Валькирия

Наран лишь помотал головой. С самого разговора в покоях Санъяры он был сосоредоточен и серьёзен, если не сказать мрачен. Санъяра чувствовала, что так должен вести себя человек, который ощущает близость угрозы — или просто делает то, чего ему не хочется.

Однако ответом на вопрос он её всё-таки удостоил:

— В тот раз схема была экспериментальной. Я не знал, что именно мне потребуется, мог только предполагать, что генетический материал. Но проверка могла проходить по любому другому признаку.

— Сейчас вы точно знаете ответ?

На сей раз Наран кивнул.

— Моя схема сработала, и я смог вернуться в наше пространство даже в одиночку. Значит, носители как таковые не требовались. Впрочем, этого следовало ожидать — ведь судья по всему схема была рассчитана на неразделённых крылатых.

— Неразделённых крылатых, — задумчиво повторила валькирия, пытаясь мысленно представить, какими они могли быть. Те картины из записей, найденных Нараном говорили ужасно мало. Она даже не могла с уверенностью сказать, был ли это настоящий, смертельный, или постановочный бой. — Ладно, идём, — резюмировала девушка. — Пока нас кто-нибудь… не застал.

Жестом показав Нарану следовать вперёд она прыгнула в кольцо Потока следом за ним.

Ветер подхватил крылья, поднял её в небо, ударил в лицо. Ткань длинных одеяний колебалась за спиной подобно второй паре крыльев. Шумно выдохнув девушка спрыгнула на мягкую лесную почву и провела руками по складкам одежды. В этот раз в лесу было жарче, стоял третий месяц лета и даже листва не скрывала подлесок от яркого северного солнца.

Санъяра почти сразу пожалела о том, что решила идти в многослойных церемониальных одеяниях — прежний кожаный доспех обычного воина был бы куда удобнее. Но менять что-либо было поздно, и решив не останавливаться лишний раз, они с Нараном двинулись в сторону горы, где уже были однажды вместе — а Наран после бывал и без неё.

— В этот не вмешиваемся в дела бескрылых, — предупредила Санъяра.

— Нет, — подтвердил Наран.

— Ты… видел их ещё… с тех пор? — спросила девушка тем не менее.

Наран покачал головой.

— Они не заходят в эти леса. Большинство боится нас больше, чем мы их.

— Трудно представить чтобы эти грубые, агрессивные дикари чего-то боялись.

— Однако так и есть. Они очень беспокоятся за свою жизнь.

Санъяра поразмыслила над сказанным. Даже после ухода Райере вечный сон представлялся ей печальным, но не пугающим концом пути.

— У них нет покоев Веченого Сна, — угадал её мысли Райере. — Они верят, что в конце пути их внутренняя сущность воспарит над бренным телом и отправить на небеса, пировать с богами.

— Красиво, — согласилась Санъяра. — только без крыльев они далеко не улетят.

В этот раз до горного портала добрались гораздо быстрей, без единого привала. Санъяра окинула взглядом обветренные колонны и арку, которая, казалось, ничуть не состарилась за тысячу лет.

— Что дальше? — спросила она.

Наран подошёл к тому же озерцу, возле которого в прошлый раз проводил ритуал. Взял девушку за руку и достав из складок одежды свой прибор капнул в золотистый туман смешанную кровь.

Небо мгновенно затянули плотные красновато-серые тучи, воздух стал жёстким и сухим, от шелеста листвы не осталось и следа.

Санъяра снова огляделась по сторонам, свыкаясь с мыслью, что переместиться из мира в мир можно так легко — даже легче, чем на Потоке долететь от храма до храма.

— Интересно, — задумчиво проговорила она. — Вы не выясняли, это то же место, что и с нашей стороны?

— Географически, кажется, да, — немного рассеяно откликнулся Наран. — Дело в том, что чем выше поднимаешься, тем больше видна разница. Рельеф окрестностей полностью повторяет рисунок наших гор. Но вот дальше… кромка океана выглядит совсем иной.

— Насколько высоко вы забирались?

Наран молча повернулся лицом туда, где горы становились выше и ткнул в самую высокую рукой. Вершина её терялась среди туч.

— И ещё насколько можно взлететь.

Санъяра кивнула.

— А с какой стороны был ваш город? Тот, где нашлись записи?

— Внизу. Но ещё одни руины там, на горе, наверху.

— Не странно ли, что наши Предки жили в низинах?

Наран лишь покачал головой.

— Слишком мало о них знаем, чтобы что-то утверждать, — отозвался он.

Они проверили снаряжение и стали спускаться вниз. Однако успели пройти по склону не больше пары миль.

— Что это? — спросила Санъяра.

Воздух перед ней искрился и пощёлкивал электрическими разрядами. Стоило прикрыть глаза, как она ощущала впереди глухую стену.

— Не знаю, — задумчиво откликнулся Наран. Достал из складок одеяния один из своих приборов и направил его на загадочное препятствие.

Санъяра сделала проще — пока он производил замеры, взяла с земли камешек и бросила его в стену.

Камешек зашипел и кучкой пепла осел на выжженую землю.

Санъяра молча разглядывала полученный эффект.

— Наран! — напряжённо потребовала она. — Как вы прошли сквозь него?

— Мы не проходили, — продолжая поглядывать в свой прибор, Наран приблизился кбарьеру, но касаться его не стал. — Его тут не было.

Оба замерли разглядывая искрящуюся стену. Над пустыннм склоном повисла тишина.

— Нужно проверить, где можно её обойти, — упрямо произнесла Санъяра.

— Да, — только и отозвался Наран. — насквозь мы не пройдём.

Последняя истина была настолько очевидна, что Санъяра даже не стала спорить — хотя очень хотелось. После всей истории её знакомства с Нараном, теперь её не оставляло чувство, что он знал об этом заграждении больше, чем говорил. Но Санъяра понимала, что выбраться отсюда без него не сможет, а мысль о том чтобы применить силу к другому крылатому, тому, кто был слабее её, претила всему, чему учил Райере.

Она двинулась вдоль барьера, иногда подбирая с земли камешки и швыряя в искрящуюся поверхность. Но эффект всегда был один и тот же — камешки рассыпались в пыль.

— А видели вы по другую сторону кого-нибудь из живых? — спросила Санъяра через несколько часов подобных бесполезных попыток. Подол одеяния к тому времени заметно испачкался в грязи и местами порвался, так что Санъяра ещё трижды прокляла любые традиции и церемонии.

— Нет… не видели, — задумчиво отозвался Наран. — Но это не значит, что их там нет.