Ванька 7

Да, дела у старика идут не очень… На стенах в комнатах почти не осталось картин, шкаф со старинными фолиантами был наполовину пуст…

— К Петрову я отправился, да вот тебя встретил, — немного суетливо осведомил меня о своих сегодняшних планах антиквар.

— К тому, что монетами торгует? — показал я своё знакомство с антикварным миром Москвы.

— К нему самому. — улыбнулся Илья Ильич. — Помнишь ещё…

— Ну, как не помнить…

— Садись, самовар у меня ещё не остыл…

Мы выпили по чашке чаю.

Так, так, так… Совсем Илью Ильича прижало с деньгами — чай был… совсем не очень…

— Торговля у меня совершенно никуда… Покупать, как война началась, совсем плохо стали. Причем, собиратели за каждую полушку торгуются. Цену сбивают…

Понятное дело, коллекционирование не относится в первостепенным жизненным надобностям. Продукты есть, но цены на них кусаются. Проедает народ деньги, тут не до пополнения коллекций.

— Вот, решил Петрову монеты свои продать… Давно он у меня их просил, да я всё отказывался. Сейчас за них и половины не получу, хоть и по его же каталогу.

Старик развернул сверток. Внутри оказались каталог монет уже упомянутого выше Попова и, на взгляд, до полусотни аккуратных заверточек из вощеной бумаги. Илья Ильич каждую свою монетку в отдельную бумажку бережно завернул, чтобы они при транспортировке не поцарапались, друг о друга не побились.

На каждом бумажном свёрточке еще и номерок имелся. Если я правильно предполагаю — с номером в каталоге известного московского торговца монетами, к которому старый антиквар сегодня решил отправиться для продажи своих сокровищ.

Илья Ильич полистал книжицу, нашел нужную страничку. Затем пальцем подвигал упакованные в бумажки монеты, нашел нужную.

— Смотри, Ваня, крайне редкий пробный рубль Петра III.

Я осторожно взял монету за гурт.

Да уж… Раритет.

Антиквар протянул мне каталог.

Пятьсот рублей… Это ещё по довоенному изданию каталога. Сколько же он теперь в полегчавших рублях?

— Это пробный рубль Павла…

Видно было, что гордился Илья Ильич наличием в своём собрании таких монет.

— Это ещё не самые раритеты…

Старик развернул очередной пакетик.

— Не жалко продавать?

Старик вздохнул.

— Жалко…

Так, а может мне у Ильи Ильича монеты купить? Деньги у меня имеются. Правда, не с собой — кто же такие суммы сейчас носит? Инфляция скоро ещё больше темп наберёт, а на фронте мне деньги куда? Сделаю вложение в вечные ценности.

— Сколько Петров за всё это обещает? — поинтересовался я.

— По каталогу. — палец антиквара постучал по книжке.

Мля… Тут же цены старые…

— Больше ни в какую…

— Сумму всю назовите. — решился я.

Мне был придвинут по столу листок со столбиком цифр и общим итогом. В притирку, но у меня хватало. Доберусь до Парижа, положу там монеты в банковский сейф. Пусть лежат. Через некоторое время после войны цены на них к нормальному уровню взлетят. Тут же всё редкости, далеко не рядовые монеты — каталог с отметками Ильи Ильича я пролистал, много времени это у меня не заняло. Такие сейчас вещи передо мной лежали…

— На какой предмет, Ваня, интересуетесь?

— Если мне продадите, я всё возьму.

— А, Петров?

— Перетопчется, — ответил я одним из любимых слов друга Мишки.

— Перетопчется… — старик улыбаясь поперекатывал на своём языке моё слово.

— Ну, что?

— Согласен. — не долго думал Илья Ильич.

— Вот и хорошо. Поедемте в банк.

Я встал из-за стола.

Илья Ильич указал на монеты.

— Все смотреть не будете?

Пришлось снова занять своё место за столом. Нельзя старика обидеть таким несерьезным отношением к сделке.

Просмотр будущей покупки занял у меня почти три часа. Все монеты, как и всё у старого антиквара, были в идеальном состоянии.

После расчёта в банке, я Илью Ильича проводил до дома. Так мне спокойней, да и шалили сейчас по вечерам в столице.

Вот и прошёл у меня один из двух дней перед отправкой. Кстати, не без пользы.

Лирическое отступление 3

Москва, которую Иван Иванович увидел…

Глава 8

Глава 8 Разговор с преподавателем десмургии

Завтра выезжаем, а значит — ещё один день в Москве у меня имеется и потратить его надо с пользой.

Куда направиться?

Так, а если в госпиталь сходить, где я на ротного фельдшера учился? Есть у меня некоторые вопросики.

Фельдшер… Раньше, дома, я это слово бездумно употреблял. Ну, фельдшер и фельдшер. Лицо со средним медицинским образованием. Правда, на фельдшера дольше, чем на медицинскую сестру надо учиться.

Тут только, уже в академии мне стало известно, что данное слово — немецкого происхождения. По-немецки feld — «поле», scheren — «стричь». Так в Европе в Средневековье людей называли, которые на поле боя оказывали помощь раненым и армии в походах сопровождали. Они же частенько одновременно и цирюльниками являлись, стригли всех желающих.

Так вот, вопросы у меня были как раз по фельдшерам. Ну, и по санитарам-носильщикам.

В дороге у нас всех свободного времени много будет. Имелось у меня желание повысить профессиональную квалификацию моего медицинского персонала. Как оказалось, некоторым фельдшерам полка только бритье и доверить можно. Про санитаров я уж и не говорю.

Тем более, что ещё и во Францию мы едем. Здесь во многом только на себя надо будет надеяться.

Почему так думаю? В академии мы опыт оказания медицинской помощи во время Франко-прусской или, как её ещё называют, Франко-германской войны рассматривали. Николай Иванович Пирогов лично в ней участвовал, причем — не на стороне французов. Очень не хвалил он германскую военную медицину. Вроде, всё у них имелось — врачи, лекарства, новейшая для того времени система первой помощи. Страдала только организация, бардак творился и бестолковщина. Отсюда и результаты были весьма плачевные.