В дебрях урмана
Шрифт:
Глава 4
На следующий день утром, как и сказал Даниил, он выехал до Магадана, прихватив с собой пассажиров – семейную пару с ребёнком, собиравшихся далее вылететь самолётом до Хабаровска. То есть обратная ездка у него оказалась с «наваром». Что ж взвоз в этих краях дело выгодное, и этим ремеслом Даниил занимался уже несколько лет подряд, как приобрёл желанный ГАЗ-69, и такая работа его устраивала. Следует пояснить, газик новенький, но пришёл с завода с дефектом в двигателе, и его решили продать кому-либо из местных работников. Даниил был на хорошем счету – честный и работящий, безотказный и ответственный. Узнав, что машину хотят реализовать, он обратился к начальству с просьбой продать ему. Не отказали. Приложил руки и умение и машину
Выпало как-то возвращаться с Ягодного в ночь. Ехал один. Вдруг фары осветили сосну, лежавшую поперёк дороги. Подумал: повалило ветром или свалило грозой. Вышел из машины, подошёл к дереву оттащить его в сторону. Только нагнулся, как услышал за спиной лёгкий хруст сухой ветки. «Медведь!» – мелькнуло в голове. Но тут ощутил на затылке прикосновение холодного металла. Это был ствол обреза, и сразу раздался повелительный голос: «Убирай с пути лесину и быстро за баранку!» Ноги будто подкосились, потерял дар речи и обомлел. «Ты чего, глухой? А ну пошевеливайся!» Объятое страхом тело сделалось ватным, слушалось с трудом. Убрал с дороги дерево, направился к машине. Видит тот, кто наставлял на него оружие не один, с ним ещё двое. Незнакомцы не местные, не приисковые и одеты в арестантскую одежду. «Беглые!» – догадался Даниил. «Убьют и заберут машину…» И тут снова этот же зэк спрашивает: «Мужик, хочешь жить?» – «А кто ж не хочет?» – дрожащими губами ответил Даниил и перекрестился. «Так вот седай за руль и гони свою лошадку до Магадана. Если кто будет останавливать, гони дальше. Остановишься или намёк кому встречному дашь, считай, пропал. В своём или казённом доме живёшь?» – «В частном, с огородиком, с женой и ребёночком», – ответил Даниил. «Это хорошо. Довезёшь до своей хаты, одежонку нам подходящую дашь – прикинуться достойно и пожрать. Хрусты и ценности, какие есть выдашь, спички, табак». – «Какие ещё хрусты?» – спросил Даниил. Старший из них ухмыльнулся: «Деньги, дурень!» Затем без усмешки продолжал требовать: «Потом выкатишь нас за город. Всё складно сделаешь, останешься жить. Всё усёк?» Ответил: «Понял, чего ж не понять». Даниил всё так и сделал, как наказали беглые, а куда же деваться. Когда же вывез переодетых и накормленных арестантов за город, те, не сказав ни спасибо и не попрощавшись, скрылись в придорожном лесу. Ехал и боялся: «Убьют, зачем им свидетель, машину угонят и бросят…» Но, к счастью, так не случилось, оставили в живых. Прежде чем лагерников поглотила тайга, один из них зло бросил: «Помни: взболтнёшь, найдём – перо меж рёбер вставим и дом сожжём!» Что было на это ответить? В милицию заявлять Даниил не пошёл, хотя по радио объявляли и не раз о сбежавших из зоны группы заключённых – на кону стояла жизнь всего семейства и крова, построенного своими руками…
Были и иные случаи, доводившие до страха, но Бог и крест Его животворящий отводил от бед, а жена всё уговаривала: брось ты это занятие, мало ль в дороге, что может приключиться, всякий народ на пути попадает, и денег этих не захочешь, а нам сына Ваньку на ноги поднимать надобно. Даниил же на это ничего не отвечал, отмалчивался. Прикипел он к профессии самодеятельного таксиста, кабина машины стала для него как второй дом родной, с собой возил сухари, консервы, заварку, котелок, кружку, ложку, так что на трассе его врасплох невозможно взять было – всегда есть чего перекусить и чаю горячего выпить.
Глава 5
Двоюродный брат Даниила – Арсений Суворов трудился на прииске почти с начала его основания, плотничал, столярничал. Слыл в посёлке хорошим мастеровым. С женой вырастили дочь, больше детей не было – не дал Бог. Дочь после окончания школы отправили учиться в институт на медика, с малолетства мечтала о профессии врача, а родители не возражали, считая, раз к душе врачевание, так тому и быть – пусть занимается.
Утром за завтраком Арсений угощал постояльцев, к ним приглядывался. Вчера ночью некогда было их рассматривать, жена определила им место на ночлег и сами с Марией отошли ко сну.
– А ты, Арсений, уж не
родственник ли полководцу Суворову? Фамилия-то громкая, – наседая на макароны с мясом, спросил Хрусталёв.– Нет, не родственник, – рассмеялся Арсений и, в свою очередь, полюбопытствовал: – Если секретов нет, куда устраиваться наметили, в прииск или в старатели подадитесь?
– Поможешь снять у кого комнату, а там осмотримся, поглядим, поспрошаем, – ответил Борис, продолжая с аппетитом есть. – А что бы ты посоветовал? Ведь не первый год здесь небо коптишь.
– Чего я могу вам насоветовать? Коли профессий нет, на прииске простыми работягами оформить могут.
– Это кем?
– А кем угодно. Разнорабочие везде нужны и в посёлке и на горных работах. К примеру, поставить могут на промывочные шлюзы породу ворошить, шурфы копать, в такелажники определить, работы хватает.
– Вообще-то имеются мысли самим покопаться.
– Сами по себе?
– Сами, втроём.
– Это можно. На прииске старание приветствуется. Договор с вами заключат, участок определят, – и копайте себе на здоровье. Но что нароете, всё государству надобно будет сдавать в приисковую золотоприёмную кассу.
– А ещё как иначе можно?
– Можно и самим с позволенья властей в поиски кинуться, бродить искать злачные места, но намытый металл всё одно сдавать прииску обязаны. Умыкнул ежели кто, хищением считается, а тут тюрьмой пахнет. Сколь тут случаев было до вас – уйма, не перескажешь. Воруют золото и в одиночку и хором, кого словили, тех казённый дом дожидается – стены тюремные, а иных до расстрела доводят.
– Нет, вышка нас не устраивает. Нам подзаработать – и всё тут.
– В конторе приисковой появитесь, там вам всё обскажут. Ранее-то старанием занимались?
– Нет, дело для нас новое, а освоить немудрено.
– Мудрено-немудрено, а вам следовало бы побывать в какой-либо старательской артели, присмотреться, каким образом породу копают, как промывают, как доводку металла делают. Одним словом, процесс изучить, а уж опосля и заниматься. За пример, можно попроситься на своего рода экскурсию в артель Артамонова. Гремит артель – золото прёт, деньги хорошие получают. Артамонов мне всегда заказы даёт: бутары сколотить, лотки промывочные выдолбить, скребки и лопаты с кайлами насадить – это мне не в тягость и приработок на дому даёт, с оплатой никогда не обманывал.
– А вот в инструментах и приспособлениях поможешь нам, раз речь зашла? – спросил Хрусталёв, взявшись за стакан с чаем.
– Отчего не помочь, помогу. Брат уезжаючи попросил помочь вам, ему в просьбах никогда не отказываю. Бутару сделаю малую, переносную, она вам будет сподручна – перетаскивай, куда пожелаете. Лоток дам, даже пару выдам, имеются готовые, из кедра выдалбливаю. Кайлы, лопаты есть, трафареты для бутары в прииске купить можно или в артели попросить. А чтоб на себе тяжести не таскать, лошадь в аренду возьмёте, а может, и частника какого прихватите с собственной лошадкой, таких желающих можно в посёлке найти, есть охочие подзаработать.
– Спасибо за советы, Арсений, а за инструменты расплатимся с тобой по окончании сезона, в этом не сомневайся, – заверил Хрусталёв.
– Чего мне сомневаться? Заработаете – рассчитаетесь, не заработаете – в долгу останетесь, – рассмеялся Суворов.
Глава 6
Снимать угол друзьям не пришлось. При своём доме Арсений им выделил пристрой и пообещал свести с управленцами прииска, чтобы помогли определиться с участком добычи, составить нужные разрешительные бумаги.
В этот же день явились в прииск. Сухонький на вид и с коротенькой бородкой горный инженер потребовал паспорта, расспросил, откуда прибыли, имеют ли навык в ведении добычных работ. А как выяснил всё, что его интересовало, предложил:
– А не желаете поработать во вновь образованной артели? Человек людей подбирает, может, и вы ему подойдёте.
Друзья переглянулись. Дело стоящее, с нуля не надо начинать, опыта набраться, а там уже и самим, как задумали. Рассудили так и согласились. Инженер подсказал, где найти председателя организованной артели.