Варенька

– Тогда почему ты колеблешься?
– женщина отложила листы в сторону и посмотрела в глаза дочери.

– Эта школа не здесь. Они заберут её, и я смогу видеть Варю только два месяца в году! По-моему это слишком большая плата.
– на кухне воцарилось полное молчание. Маша долго обдумывала это предложение прошлым вечером, и прямо сейчас видела такое же замешательство в глазах своей матери.

– Саша знает?

– Нет. Я не смогла до него дозвониться.
– Маша сидела с опущенной головой. Как же ей сейчас не хватало её мужчины, который мог разрушить любое её сомнение одни лишь прикосновением.

– Послушай, дочка. Такие предложения с неба не сваливаются. Но стоит ли отправлять её совершенно одну?

– Мам, я так же в растерянности. Я понимаю, что возможно для неё - это счастливое будущее, но как же мы?

– Я не хочу, чтобы ты этого делала. Мы сможем помочь ей в реализации её будущего, но...

– А что, если ей это нужно? Мам, Варя не простой ребенок и никогда им не будет. Что, если она потом возненавидит меня за то, что я лишила её возможности расти с теми, кто её понимает.
– бросив взгляд на свою комнату, Мария тяжело сглотнула.
– Посиди здесь, сейчас ты поймешь меня.

Быстро поднявшись, Мария зашла в свою комнату и открыла верхний ящик письменного стола. Уже год, как она собирала эти рисунки. Варя рисовала очень много и порой даже не обращала внимания, как мать забирает некоторые рисунки. И это было неспроста. Маша собирала только те рисунки, которые Варя рисовала поздними ночами, просыпаясь ото сна. Она была похожа на лунатика, который был запрограммирован только на то, чтобы рисовать. Мария, с взрослением Вари, всё меньше понимала своего ребенка, и это сильно беспокоило её.

– Я не вижу в этом чего-то необычного.
– взглянув на листы, произнесла женщина.
– Маш, пойми, ты ничего не знаешь об этой организации. Ну, что тебя беспокоит? Она умненькая, и если такая талантливая, то они примут её на работы и без всяких школ. В наше время то главное чтобы мозги в нужном месте были.

– Ты так думаешь?

– Маша, я ведь знаю, ты места себе находить не будешь. Варе всего девять, а ты хочешь отправить её в другую школу, в другом городе, совсем одну? Это сумасшествие!
– мать Марии обладала вспыльчивым характером, и, подскочив со своего места, принялась мерить шагами маленькую кухню.

– Да, мам, ты права. Я не отпущу её туда, а успехов она и сама добьется.
– глубоко вздохнул, Мария потерла своё лицо ладонями.

– Вот и правильно.
– Татьяна Николаевна заботливо присела рядышком и положила голову Марии себе на плечо, ласково гладя по волосам.
– Позвони им. Пускай Варя не будет занимать чужое место.

– Хорошо.
– медленно, придерживая живот, Мария дошла до своей комнаты. На письменном столе всё так же одиноко лежала визитка, но смятения в душе женщины уже не было. Она точно знала, что решение уже принято, и менять она его совершенно не намерена.

Глава 3.

По черному мрамору, каблуки женщины стучали чересчур громко. Уверенная походка, прямой взгляд, и волнение в душе. В тот кабинет, куда она направлялась, не заходят просто так, и не беспокоят человека, обитавшего там. Но какой у неё был выбор? Варя...Это имя Диана прочно вбила себе в голову. Ещё ни один ребенок не был такой загадкой для неё, и отказ её матери только подливал масла в этот огонь жгучей заинтересованности. Возле гигантской массивной дубовой двери стояли двое мужчин.

Словно статуи Аполлона они неподвижно возвышались в высоту. В идеальных черных костюмах и с максимально короткой стрижкой. Вы наверняка часто можете увидеть таких людей в дорогих ресторанах и совершенно не обратить на них внимания, но Диана слишком хорошо знала всю беспринципность и жестокость братьев Жарковых. Русские солдаты, ни один раз служившие в горячих точках, они умели только убивать. Причём делать это они любили с садистской усладой, растягивая своё удовольствие от хриплых стонов жертвы.

Рука Дианы инстинктивно дотронулось до правого запястье. В последнюю их встречу она смела неправильно на них посмотреть, за что чуть не лишилась конечности. Больше она такой ошибки не допустит.

– У меня назначено.
– глядя в дверь, пытаясь не показывать своего страха, произнесла женщина.

– Больше не смотришь нам в глаза?
– усмехнулся Вадим. Кажется, это в его руке тогда был нож. Диана сильнее сжала свои кулаки, скрывая ярость и злость.

– Кажется, она быстро усваивает уроки.
– на смуглом лице Олега появилась широкая улыбка. Они были ни капли не похожи с братом внешне, а то, что было у них внутри, Диана просто не хотела анализировать. Эти столбы, были для неё весомой преградой, но куда важнее сейчас было увидеть Петра.

– Малышка, язык проглотила?
– рука Влада медленно коснулась её щеки, очерчивая линию скул.

– У меня назначено.
– она даже не шелохнулась. Страха не было, её дрессировали никогда не испытывать страха и она многое бы отдала, чтобы почувствовать его, но не умела. Никто из здесь присутствующих не умел.

– Ладно, отстань от неё, Пётр ждал нашу птаху. Привезла новую партию детишек?
– как же сильно она хотела ответить. Столько ругательств, ярости, но нельзя. Жизнь дороже. Молчание - золото.

Нажав на ручку двери, Олег кивком дал добро на путь. Вдохнув побольше кислорода, забив легкие до отказа, она вошла в тусклое помещение. Здесь было холодно, очень холодно. У большого окна, которое было нараспашку, учитывая, что на улице была осень, стоял мужчина, покуривая сигару. Он не шелохнулся, услышав звон её каблуков, и не проронил ни слова. Диана знала, что говорить предстоит ей, и рядом с ним, она просто никто. Он не обязан смотреть на неё, и черт подери, она и не надеялась, что он вообще примет её.

– Добрый день.
– как и полагается, она не смотрела на мужчину в дорогом сером костюме. Сейчас, она могла только рассматривать усыпанный золотыми узорами персидский ковер, темно-красного цвета.

– За всё время учебы и службы ты была в этом кабинете лишь однажды.
– послышался его притягательный и тягучий, словно мед, голос. Он очаровывал и захватывал, манил к себе и отталкивал одновременно.

– Но ты прекрасно усвоила правила, не так ли?
– она молчала, зная, что ей не давали право говорить.