Узы ветра

Нелёгкое? Охренеть. Как можно было вообще о таком подумать? Наследника у него нет, урод, женись ещё раз, роди, усынови на крайний случай. Зачем красть чужие души?

От возмущения я вновь замычал.

– В чем дело? Наверное злишься? Злись – ты в своём праве. Но знай, дело уже сделано и обратно ничего не вернуть. Тебе придётся смириться и помочь мне. – Моё возмущение вызвало бурную реакцию. Не ожидал, честно. Новоиспечённый папаша заговорил резко, повысив голос. Будто приговор зачитал. – Мы с тобой либо договоримся миром, либо принуждением. Выбор за тобой. Сейчас отдыхай. Скоро придёт прислуга. Они тебя накормят, помоют, переоденут. Я съезжу по делам, а когда вернусь – мы продолжим этот разговор.

С этим он поднялся с кровати и было собрался уйти, но это у него не вышло. В комнату, будто фурия, ворвалась женщина с огненно-рыжими волосами. Её зелёное платье слегка растрепалось, будто она бежала сюда. Женщина попыталась приблизиться к кровати, но Эрин встал у неё на пути.

– Лита, нет. Ещё рано.

– Он очнулся? Я хочу его видеть! – Женщина попыталась обойти Ши’фьена, но тот схватил её за руки и начал выталкивать за дверь.

– Я сказал нет! – рявкнул Эрин. – Это не обсуждается.

– Это и мой сын тоже, я его мать и в праве…

Резкий шлепок пощёчины прервал причитания, а дальше, воспользовавшись тем, что женщина потеряла ориентацию от его действий, папаша вытолкнул мать того, чьё тело я занимал за дверь и захлопнул её. Из коридора послышались звуки женского плача, которые, впрочем, быстро удалились. Всё стихло.

М-да уж. А папаша оказывается тот ещё мудак.

Через какое-то время, как и сказал Эрин, пришли несколько слуг. Они начали с осторожностью совершать манипуляции по уходу за телом. Было видно, что делают это не в первый раз. Похоже Джеймс не первую неделю находится в таком состоянии. Значит это истощение не из-за процесса вселения моей личности.

Произошла заминка, когда слуги увидели, что я слежу за их действиями. Одна из девушек даже вскрикнула и указав на моё лицо, спросила у старшего из слуг, который не принимал участия в процедурах, а только отдавал указания, что делать. Тот почесал затылок и ответил, что особых распоряжений не поступало, поэтому делать нужно всё как обычно. А как обычно мне не понравилось. В принципе не нравилось чувствовать себя запертым в чужом теле и беспомощным, неспособным даже задницу себе подтереть. Особенно мне пришёлся не по душе процесс кормления. В рот вставили трубку и начали по ней подавать жижу, пахнущую до боли знакомо. Дело в том, что на второй месяц после родов у супруги пропало молоко. Пришлось переходить на кормление смесью. Так вот та жижа, что вливали мне прямо в горло, пахла точь-в-точь как детская смесь. Вкуса, к сожалению или к счастью, я не чувствовал. Закончив процедуры, слуги удалились, оставив меня в одиночестве. Перед этим они погасили свечи в люстре, распахнули шторы и открыли окна. Комната наполнилась солнечным светом и свежим воздухом.

Некоторое время я лежал, пялясь по сторонам, в попытках рассмотреть подробно всё вокруг. Зрение не слишком хорошо работало. Но было кое-что на удивление четкое. Ветер. Если в тот раз, когда Эрин разбирал завал при помощи магии ветра, это были четкие линии, то сейчас порыв, влетевший в приоткрытое окно, был тусклым подобием того потока. Прохладный воздушный язычок, который слегка лизнул меня в лицо и совсем немного разбросал волосы. Он бы и дальше продолжил щекотать меня, но пришла девушка служанка и закрыла окна, которые оставили открытыми для проветривания. Жаль. Этот короткий миг «общения» с ветром принёс какую-то, хоть и небольшую, радость. Странно, раньше я никогда не получал таких эмоций, когда на меня дул ветер. Ещё одна странность в копилку того, что придётся выяснить.

Сколько я пролежал в одиночестве не известно. Может час, может десять минут. Когда совершенно нечем себя занять чувство времени как-то притупляется. Забыться сном мешали мысли, крутящиеся в голове. Так много вопросов и так мало ответов. Слишком мало информации, чтоб составить полную картину происходящего. Придётся идти на контакт с моим пленителем. Хоть и совершенно не хотелось этого делать. Изначально не было желания общаться, а уж после сцены избиения моей потенциальной новой матери оно отпало окончательно. Но, как я уже говорил, выбора нет. Совершенно. Придётся общаться. От Эрина зависит встану я на ноги или нет. И что со мной будет дальше. Нужно привести это тело в порядок, а дальше разберёмся. Одно я знаю точно, этот козёл поплатится, за то, что выдернул меня от моей семьи.

На этих мыслях меня накрыло волной дремоты, и я погрузился в забытье. Погрузился, чтобы тут же проснуться от звука открывающейся двери. Вошёл Эрин, в сопровождении слуг, несших странного вида кровать. Это было больше похоже на орудие пыток. Железный каркас, смахивающий на детскую кроватку со стенками. Снизу болтаются какие-то провода, а ко дну прикручены железные кольца. Они располагались так, что становилось понятно их предназначение. Фиксация рук, ног и шеи. Помимо кровати принесли так же кресло с похожими крепежами. Оно было отставлено в сторону. Меня прошиб холодный пот. Неужели они думают, что в нынешнем положении я опасен настолько, что меня нужно дополнительно приковывать к постели?

От Эрина не укрылось моё состояние и он, усмехнувшись сказал:

– Не бойся, это не пыточные инструменты. Вернее, можно и так использовать, но сейчас эти приспособления помогут быстрее поставить тебя на ноги. Моргни, что понял.

Немного отпустило. Но вот оговорка насчет пыток оставила определённые опасения. Одно моргание.

– Отлично, – и обращаясь к слугам, – чего встали? Пошевеливайтесь. Меняйте кровати, застилайте и перекладывайте Джеймса.

Пара минут и я лежу в импровизированной люльке, а Ши’фьен закручивает болты на фиксирующих скобах. Когда меня перекладывали я заметил, что по бортам люльки-клетки инкрустированы драгоценные камни различных цветов. У богатых свои причуды, конечно, но смысл вставлять драгоценности в простой железный ящик? Ответ на этот вопрос я получил практически сразу от Эрина, будто прочитавшего мои мысли:

– В конструкцию входят магические накопители, они будут питать внешний контур. А тонкую подстройку я проведу сейчас. – С этими словами он вытащил из кармана какое-то небольшое устройство, смахивающее на кубик Рубика, только одноцветный и будто из серебра, всё с теми же камнями и моток проволоки. Воткнув один конец медного с виду провода в паз устройства, Эрин полез под кровать. Там, как помнится, висели какие-то провода, к ним он и подключил свой куб. Встав с колен он отряхнул их от несуществующей пыли. Поднял руку, направив сжатый кулак на кровать, прикрыл глаза и зашевелил губами. Пара мгновений и я замечаю три порыва ветра, устремившихся от стенок кровати к потолку, которые тут же исчезли. Эрин открыл глаза и, осмотрев люльку, довольно кивнул:

– Всё работает.

Никаких изменений я не почувствовал. Были заметны едва различимые завихрения, поднимавшиеся вверх от нового ложа и на этом всё.

Эрин, обойдя кровать вокруг и кивнув своим мыслям, сказал:

– С завтрашнего дня с тобой начнет заниматься специально обученный человек. Терапия пойдет тебе на пользу. Она поставит тебя на ноги. Ты ведь не планируешь остаться таким навсегда. Верно? – он слегка улыбнулся немудрёной шутке, но взгляд остался, как и прежде холодным и слегка злым.

Я не счел нужным что-либо отвечать. Лишь отвел глаза и уставился в окно. Ши’фьен понял, что общаться я не намерен и молча удалился.

Остаток дня ничем примечательным похвастаться не мог. Ещё дважды приходили слуги и подвергали меня унизительным процедурам. Вечером заглянул «отец». Но только лишь для того, чтобы проверить как работает система, к которой я был подключен. Не удостоив меня даже и намеком на общение, он удалился. Полежав в одиночестве и тишине какое-то время я провалился в беспокойный сон.