В мире людей

Всё чаще в последнее время

Мне снится навязчивый сон,

Как я беззаботно, от лени

Меняю сейчас на потом.

Как без угрызений и муки -

Сомнения мне не с руки -

Я денно и нощно от скуки

Считаю свои пятаки.

Мечты рассыпаются прахом.

И я пробуждаюсь в поту

От чувства безмерного страха,

Что переступила черту,

Где истинно и безвозвратно

Настал тот единственный раз,

Где недостижимое завтра

Уже превратилось в сейчас,

И вечность стоит у порога,

И я раболепно в бреду

Выпрашиваю у бога

Лучшее место в аду.

* * *

Хранители

В небе облака нежные, как шелк.

Небо наверху, ему там хорошо.

Там, куда ни глянь - голубая гладь,

Словно разлилась морем благодать.

А внизу игрой света и теней

Боги создают призраки людей,

Собирая в ад из других миров

Образы своих страхов и грехов.

Чтобы сохранить этот вечный миф,

Каятся за них, низко наклонив

Головы свои, до скончания дней

Призраки теней в обликах людей.

Молятся они, но спасенья нет -

Ведь не греет мир отраженный свет.

А до края тьмы-то рукой подать...

Если хоть на миг голову поднять.

* * *

Блуждающий в темноте

Гуляя по тайному тёмному лесу,

Он словно играл свою старую пьесу,

Где в лес из-за плотно сомкнувшихся туч

Проникнуть не мог даже солнечный луч.

Окутанный вечной густой темнотой,

Ходил он любуясь её красотой.

И верные спутники, тени-обманки,

Ему создавали воздушные замки.

А он под её распростертою дланью

То вдруг становился проворною ланью,

То крался в ночи, озираясь как рысь,

То птицей взвивался в небесную высь.

Блуждая во тьме сотни, тысячи лет,

Он сам не заметил, как вышел на свет.

И вместо безумных картин уникальных,

Увидел простые деревья и камни.

Окинув себя робким взглядом несмелым,

Увидел своё отвердевшее тело,

И вдруг осознал, что закончился век,

Он - слепок, он - форма, он суть человек.

Непрочные ноги - ступни и колени,

Обрюзгший живот, ожиревший от лени,

Бессильные пальцы, безвольные руки,

И голос глухой, утомлённый от скуки.

И вновь в пустоту, в непроглядную ночь

Пустился он шаткой походкою прочь.

* * *

О сущности вилки

В густой веренице обыденных дел,

В потоке событий весёлых и мрачных

Всегда очевиден нехитрый удел

Знакомых вещей и идей однозначных.

Не зная причин, не пытаясь понять

Многообразий известных аспектов,

Мы, словно ремесленники, опять

Ваяем великое множество слепков.

И если по воле случайной творца

Мы вдруг отвлечёмся от правил привычных,

То может открыться, как тайна ларца,

Сокрытая сущность явлений обычных.

Из старого списка заплаток и дыр

За метаморфозой внезапной и быстрой

Возникнет реальный неведомый мир,

Наполненный новым особенным смыслом.

Нарочно спросите любого юнца

О сущности вилки - простого предмета.

Он скажет, что это - четыре зубца.

А я говорю - три глубоких просвета.

* * *

Камень, ножницы, бумага

На протяжении веков

Мы не жалеем спешных дней

На подчинение врагов,

На покорение друзей.

И, вероятно, от того

Ночной страшимся темноты.

Закрыв глаза, сбегая от

Невыносимой пустоты,

Ныряем в бездны глубину,

Где в забытье, на самом дне

Мы продолжаем ту войну,

Метаясь в нереальном сне.

А утром, в зеркало смотря,

Не замечаем перемен.

И снова, позабыв себя,

В суетный попадаем плен

Проблем, событий и интриг.

И так проходит день за днём.

И может, лишь в последний миг

Мы вдруг себя осознаём.

* * *

Ловушка

Яркий луч на пустой стене

Завлекает игрой теней -

Я застряла в безумном сне,

В череде сумасшедших дней.

Позабыв обо всём кругом,

Я играю в коварный пазл:

В наполнение разных форм,

В построение общих фраз.

Покорившись простой игре

И отдавшись на волю лир,

Я сама создала себе

Этот странный абсурдный мир.

Вспышки мысли и взрыв идей

Фокусируют объектив

На деталях, и всё яснее

Проявляется негатив.

Я скучаю по новизне,

Повторяя всё тот же ряд -

Я застряла в безумном сне

И не помню пути назад...

* * *

О пищевой цепочке...