Вечный сон

5

Вернувшись на бульвар, я зашел в аптеку и по телефонной книге стал искать адрес мистера Артура Гвинна Гейгера. Он жил на Лаверн-террас, улице, выходившей на бульвар Лорел-кэньон. Опустив монету, я набрал его номер – на всякий случай. Длинные гудки. Тогда в той же телефонной книге я отыскал адреса двух близлежащих книжных магазинов.

В первом, двухэтажном, где внизу размещался писчебумажный отдел, а книги продавались наверху, делать было нечего. Зато во второй, маленький, тесный, забитый книгами до самого потолка и находившийся на противоположной стороне бульвара, невдалеке от первого, зайти, как выяснилось, стоило. Несколько книжных червей листали новинки, оставляя грязные следы на свеженьких переплетах. Никто не обратил на меня внимания. Я проследовал через магазин, зашел за перегородку и обнаружил маленькую смуглую женщину в очках, которая сидела за столом и изучала уголовный кодекс.

Я раскрыл бумажник и показал ей полицейский жетон. Она внимательно на него посмотрела, сняла очки и откинулась на спинку стула. Я спрятал бумажник. Она глядела на меня своими умными еврейскими глазами и молчала.

– Вы не могли бы оказать мне небольшую услугу? – спросил я.

– Смотря какую, – отозвалась она приятным низким голосом.

– Вы знаете магазин Гейгера? На этой улице, в двух кварталах отсюда.

– Что-то не припоминаю.

– Он тоже торгует книгами, – пояснил я. – Но не такими, как вы. Наверняка же знаете.

Она поджала губы и промолчала.

– Вы знаете Гейгера в лицо? – спросил я.

– К сожалению, никакого Гейгера я не знаю.

– Значит, не скажете, как он выглядит?

Она еще сильнее поджала губы.

– А почему я, собственно, должна вам что-то говорить?

– Ничего вы не должны. Не хотите – не надо. Я вас не заставляю.

Она заглянула за дверь в перегородке и снова откинулась на стуле.

– У вас на жетоне звезда шерифа?

– Почетный помощник шерифа. Все это ерунда. Такому жетону – грош цена.

– Понятно. – Она достала пачку сигарет, вытряхнула одну и ухватила ее губами.

Я дал ей прикурить. Она поблагодарила, опять откинулась на стуле и посмотрела на меня сквозь дым.

– Вы хотите знать, как он выглядит, но при этом не хотите с ним разговаривать, да? – осторожно спросила она.

– Просто его нет на месте, – ответил я.

– Придет, надо думать. Это ж его магазин.

– Да и разговаривать пока что мне бы с ним не хотелось.

Она опять заглянула за перегородку.

– Вы что-нибудь понимаете в редких книгах? – спросил я.

– А что вас интересует?

– У вас есть третье издание «Бен-Гура» тысяча восемьсот шестидесятого года с повторяющейся строкой на сто шестнадцатой странице?

Она отодвинула в сторону уголовный кодекс, сняла с полки толстый том, положила на стол, полистала, нашла нужную страницу и пробежала ее глазами.

– Такого издания не существует, – сказала она, не подымая головы.

– Совершенно верно.

– Не понимаю, о чем вы?

– Продавщица в магазине Гейгера этого не знала.

Она подняла голову:

– Теперь понятно. А то вы меня заинтриговали.

– Я частный сыщик. Расследую одно дело. Может, я слишком многого от вас требую?

Она выпустила колечко дыма, проткнула его пальцем и, когда дым рассеялся, ровным, безразличным голосом произнесла:

– На вид ему за сорок. Среднего роста, полный. Весит не меньше ста шестидесяти фунтов. Толстое лицо, чаплинские усики, короткая шея. Весь какой-то рыхлый. Одевается хорошо, но ходит без шляпы, строит из себя знающего букиниста, хотя в книгах абсолютный профан. Да, еще у него искусственный левый глаз.

– Из вас вышел бы отличный сыщик.

Она поставила справочник обратно на полку, снова открыла уголовный кодекс и заметила, надевая очки:

– Не дай бог.

Я поблагодарил ее и вышел на улицу. Шел дождь. До машины, стоявшей в переулке, почти напротив магазина Гейгера, бежать пришлось довольно далеко, и я здорово промок. Прыгнув в машину, я поднял боковые стекла и вытер сверток носовым платком. И только потом развернул его.

Что собой представляет лежавшая в свертке книга, я уже, конечно, догадывался. Тяжелая, в твердом переплете, превосходный шрифт, тонкая бумага, высококачественные фотографии во всю страницу: и фотографии, и текст абсолютно непристойные. Книга не новая. На форзаце проставлены даты выдачи. Изощренная порнография – навынос.

Я снова завернул книгу в бумагу и спрятал ее под сиденье. Чтобы заниматься таким бизнесом в самом центре города, у всех на глазах, связи нужны большие. Я сидел в машине, травился табачным дымом, слушал, как стучит дождь по крыше, и размышлял.

6

Потоки дождевой воды неслись по водостокам, разливаясь в глубокие лужи, через которые с хохотом переносили визжавших девиц огромные полицейские в непромокаемых плащах, блестевших, словно пушечные стволы. Дождь глухо барабанил по крыше машины, с потолка закапало, и вскоре у меня под ногами образовалась небольшая лужица. Обычно такие проливные дожди начинаются позже. Я накинул пальто, сбегал в ближайшую аптеку, купил бутылку виски и, вернувшись в машину, стал греться. Время стоянки было давно уже просрочено, но полицейским, таскавшим через лужи девиц и заливисто свистевшим в свистки, было не до меня.

Несмотря на непогоду (а может, пользуясь ею), в книжной лавке Гейгера шла бойкая торговля: к дверям то и дело подкатывали роскошные лимузины и хорошо одетые люди – отнюдь не только мужчины – исчезали внутри и поспешно выходили со свертками в руках.

Он появился часа в четыре. У входа в магазин остановился двухместный автомобиль кремового цвета, и из него выскочил приземистый мужчина с обрюзгшим лицом и чаплинскими усиками. Был он без шляпы, в зеленом кожаном плаще с поясом. Искусственный у него глаз или нет, я не разобрал. Вскоре из магазина вышел высокий смазливый парень в короткой кожаной куртке, сел за руль двухместного автомобиля, отъехал за угол и пешком вернулся обратно. Его мокрые черные волосы блестели под дождем.

Прошел еще час. Стемнело, и улица осветилась тусклым светом витрин. Сердито перезванивались трамваи. В начале шестого тот же высокий парень в куртке вышел из книжного магазина, раскрыл зонт и отправился за машиной. Когда кремовый двухместный автомобиль остановился у двери, из магазина вышел Гейгер, и парень, держа зонт у него над головой, проводил его до машины. Гейгер сел за руль, а парень сложил зонтик, стряхнул с него дождевую воду, передал в машину и убежал обратно в магазин. Я включил зажигание.

Гейгер поехал налево, и мне пришлось, грубо нарушив правила, сделать левый поворот, отчего я нажил немало врагов, среди которых оказался и водитель трамвая; он высунулся из кабины и смачно выругался. Пристроившись за кремовой малолитражкой, я постепенно стал ее догонять. По всей вероятности, Гейгер ехал домой. На какое-то время я потерял его из виду, но потом заметил, что двухместный автомобиль свернул на Лорел-кэньон. Еще один лихой поворот – и я вслед за ним очутился на Лаверн-террас, узкой улочке, по одну сторону которой тянулась насыпь, а по другую, в низине, за живой изгородью, стояли утопавшие в зарослях кустарника маленькие коттеджи. Кроны деревьев набрякли от дождя.