Ведун
Шрифт:
– В чём дело?
– подошёл к нам дед.
– У этого добровольца природная защита, - вставая с корточек, хмурясь, сказал я.
– Его может спасти только целитель. Это не в моих силах. На это я не рассчитывал. Не смотри на меня так деда, я всё же не такой бессердечный. В моих планах было использовать их как подопытных, потом всё восстановить, как у молодых, стереть воспоминания на сутки, закодировать от пьянства, и отпустить. А здесь такое… М-да, не ожидал. Неожиданно как-то… Уф-ф, ладно, сейчас над этими двоими поработаю, и прогоним, а с третьим придётся повозиться. В памяти этих двух я заложу воспоминание, как они видели, что их товарищ по пьяни утонул купаясь. А тело уничтожим.
Сняв с одной из полок небольшую банку с трубкой на конце, я вернулся к телу и, ударив по колесику, вызвал пламя. Подкручивая колёсико,
С двумя оставшимися аборигенами, не смотря на то что они забились от меня в угол, подвывая, но при этом, продолжая есть свиные окорока, что им принёс Кузя, им действительно до животного состояния хотелось есть после проведённого восстановления и большой потери крови, я закончил и остальные дела. Снайпера эту пару отвели подальше, к другой бухте. Там и оставили, через час распакуется воспоминание о том, что их товарищ утонул, так что с этой стороны мы прикрыты, ну а мы с дедами и особистом засели в столовой, и честно говоря, нажрались. Они поминали погибшего, ну а я соками отпивался, алкоголь я не пил, не хотел. Да и рано мне ещё, организм то не окреп. Это последнее дело себя же лечить магией, пусть организм развивается правильно естественными способами.
На душе, честно говоря, было погано. Я надеялся найти в памяти тех двоих какие-нибудь нехорошие истории, вроде убийств или изнасилований, но тройка была спокойной, тихие алкоголики, единственный способ выживания которых было обворовывание машин курортников. К нам они полезли из-за того что давно на сухом пайке сидели, вот и влетели. Хуже всего было, что я сильно подставился в глазах деда, которого любил и уважал, от этого печалился ещё больше.
Чуть позже подошёл дед и, положив мне ладонь на плечо, я вернул ему метку на ауру, иногда они всё же полезны, эх если бы он смог меня тогда остановить, сказал:
– Не печалься Егор, я вижу, как ты переживаешь. Всякое бывает. Даже со мной случались такие истории, за которые мне до сих пор стыдно.
Как ни странно, но дед действительно смог меня вырвать из уныния, так что, стряхнувшись, я благодарно ему кивнул и включился в беседу. Так что до темноты мы провели время вполне хорошо. Всё же отличная компания фронтовиков и понимал я их во многом. Хотя и не во всем.
Следующие три дня мы фактически не покидали палатку, расквартировавшись в ней. Отпуск они взяли на пять дней, так что время было. Гости учились использовать разнообразные амулеты и артефакты, включая снайперов, я их тоже снарядил. За это время было всё обговорено, я показал, как работаю, создавая амулеты и артефакты, ну и остальное. Наконец наступил день отбытия. Так что мы решили, что я останусь здесь под охраной парней, а деды с дядей Сашей отправятся по делам. Сначала нужно поговорить с генералом, другом и бывшим командиром деда, тот человек из тех на кого можно поручиться, ну а дальше видно будет.
– Давайте я вас провожу?
– предложил я, когда деды с особистом садились в «козлик» вполне благополучно переживший стоянку за эти дни.
– Нет уж, жди здесь, - велел дед и кивнул дяде Саше.
Тот развернул машину и попылил к дороге, ну а мы с Костей направились на пляж, второй снайпер находился там. Охранял место нашей стоянки. На шагу стукнув кулаком в плечо невысокому фронтовику, я с интересом спросил:
– Ну что Константин Егорович, раз появилось время, может, ввести вас в курс дела по оружию которое поступит на вооружение в будущем?
– А можно. Снайперские винтовки покажешь?
– Этого добра я держал в руках немало, что наше, что импортное. У чехов чего только не было. Так что дайте мне пару дней, и будут вам винтовки, отолью в лаборатории.
– Подожди, тебе же задание дали наделать сколько-то там боевых артефактов?
– А-а-а, всё равно не успею, - беспечно махнул я рукой.
– Такие количества дают да за такие сроки, совсем ум потеряли. Вроде объяснял, за какие сроки могу сделать, так нет, всё на своём настаивают, на совесть давят. Это всё пережитки советского прошлого.
– Чего?
– удивился
– А извини, это у меня уже пережитки будущего. Ладно, вон пляж уже. Искупаться хочу. Идем, поплаваем? Там в полутора километре от берега сухогруз лежит со времён войны, глянем? Я вам дыхательный амулет дам.
– А давай, - согласился тот.
– Егор! Егор!
– услышал я крик снаружи и в дверь моей магической мастерской замолотили. Похоже кулаками.
Подняв руки вверх, как это делают врачи перед операциями, я подошёл к двери, локтём приподнял щеколду и плечом толкнул дверь, благо открывалась она наружу. В коридоре стоял Дмитрий Сальцев, дежурный сегодня по охране и наблюдением зоны охраны пляжа. Он и Костя, узнав, что мне уже под тридцатник, да ещё в будущем я послужить успел вне самое спокойное время, быстро перешли со мной на ты, и величали мы друг друга по именам, не смотря на то, что те были старше меня на десяток лет. Вот и сейчас удивлённо осмотрев меня, я стоял в замагиченном халате, в магических перчатках на руках, и в магической маске, прототипе противогаза. В данный момент проходила не самая простая операция, а я не любил когда меня отрывают, так что надо сказать был не в самом хорошем настроении.
– Ну чё ещё? Сами же говорили амулетов и артефактов нужно, чем больше тем лучше, а у меня сейчас самый процесс идёт в вымачивании заготовок. Не дай бог алхимический лак не ровно ляжет на заготовки.
– Чё - по-китайски жопа, сам говорил, - усмехнулся тот, и удивлённо осмотрел меня, в таком виде он меня ещё не видел.
– Это у тебя на руках что, рздесьь? Так и течёт, и как зеркало всё отражает.
– Научил на своё голову, - недовольно пробухтел я под маской.
– Это алхимические перчатки. Некоторые опыты в алхимии без серьёзной защиты не провести.
– А защитные амулеты?
– Алхимия - это магическая химия. Намекаю магическая. И плетения с амулетов могут войти в контакт с процессами в алхимии и что тогда произойдёт даже я не предскажу. Хиросима пыхом покажется. Поэтому занимаясь алхимией, я снимаю абсолютно все магические предметы. Да все так делают, не только я. Это вбивают в головы студентам ещё на первом курсе, первом уроке алхимического факультета…
– Да, всё-всё, я уже понял. Это такая защитная роба как у химиков или ОЗК у солдат.
– Что-то вроде. Так чего ломился?
– Ах да, сбил ты меня своим видом. Майор Мезенцев на связь выходил, особист твоего деда. Велел срочно сворачиваться и вылетать в Алма-Ату. Через час с Сочинского аэродрома взлетает военный борт, он нас подкинет. Уже договорились.
– Мне что передать велели?
– Да. Насколько дней ты можешь память стирать?
– Гарантированно на неделю. Дальше гарантирую дать не могу, можно в слюнявого идиота превратить. А что случилось-то?
– Что знал, сказал. Костя как всегда в море плещется. Заразил ты его этим своим магическим дайвингом. Пойду его крикну, а ты сворачивайся. Сколько тебе на это времени нужно?
– Да, минуты две.
– Всё рвано поторопись, - кивнул тот и рванул к выходу, а я, выглянув в коридор, посмотрев ему вслед, заорал:
– Кузя-я-я!…
После отъезда прадеда, деда и дяди Саши, прошло уже вот как пять дней. Эти дни я плотно занимался созданием амулетов. Причём наделал порядка ста семидесяти единиц. Ведь как, дед с дядей Сашей, руководствуясь какими-то своими планами, пытались убедить меня, что им нужно как можно больше амулетов. Я разве спорю, надо дам. Список необходимого мне тоже предоставили. Конечно, сроки и количество было просто не осуществимы, однако дед с особистом сделали одну небольшую ошибку. Они не указали уровень сложности создаваемых амулетов, а раз им нужно так много, то можно и не делать серьёзные артефакты, а хватит и четвёртого уровня. Вроде и не слабые, но так же и не сильные. Средние. Вот их я и наделал с семнадцать десятков. Смог бы и больше, если бы это были однотипные амулеты. Так ведь нет, более двадцати позиций указали в каталоге, пришлось часто менять как заготовки, так и плетения, что тоже сказывалось на скорости выполнения работы. Вот сейчас я собирался варить, а после покрывать лаком три десятка заготовок для амулетов ночного зрения четвёртого поколения. Работы не просто много, а очень много. Не самой простой амулет в создании, много своих специфик, которые не обойти.