Утилизация

Реярд получил прозвище «гильмит хаоса», думаю желающих с ним биться не будет. Что испытывает сам гвардеец обращаясь огромным плоским червем я не знаю. Даже мне было бы с ним стремно драться. А еще он постоянно стремился прикоснуться к окружающим с каким то гастрономическим интересом. Не то чтобы меня это расстраивало, я и сам так смотрю на людей, но я хочу их жрать, а не паразитировать на своих противниках. Если верить его мыслям, собирается уйти жить в городскую канализацию.

Победитель аватары источал пафос. Говорил исключительно высоким стилем и предлагал все пойти охотится на богов. В приступе вдохновения отнял у него косу, благословил метелку и впаял в нее десертную ложку. Если верить системе в боевых качествах гвардеец не потерял, но стал выглядеть в разы забавнее. Теперь он разящая метла хаоса.

Лея, так необычно разнообразившая недавно сексуальный опыт каждого десятого человека на земле не могла успокоиться и постоянно заниматься любовью. Она перетарахала всю команду, дом, трахнула меня, половину предметов на кухне.. В итоге Стив призвал армию инкубов, что заняло нашу прекрасную танцовщицу на сутки. Или двое?

В общем не команда а собрание образцов для целого института психологии. Пихозы, мании, диссоциативные расстройства, паранойя, сексуальные девиации, расщепление личности…

Еще у меня в команде был один высокоактивный психопат. И им мне предстояло заняться.

Свет не жил в подвалах дома. Тьма там, в царстве труб и скрипучих лестниц была подобна воде. Она стекала туда со всего ночного города и пряталась пока солнце властвовало над миром.

Хищные тени, в ней живущие, тушили жаркий огонь горячей кровью…

Именно там, в темноте сейчас сидели все участники недавней трагедии что разыгралась в вечном холоде звездной пустоты. Где мой верный соратник, Фауст, он же Фенимор Астром, маньяк убийца, людоед, астрофизик и космический инженер.

Почти три десятка лет назад произошла трагедия. Не знаю уж, что стало спусковым крючком, что выпустили демонов Фауста, куда смотрели психологи, что умудрились проглядеть окончательно спятившего человека, сидящего на обслуживании целой космической станции, почему не сработали целые каскады защиты и так далее. Но факт остается фактом. Целый космический челнок с полусотней людей на борту. Инженера, пилоты, биологи. Ученые и лаборанты. Их жены и дети. Космическая станция превращенная в жуткий лабиринт. Пол года боли, смерти и ужаса.

На всех приборах космическая станция с пристегнутым к ней челнокам давала сигнал «утечка активной зоны реактора, активирована система аварийного удержания радиации». Станцию нельзя было уничтожать, и вообще трогать, чтобы на заражать пространство радиоактивным мусором.

Через пол года команда зачистки с удивленеим обнаружила сигнатуры живых людей в отсеках. Всего двух.

Фауста и единственного выжившего, мальчика Марка. Пол года отчаяния ужаса и беспросветного мрака. Насилия, пыток, боли. У мальчика отсутствовали обе ноги и рука, были выбиты зубы. Он уже ни на что не реагировал. Смерть почти всех членов экипажа произошла на глазах игрушки спятившего психопата. Диета из человеческого мяса, сгорающая заживо сестра…

Команда зачистки тоже погибла почти в полном составе. Ловушки продолжали эффективно работать. В итоге к операции подключились военные, что разнесли станцию точечными залпами и поймали разлетающихся людей силовыми полями.

Потом был суд и разбирательства. Число людей оказавшихся за решеткой исчислялось сотнями. Фауста обрекли на вечное заключение в мире компьютерной игры. Более того, ему изначально пописали невозможность взаимодействия с техникой, вставили грамотные блоки на социальное взаимодействие, программа отслеживала все его мысли.

Сумасшествие моего соратника имело органическую природу. В условиях оцифровки органические проблемы пропали, и теперь у Фауста появилась возможность со временем стать нормальным человеком, принять и осознать социальные правила, понять наконец, что такое хорошо и что такое плохо, попробовать на себе этические нормы.

Со временем, даже через сотни лет, Фенимор Астром мог стать почти нормальным человеком. Пока не встретил меня.

По удивительной иронии Марку, оцифрованному в тот же период, оцифровку осуществили по тем же причинам. Милосердие и забота. Вечное детство в мире бесконечных приключений.

Опять же, пока моей волей эти двое не встретились над небом умирающего города. Прописанные запреты для Фауста не сработали над вечным ребенком. Формально ему было за сорок.

Друзья Марка… Друзья Марка вышли из игры и с ними работают психологи. А купил себе право исправить ситуацию. Попытку исправить ситуацию. И сейчас, в темноте старого дома, окутанные живыми тенями, спали палач и его жертва. Спали, чтобы пришел я и дал каждому то, в чем он нуждается сильнее всего.

Забвение

Возрождение

Отмщение

Сейчас я действительно ощущал себя богом. В моих волосах играл незримый ветер. Я ощущал то странное чувство, которое постоянно посещали меня при жизни, и достаточно редко тут, в игре. Право на чудо. Когда через меня мир говорил с человеком. Мне загадывали желания и получали их исполнение. Я был джином, духом исполняющим желания, магом…

После этих встреч у человека не было шанса остаться прежним. Желания людские исполнялись. Ищущий власти ее получал, любви – обретал. Денег – находил. Признания – огребал.

Но мир всегда брал плату. С кого то судьбой, с кого то испытанием, кто то терял что то важное, кто то получал «Бонус» от которого он не мог отказаться. Ни кто не оставался прежним.

И сейчас я чувствовал, что надо сделать.

– Здравствуй, Марк!

Лежащий передо мной парень вздрогнул

Я чувствовал его страх. Его разум бился как птица в клетке, убегая от осознания происходящего. Но мне не нужен был его страх. Не нужно было его одиночество. Во мне не было жалости. Или была, слишком много пережил парнишка. Но сейчас для нее не было места. Я не хотел лечить его сердце, у меня было слишком мало времени, в моем сердце было слишком мало любви чтобы справиться с этой сочащейся язвой. Так что придется выжигать ее.

– Кто вы? Где он?

– Меня зовут Олег. Я друг Фауста. И его повелитель.

– Вы тоже монстр? Вы сделаете мне больно? – В голосе мальчишки была обреченность.

– Монстр? Да нет, но я их иногда подкармливаю. Разных чудовищ. Иногда они кусают без разрешения. Хотя я их бог.

– Бог? Тогда почему вы просто не уничтожите этих монстров? Раз вы не один из них? – Голос мальчика звучал спокойнее.

– Потому что мы в ответе за те, кого породили? В какой-то мере весь этот мир – мое дитя.