В сердце моем

– Ты мне не рассказывал, что был шпионом во время войны. Это так романтично. И потом тебя королева произвела в рыцари?

Кристофер резко обернулся.

– Кто тебе такое сказал?

– Леди Алекс. Ты был специалистом по криптографии и служил под началом ее отца, верно?

Кристофер снова вернулся к своему занятию и, развернув к себе лампу, начал бриться. С того дня во дворе музея, когда он в последний раз видел Александру, он намеренно избегал ее. Когда она заезжала за его сестрой или привозила ее обратно, обоих встречали Барнаби и камеристка Брайанны Грейси. Но Кристофер никак не ожидал, что Александра и Брайанна станут вести доверительные беседы и делиться воспоминаниями.

– Криптография и шпионаж – это не одно и то же. – Он искоса бросил взгляд на сестру. – Мне не хотелось бы, чтобы кто-то обсуждал то, чем я занимался на военной службе, понимаешь?

– Значит, это секрет?

«Если только тот факт, что меня едва не отправили под трибунал и что своим бесчестьем я привел в отчаяние родителей», – с горечью подумал Кристофер.

– Есть некоторые вещи, о которых мне не хотелось бы говорить и которыми мне не приходится гордиться.

– Например, твое давнее знакомство с леди Александрой? Кристофер едва не порезался от неожиданности. Он ухватился за комод и опустил бритву в чашу с водой.

– Нет, – ответил он, переведя дыхание.

– Леди Уэллзби очень обрадовалась, когда узнала, что леди Алекс собирается пойти на открытие галереи в конце месяца. Она сказала, что ей давно пора начать появляться в обществе. А ты как думаешь?

Кристофер принялся медленно смывать следы мыла со щеки.

– Так ты разговаривала с леди Уэллзби?

– Да, и довольно долго. Мы многое успели обсудить. На прошлой неделе мы вместе ходили к печатникам и заказали визитные карточки, но, должна сказать, в самом начале нашего знакомства мне показалось, что она не слишком-то была рада, когда я появилась у нее в доме. Тогда нам прежде всего нужно было попасть в ателье «Притчардс» на Риджент-стрит – ты же знаешь, там одеваются все важные персоны, и леди Уэллзби тоже заказывает там вещи...

Кристофер пытался собрать воедино ускользающие от него нити ее рассказа, но у него это как-то плохо получалось. Судя по всему, сестра пыталась сообщить ему о двух разных событиях одновременно, перескакивая из прошлого в настоящее и обратно.

– В самом начале было довольно неприятно, когда она рассматривала меня, словно колбасу, подвешенную на крюке в лавке мясника. Но это только до тех пор, пока леди Уэллзби не узнала, кто я такая. Кажется, она пришла в совершеннейший восторг от того, что я твоя сестра, и принялась безостановочно рассказывать о том, как познакомилась с тобой в прошлом году в Эдинбурге. Честно говоря, я думаю, ты нравишься ее светлости.

Кристоферу было приятно это слышать. Он познакомился с лордом и леди Уэллзби, когда читал лекцию в университете в Эдинбурге: супруги Уэллзби выступали в поддержку образования и были известны своими щедрыми пожертвованиями. Возможно, поэтому Кристофер не возражал, когда они пригласили его в свою компанию, и с удовольствием присоединился к ним. Именно Уэллзби помогли в свое время найти хирурга, который сумел поставить ему правильный диагноз.

– Еще леди Уэллзби рассказывала о новом музее. Она очень рада, что находятся люди, желающие поддержать проект. Мы довольно долго говорили о последних находках в Каире. Может, леди Алекс и не разбирается в вопросах моды, но в голове у нее не опилки, это уж точно. Она знает множество длиннющих слов: когда ее слушаешь, даже стыдно становится от того, что не всегда понимаешь их значение. Во всяком случае, я решила, что миледи слишком интересная личность, чтобы оставаться в одиночестве.

Внезапно оживленная болтовня сестры показалась Кристоферу чрезвычайно интересной.

– И как давно ты пришла к такому выводу?

– Леди Алекс просто прелесть, Кристофер. О, не то чтобы мы с леди Уэллзби всерьез обсуждали ее личную жизнь, так просто, зашел разговор. Кроме того, у леди Алекс есть поклонник. Я познакомилась с мистером Атлером, когда мы ходили в музей.

Кристофер сполоснул лицо и вытерся полотенцем, затем повернулся к сестре и хмуро спросил:

– Ты ходила в музей? Когда?

– Сегодня утром. – Прежде чем он успел произнести хотя бы слово, Брайанна перескочила на другую тему: – Ты сегодня так тщательно готовишься к предстоящему вечеру. Если бы я не была твоей сестрой, то сказала бы, что ты выглядишь как настоящий франт.

Кристофер настороженно нахмурился, прислушиваясь к доносящему из открытого окна уличному шуму.

– Ты собираешься о чем-то меня попросить?

Брайанна нарисовала носком туфельки кружок на полу.

– Я хочу новую шляпку.

– Да у тебя больше шляп, чем у любой девушки в Лондоне! Разве я не говорил тебе вчера, что тебе не нужны больше деньги на тряпки?

– Но у других девушек есть при себе деньги.

Кристофер строго взглянул на сестру:

– И зачем они тебе? Ты и так можешь выбрать себе любую вещь: у нас открыты счета в половине магазинов Лондона. Чего тебе не хватает?

Брайанна скрестила руки на груди.

– Я надеюсь, что ты не относишься к тому сорту мужчин, которые специально наряжаются, чтобы отправиться к... женщинам легкого поведения и тратить на них свое время и деньги, в то время как у меня нет за душой ни фартинга!

Кристофер недоверчиво поднял брови:

– К женщинам легкого поведения?

– Не будь таким пуританином. Мне уже семнадцать, и мы свободно обсуждаем самые различные темы, когда собираемся в своем женском кругу по пятницам за вистом.

– Неужели леди Александра позволяет тебе говорить о проститутках за партией в вист?

– Нет, конечно. Мы говорили об этом с воспитанницей леди Уэллзби. Ей двадцать лет, и она курит сигареты.

Кристофер с подозрением посмотрел на сестру:

– Теперь ты думаешь, что именно так следует вести себя представительнице избранного круга, чертенок? Курить сигареты и болтать о девицах сомнительного поведения?

– Ну, не совсем... – Брайанна опустила голову. – Но ты обращаешься со мной так, будто я ребенок.

– Ты и есть ребенок, тебе только семнадцать.

– Я взрослая женщина. Ну почему тебе всегда нужно опекать меня?

– Перестань плакаться. – Кристофер вернулся в гардеробную и принялся выбирать себе рубашку. – Я не собираюсь мыть тебе рот с мылом.

– Ты что, сердишься на меня?

– С этого дня держись-ка лучше подальше от музея. Наступила напряженная тишина.

– Но почему? – удивленно спросила Брайанна.

– Потому что я прошу тебя об этом.

Кристофер не испытывал особой симпатии к Ричарду Атлеру; более того, он не доверял этому человеку и даже специально нанял кое-кого, чтобы навести справки о его прошлом. Помимо всего прочего, он, кажется, нравился Алекс, а он не отличит мыши от таракана, пока не рассмотрит их под микроскопом в своей лаборатории.

Кристофер надел свежую рубашку и принялся застегивать пуговицы. Отныне он должен думать только о том, чтобы избежать встреч с Алекс любой ценой. Если ему вдруг понадобится сообщить ей что-нибудь в связи с расследованием, он пошлет записку. Эта женщина слишком опасна, рядом с ней он теряет привычную решительность, уверенность и способность разумно мыслить. К тому же их встречи представляют прямую угрозу для репутации Александры, и он обязан подумать об этом, хочет она того или нет.