Васька

Вошла Марина. Увидев Вовку в кабинете отца, она замерла на пороге от удивления.

— Володя? Ты что здесь делаешь?

— Судя по тому, что я от него услышал, собирается просить у меня твоей руки и сердца, — не то пошутил, не то серьёзно ответил Николай Петрович.

— Вовка, ты с ума сошёл, — ринулась в бой Марина.

— Я ничего такого не просил, — возмутился Вовка. — Пока не просил, — добавил он после короткой паузы.

— Так, милые мои, шутки в сторону, — взял ведение разговора в свои руки Николай Петрович. — Мнение Володи я уже знаю. Марина, теперь я хочу выслушать тебя.

— Папа, мы любим друг друга. Не знаю, что мне нужно сказать или сделать, чтобы ты поверил. Если я, в конце концов, буду женой владельца небольшой фирмы, а не нефтяного магната, тебя это сильно огорчит?

— И как далеко у вас зашло? — задал вопрос в лоб банкир, подавшись вперёд.

Вовка и Марина одновременно покраснели. Николаю Петровичу очень понравилась их реакция, и он принял в кресле более расслабленную позу.

— Дочка, ты знаешь, что для меня главное — твоё счастье. И дело не в том, кем будет твой муж. Вокруг таких завидных невест, как ты, постоянно крутятся ушлые молодые люди с хорошо подвешенным языком и красивой внешностью. Кружить голову молоденьким девушкам они умеют великолепно. Но на уме у них одни деньги. Поверь, не одна богатая глупышка попалась на эту удочку. Я рассматриваю всех юношей, с которыми ты общаешься, именно с этой точки зрения. Но Володю я знаю давно. Известно мне и то, что, несмотря на мой разговор с ним в больнице, вы продолжаете встречаться. Не сердись, девочка моя, у меня свои источники информации. Мнение моё на данный момент таково: не возражаю, чтобы вы были вместе. Но пока — только как хорошие друзья. О семье и браке поговорим в другой раз. Когда станете полностью самостоятельными людьми и сможете сами себя обеспечивать. А теперь извините, у меня важная встреча.

Подтверждая его слова, снова включился селектор.

— Николай Петрович, приехали ваши партнёры из Лондона.

Измайлов встал, пожал Вовке руку, поцеловал Марину. Молодые люди направились к выходу. Банкир внезапно окликнул Вовку.

— Володя, задержись на минуточку. Когда за дочерью закрылась дверь, Николай Петрович подошёл к Вовке и, глядя ему прямо в глаза, сказал:

— Запомни, парень: Марина — это всё, что есть у меня в жизни. Если ты хоть раз дашь мне повод усомниться в искренности твоих чувств к моей дочери, я отправлю её на учёбу куда-нибудь в Америку. А тебе испорчу и карьеру, и жизнь. Всё, иди. Вовка вышел из кабинета, взял за руку Марину, и они вышли из банка.

— Что тебе папа сказал? — спросила Марина.

— Да так, ерунда. Сказал, если после того, что от меня услышал, я на тебе не женюсь, он сделает так, что меня по окончании института отправят на Северный полюс. Для этого Николай Петрович специально откроет там филиал своего банка.

Марина хохотала до слёз.

Отголоски прошлого

Учёба в разных институтах не давала возможности быть вместе не только вечером. Но гениальное дитя прогресса — мобильный телефон — позволял общаться в любое время суток. Вовка скачал на свой мобильник целую кучу смайликов и каждый день отправлял Марине смешные или нежные сообщения.

Шли дни, обычные для большинства людей. Но для Марины и Володи они были самыми лучшими в их жизни. Общение с лошадьми помогало влюблённым снять усталость, накопившуюся за день, а дружба с Леной и забота о ней сделали взрослее и серьёзнее.

Как-то раз Вовка с Мариной уже собирались ехать домой, но их окликнул Михалыч.

— Володя, хочу попросить тебя мне сегодня помочь. Разумеется, имеешь полное право отказаться.

— Михалыч, не вопрос, что надо сделать?

— Подежурить сегодня ночью в конюшне, помочь конюхам. У нас двое ночных заболели. Мариночка, извини, что я у тебя кавалера умыкнул.

Марина согласно кивнула, поцеловала Вовку в щёку и уехала. Вовка позвонил родителям и сообщил, что остаётся в клубе.

Парень уже не понаслышке знал об обязанностях конюха, поэтому никаких проблем не испытывал, помогая раздавать корма лошадям. Потом они с Михалычем пили чай. Начкон рассказал несколько интересных историй из собственной спортивной биографии. За беседой время пролетело незаметно, и около полуночи Вовка отправился спать на диван в конюховке.

Проснулся он неожиданно, как будто его кто-то в бок толкнул. Володя посмотрел на часы — половина второго ночи. Он попытался снова заснуть, но сон как рукой сняло. Вовка встал, оделся и пошёл в конюшню, не зная, что его туда влечёт. Выйдя из-за угла в основной коридор, парень увидел у денников Васьки и Фройляйн недавно принятого на работу конюха, худого и нелюдимого парня по имени Никита. Тот достал из кармана флакон и, воровато оглядываясь, протянул руку через решётку к автопоилке лошади Марины.

— Ты что это делаешь, гад! — Голос Вовки прозвучал очень громко в ночной тишине конюшни.

От неожиданности новобранец вздрогнул, выронил флакон и бросился наутёк.

Володя рванулся за ним. Никите не повезло, он ещё плохо изучил планировку конюшни, поэтому свернул в тупик, оканчивающийся туалетом. Конюх влетел внутрь и закрыл дверь на задвижку. Вовка не долго думая с разгону ударил в дверь плечом, и та с грохотом распахнулась. Никита, получив удар в спину, упал на колени. Володя схватил конюха за шиворот и нагнул над унитазом.

— Я тебя, сволочь, утоплю! — Вовка уже не говорил, а кричал.

— Отпусти, — пытался вырваться Никита, но Вовка был гораздо сильнее.

— Ты что в поилку вылить собирался?!

— Отпусти, я ничего не знаю!

— Что за шум, а драки нету? — за спиной у Вовки возник Михалыч. — Похоже, я ошибся, драка как раз есть. Володя, чем тебе новый конюх не угодил?

Парень, продолжая держать Никиту, в двух словах объяснил Михалычу причину столь неуважительного отношения.

— Так, — произнёс начкон. — Мне кажется, что разбираться здесь должна милиция.

— Отпустите, не надо милиции, — снова завопил Никита. — Я всё расскажу. Два дня назад около конюшни ко мне подъехали два парня на мотоцикле. Поговорили о лошадях, потом один из них предложил мне подзаработать. Я согласился, деньги-то всем нужны. Парни дали мне этот флакон и пятьсот долларов. Сказали, что надо сделать.

— И что надо было сделать? — перебил рассказчика Михалыч.

— Вылить по половине в автопоилки Весны и Фройляйн.

— А ты спросить не догадался, что в этом флаконе?

— Они сказали, что ничего серьёзного, просто у лошадей ненадолго отекут ноги, и всё.

— И ты согласился?

— А чё? Мне пообещали ещё и мотоцикл подарить, на котором они приехали. Я от мотоциклов тащусь, а там не машина, а просто супер! Отпустите меня. Чё я плохого сделал? Мне с моей конюховской зарплатой никогда такой аппарат не купить, неужели вы не понимаете!

— Значит, от мотоциклов тащишься, а тут такой шанс, — ровным голосом произнёс Михалыч. — Ну что ж, это несколько меняет дело.

Вовка, все ещё держащий Никиту головой в унитазе, недоумённо посмотрел на начкона.

Конюх облегчённо вздохнул, и тут Михалыч нажал кнопку слива воды.

Когда вызванная охраной клуба милиция увезла Никиту, Вовка зашёл в денник к Ваське и минут пятнадцать гладил лошадь, внезапно осознав, что сегодня он мог потерять своего друга навсегда. Кобыла стояла тихо, словно прочитала Вовкины мысли.

Понимая, что выспаться уже не удастся, парень поднялся к Михалычу в комнату.

— Михалыч, как думаешь, кто его подослал?