяную голову, решившую вызвать скорую.
Братец Лан, услышав о случившемся, тоже примчался в больницу, и Чжао Юньланю пришлось его успокаивать. Бедный толстяк понятия не имел, что выпивка может уложить тебя на больничную койку,
и его лицо позеленело от ужаса, словно несвежий огурец.***
Очнувшись, Шэнь Вэй осознал, что его опутывают всевозможные трубки, и осторожно сел, избавляясь от них по одной.
— Боюсь, придётся тебе здесь задержаться на несколько дней, — лениво предупредил его знакомый голос. В палате сидел Чжао Юньлань, кутаясь в расстёгнутую куртку и держа в руках кружку с чем-то горячим.
— Мы в больнице? — непонимающе спросил Шэнь Вэй, изменившись в лице. — Я… Сколько я выпил?
— Достаточно, чтобы у тебя остановилось сердце.
— Я…
Шэнь Вэй даже не догадывался, что настолько не переносит алкоголь. А пока он торопливо придумывал оправдание, Чжао Юньлань отставил свою кружку на больничный столик.
— Это я виноват, — сказал он, — ты меня напугал, а я был достаточно пьян и растерян, чтобы вызвать скорую. Этого, конечно, делать не следовало: теперь тебе придётся пару дней играть в пострадавшего и подыгрывать здешним докторам…
Что-то неуловимо изменилось в его голосе.
Чжао Юньлань слегка улыбнулся и тихо добавил:
— Ваша Честь.
Глава 44.
Шэнь Вэй молчал несколько долгих минут, и Юньлань не собирался его торопить — только устроился поудобнее в своём углу. В палате было так тихо, что наручные часы Юньланя, казалось, тикали на весь этаж.
Наконец, Шэнь Вэй вздохнул и взмахнул рукой. В один миг его больничная пижама сменилась знакомым чёрным плащом, а в ладони появилась глефа, и Шэнь Вэй с какой-то откровенной простотой уложил своё древнее оружие на колени.
В этот раз чёрный туман уже не прятал его лица.
— Как ты узнал? — тихо спросил Шэнь Вэй.
Чжао Юньлань долго смотрел на него, сощурив глаза, а затем улыбнулся:
— Я не знал. Зато теперь знаю.
Выражение лица Шэнь Вэя невозможно было описать словами.
— Я, конечно, подозревал. Слишком много совпадений: вспомнить, хотя бы, твоего кукольного посыльного и его появление в пещере Ханьга. Или нашу встречу со стражем преисподней: ты откуда-то знал, куда он ведёт все эти души. А ещё он дважды поклонился нашей машине. Опять же, Чжу Хун умудрилась напрочь забыть о тебе… Вам доступны эффективные методы перемещения, Ваша Честь; должно быть, вы успели побывать на «другой стороне» и вернуться назад незамеченным. Кроме того…
Когда Шэнь Вэй целую ночь смотрел на него в хижине. Именно тогда Чжао Юньлань впервые что-то заподозрил. Однако говорить об этом Палачу Душ было странно, и Юньлань поспешно притормозил и проглотил остатки своих рассуждений.
— И кроме того, твоё сердце остановилось так резко, что моим первым инстинктом было спросить о тебе книгу Жизни и Смерти. Оказалось, что «Шэнь Вэй» — это человек без души из невообразимых глубин преисподней, — припомнил Юньлань, постукивая пальцами по колену. — Если подумать, то подсказки были повсюду.