Вакханка
Шрифт:
Все эти мысли промелькнули как данность, ничуть не смущая меня. Лёгкость во всем теле превращалась практически в эйфорию, когда я слышала любимую музыку и делала любимое дело. Танцевать мне нравилось.
Я бросила быстрый взгляд на Лекса. Он удобно расположился на диване в одних низких стрингах. Обе руки лежали на спинке, взгляд из-под бровей был любопытным и… каким-то тёмным.
– Да ты полна сюрпризов, - прозвучал низкий завораживающий голос.
И я танцевала. Взмах головы, я распустила волосы. Они взметнулись в воздух, очертив круг, как на чертовом колесе. Шаг, наклон, прогиб.
Я поняла, что он возбуждён. Это было трудно не заметить, когда мужчина перед тобой сидит в одном нижнем бельё. Вот, блин! Мне это нравилось! Рот наполнился слюной, я громко сглотнула.
Зато теперь танцевальные элементы были гораздо плавнее, изощреннее, сексуальнее. Я хотела завести его, распалить, свести с ума. Я знала, что умею хорошо двигаться, и мои движения зачастую выглядят намного сексуальнее, чем у других танцовщиц, делающих упор не на пластику, а на силовые элементы.
Еще пара комбинаций под смешными названиями: мельница, журавлик и супермен… Все это делается на некотором отдалении от пола, но не представляет из себя никакой сложности.
Я не очень люблю обилие трюков. Пластика нравится мне гораздо больше. И, судя по всему Лекс был со мной солидарен. Изредка я бросала на него распалённые музыкой и алкоголем взгляды и видела, как сжимаются его пальцы на подлокотнике дивана, как темнеет и становится опаснее взгляд из-под бровей, как изредка стискиваются челюсти, и язык словно невзначай облизывает губы. И, как откровенно пульсирует ничем не скрываемая плоть под тонкой тканью. Словно он вовсе не стеснялся своего неприкрытого желания, а нарочно выставлял его напоказ.
И это меня страшно заводило. Его изучающий взгляд вызывал в моём теле искры удовольствия, воспламеняя мой собственный интерес. Странно, уж насколько я привыкла к вожделению на пустых незнакомых лицах, такого, как сейчас, не испытывала никогда.
И я решила “выйти в зал”. Закончить приват-танцем. Хоть и планировала просто показать пару связок у “шеста”, давая понять этому незнакомцу, почему простой танец для меня ничего не значит. Потому что я - профи.
Сделала несколько шагов к нему и опустилась на колени. На таком полукруглом диване танцевать было непросто, но я справлюсь.
Глаза Лекса блеснули, вызывая во мне волну желания. Проклятье! Я хотела его! И я хотела его совратить.
Что вообще со мной происходит?
Прогнулась в спине, забравшись на диван в позу кошки. Слегка коснулась его грудью, которая уже давно была скрыта только розовым лифом. Кофта исчезла ещё у пилона.
Откинулась назад. Перекинула ногу, усевшись на мужчину в позе наездницы. Начала плавно двигать бедрами, приподнимаясь и опускаясь.
Вообще, во время женского приват-танца мужчинам запрещено трогать танцовщицу. Но от этого мало кто может удержаться. И Лекс не удержался.
Он обхватил мои бедра руками, забравшись под юбку и с силой сжав пальцы. А затем резко придвинул меня и плотно посадил на себя. Опустил
голову, зарывшись лицом в мою грудь, покрывая кожу голодными поцелуями.Как же это было приятно! И как мне нравилось его безудержное желание, которое так сильно чувствовалось сейчас сквозь две тонкие преграды нижнего белья.
Но в мои планы не входил случайный секс. Никогда не входил.
– Нет, - прошептала я, отталкивая от себя широкие плечи.
– Что “нет”?
– переспросил Лекс, чуть отстраняясь и делая невинное выражение лица. Только топазовые глаза продолжали сжигать меня изнутри. И его напряженная плоть, периодически бесстыдно пульсирующая между моих бедер.
Мне нужно было срочно отодвинуться от него. Слезть с этого мужчины и больше не прикасаться к рельефным мускулам, гладкой коже и… вообще.
Да только Лекс держал меня крепко. Одна из его рук поднялась от бедра вверх, медленно проводя ладонью вдоль тела, и достигла груди. Через тонкую ткань лифа он сжал мой сосок, заставив прикусить губу.
Что происходит вообще? Почему я не могу просто встать и оттолкнуть его? Вместо этого продолжаю сидеть, наслаждаясь его дурацкой игрой в кота и мышку. Очень глупую мышку, которая не убегает от кота!
– Танец кончился, - сказала я неуверенно, - и мне пора.
– Нет, - уверенно покачал головой он.
– Тебе ещё рано.
И медленно опустил ткань лифа вниз, освободив одну грудь из плена розовых кружев. Я напряженно вздохнула, почувствовав дыхание на коже, и его язык тут же коснулся соска, дразняще лизнув и отстранившись. Затем снова и снова, пока он целиком не оказался захвачен его губами.
Я тяжело задышала, чувствуя, как наливается тяжестью низ живота.
Другой рукой он освободил второй сосок, поглаживая его сдавливающими движениями.
В этот момент я незаметно оказалась чуть откинута назад. Мне становилось сложно управлять собой. Разряды тока проходили по телу от острых будоражащих ласк. Кожа реагировала так, будто я была оголенным проводом. Каждое движение, как буря. Ураган.
Моя голова запрокинулась, а губы приоткрылись.
– Прекрати, - полушепотом выдавила я, все ещё пытаясь его оттолкнуть.
И вместо того, чтобы послушаться, он положил меня на кровать, а сам оказался сверху.
Он осторожно провёл носом по моей коже от груди по шее и до самого уха, зарывшись в волосах. И ответил низко и хрипло:
– Обещаю прекратить, если ты не хочешь…
– Не хочу, - тут же ответила я, и он прикусил меня за мочку. Затем обвел горячим языком всю раковину и коснулся меня лбом, закрывая глаза.
– А давай проверим, - прошептал он, немного вибрирующим голосом, отдающимся у меня в груди горячей волной.
И плавно опустил руки, поглаживая изгибы тела. Забрался под юбку и взялся с двух сторон за трусики. А затем резко стянул их вниз, отбросив в сторону.
– Какого?!..
– Возмутилась было я, поднимаясь на локтях. Но одной рукой Лекс с силой положил меня обратно на кровать, а другой начал поглаживать область ставшего беззащитным бикини.
Я напряглась, ощущая близость его пальцев к месту, которое предательски жаждало прикосновений. Низ живота горел, от желания становилось почти больно.