Валькирия
Шрифт:
Мое предплечье было забинтовано. Я обнаружила, что рука в крови только, когда мы вернулись в лагерь. Я даже не чувствовала раны. Вот что значит адреналин.
— Там Машка учудила, — хитро сказала Юля.
— Таак, — нахмурилась я.
— Да не напрягайся, тебе понравится, — забывшись, Юля хлопнула меня по больному плечу. Я зашипела от боли, а она, даже не извинившись, ушла. С трудом натянув на себя одежду, я вышла на улицу. Светило солнце. Я поморщилась. Как редко оно теперь светит, даже глазам больно с непривычки. Скоро мы все уподобимся вампирам, которым и без солнца неплохо живется.
Увидев меня, Маша напряглась, хоть и не показала этого. И было из-за чего.
— Это что такое? — кивнула я в сторону стола
— Оль, ты не ругайся, — вкрадчиво начала она, — я же только инструменты…
— Кажется, я ни раз говорила, как отношусь к мародерству, — перебила я.
— Оль, она решила, что нам всем надо снять стресс, — подскочила Юля. Тоже мне, защитница.
— Раньше я работала в салоне красоты, — осторожно вставила Маша, — А тут случайно иду, смотрю, салон, дверь открыта, никого, естественно нет. Ну вот я и подумала, чего зря добру пропадать, когда оно может принести еще столько пользы…
Она говорила это так серьезно, с такой истинной верой в великую исцеляющую силу красоты, что я не выдержала и засмеялась.
— Ладно, оставь, — разрешила я, а Маша засияла от счастья, — Только с тебя маникюр, стрижка и укладка.
— Не вопрос, — засмеялась она.
Я расположилась на табуретке напротив нее, и как в старые добрые времена, отдала свои руки во власть мастера. Через полчаса ногти было не узнать. Та же приятная участь постигла и мою непослушную рыжую гриву. Маша подстригла мне отросшие концы и мастерски уложила расческой. Хотя ощущение, словно дали взятку. Ненавижу мародерство, наживаться на чужом горе бесчеловечно. Но, наверное, Юля права, это поможет нам всем немного расслабиться после прошлой ночи. Преображенная и довольная, я направилась обратно к своему шатру. Нужно сообщить Альянсу о проведенной операции. По дороге я заметила Джи-джи. Озираясь по сторонам, она мелькала за шатрами.
— Таак, — я проводила ее подозрительным взглядом, — чего ж это мы так шифруемся?
Как известно, чем больше стараешься, тем хуже выходит. Я пошла за ней. Дойдя до сарая, девчонка остановилась, и, убедившись, что ее никто не видит, вошла внутрь. Я тихо подошла к сараю. Изнутри доносились голоса.
— Принесла?
— Ага, на, держи.
— Спасибо, что бы я без тебя делала?
— Не знаю. Я незаменима.
— Это точно.
Пора кончать представление. Я резко вошла внутрь. Девчонки вздрогнули. Обе они, и Джи-джи и вампирша, испуганно смотрели на меня, боясь даже пошевелиться.
— Иди сюда, — прорычала я Джи-джи, держа руку на рукояти пистолета.
— Она меня не тронет, — пропищала Джи-джи, — Таня — моя подруга…
— Бред! — перебила я, — Живо ко мне!
Джи-джи послушно встала рядом. Вампирша продолжала испуганно хлопать ресницами, переводя взгляд то на меня, то на Джи-джи. Я вытолкала девчонку на улицу.
— Ты за каким хреном пошла к ней?! — не сдержалась я.
— Она — моя подруга! — закричала та, — Она не тронет!!
— Ты — глупая, наивная малявка! Тебя обмануть, как пальцем щелкнуть!
— Таня не врет мне, — Джи-джи заплакала.
— Она — вампир, — спокойнее произнесла я.
— Она не такая, как остальные, она — моя подруга…
— Она — твоя подруга, пока ты носишь ей кровь стаканами, а однажды ей захочется свежатинки, и она вцепится в твое горло! Ты не знаешь этих тварей…
— А ты их знаешь?! — перебила она, — Ты же даже не разговаривала с ней! Ты только стрелять и умеешь! А она такая же, как мы!
— Все! Хватит мне тут комедию ломать! Еще раз увижу тебя рядом с сараем, пристрелю ее к чертям собачьим!
Джи-джи убежала в слезах.
— Подруга, — проворчала я себе под нос и направилась к своему шатру.
— А я говорила тебе, пристрели вампиршу, — ехидно улыбнулась откуда-то взявшаяся Юля.
— Ты видела, да? Поставь кого-нибудь около сарая, чтоб эта дурочка больше не
зашла, — я провела рукой по волосам и глубоко втянула в себя воздух, — Ну вот. Мне снова надо расслабиться. Пришли ко мне Машку, я хочу массаж.— Она не массажистка…
— Мне плевать, — рявкнула я, — Я хочу массаж.
Я быстро зашагала к шатру, а Юля пошла за Машей. Глупая, маленькая Джи-джи… Хотя какая она маленькая? В ее возрасте на востоке замуж выходят, но, как минимум, уже пора что-то соображать. Подруга… Эта ее подруга — самый опасный хищник на планете. Она не только сильная, быстрая и зубастая, но к тому же отличается от акул, тигров и прочих охотников на мясо, наличием разума. Даже, если вампирша и не планирует убивать Джи-джи, то, уж наверняка, попытается использовать ее, чтобы выбраться отсюда. Прямо как Ромео и Джульетта. Ромео, ах как мне жаль, что ты — Ромео, отринь отца и имя измени… Тут уж меняй, не меняй…Как давно они уже так дружат? Не больше пары дней, думаю, Джи-джи появилась у нас за день до прихода солдат, а именно, три дня назад. Кстати, о птичке. Точнее о солдатах. Мы свою миссию выполнили, и теперь можем уйти с чистой совестью. Ушли бы сегодня, если бы не вчерашняя операция в деревне. Подождем до завтра. Так…что делать с вампиршей? Я ее застрелить не смогу, пыталась уже. Может, поручить это Юле? Она давно порывается. Тогда Джи-джи возненавидит меня. Но с другой стороны, она больше не сможет подвергнуть себя опасности и, наконец, поймет, что в какое время мы живем. Наверное, я так и сделаю. Все равно же я не могу отпустить вампиршу. Оставить ее здесь тоже не могу. Взять с собой и подавно. Остается одно. И сделать это надо до утра, потом будет некогда.
Глава 9 У костра
Лекс сидел у костра в сквере, неподалеку от своих катакомб, и смотрел на пламя. Огонь танцевал и извивался, бросал в небо клубы дыма и тысячи сияющих искр. Лекс сидел так уже несколько часов. На пламя костра можно смотреть бесконечно. Огонь отражался от его черных, дьявольских глаз, придавая им еще большую дикость. Лекс смотрел на огонь так, словно искал в нем следы той рыжей ведьмы. В какой-то момент ему вдруг показалось, что в пламени кружится женщина. Ее огненные волосы развеваются на ветру. Она пластичная и резкая, мягкая и агрессивная. Она — сама стихия. Демон огня. Макс еще не мог встать с постели, но опасность для жизни миновала. Лекс вынул из кармана маленький, сложенный вчетверо, платок и взглянул на засохшие на нем капли крови. Он знает ее запах, он почувствует ее, окажись она рядом. И он убьет ее, не раздумывая. Нет. Сначала он заставит ее помучаться, а уже затем убьет. И снова не так. Он оставит ее умирать. Она будет просить убить ее, но он просто уйдет и дождется ее смерти. Человек убил его отца. Женщина подстрелила его брата. Женщина держит в плену его сестру. Людей не за что жалеть, а Валькирию и эту рыжую ведьму особенно.
— Господин, — послышалось за спиной.
— Чего надо? — равнодушно спросил Лекс, не отводя глаз от костра.
— Есть новости.
— Оперативно, — вздохнул он, — Даже странно. Говори.
— Ведьмы завтра утром уходят из лагеря.
— Почему и куда?
— Их сменили солдаты группы «Альфа». Куда уходят, неизвестно.
— Так, дальше что? — так же безучастно спросил Лекс.
— Татьяна, вероятно, останется в лагере…
— Ты это мне пришел сказать?! — рявкнул на вампира Лекс.
— Мы можем напасть…
— Нет, не можем, — с издевкой проговорил Лекс, — Армия, которая останется в лагере, в два раза больше группы ведьм! Если кучка баб провела вас, как последних лохов, куда вам нападать на «Альфу»?
Вампир молчал, понурив голову. Лекс попытался взять себя в руки.
— Сам хорош. Чем я только думал? Мы пойдем навстречу ведьмам.
Вампир уставился на него в недоумении. Лекс помолчал немного, явно не желая озвучивать свои мысли, но затем все же продолжил.