Ведунья

– Прости, ты меня испугал, - вздохнул Стоян.
– Кстати, Лавр, что у вас сегодня произошло? С чего это хлопцы твои утром такое рвение к хозяйственным работам проявили? Не припомню я за кентаврами такого рвения.

– Откуда мне знать, - нахмурился Лавр.
– А ты чего тут? Опять Вареньку работой загрузить пришел?

– Вот отвар, сейчас остынет, надо выпить целую кружку. Не вкусно, но надо. Можешь варенья добавить, - девушка протянула колдуну кувшин с варевом.
– Лаврушка, мне помощь твоя нужна, - обратилась она к кентавру.
– Надо доставить одну мою больную до дома. Только осторожно, она ногу вывихнула, сама не доберется. Ты ведь поможешь?

– Для тебя все что угодно,- улыбнулся Лавр.
– Вот если ты когда идти не сможешь, я тебя на руках понесу хоть на край света.

– На крупе проще, - ухмыльнулся Стоян и дунул на кувшин, кувшин покрылся изморосью.
– А главное, она чтобы удержаться обнимать тебя будет.

– Дядя Стоян, - вспыхнула до кончиков ушей Варвара.

– А ты не смущайся, Варенька. Сама посуди, что еще хлопцу надо, только прижать зазнобу к сердцу. Дай-ка мне варенья, а то, правда, очень горько.

– У меня сердце с другой стороны, - засмеялся Лавр.
– Поэтому на руках удобнее. Давай сюда свою больную, доставлю в лучшем виде, - и Лавр снова сунул голову в окно.
– Мама?

– Мама?
– переспросили Варвара и Стоян одновременно. Девушка от удивления выронила остатки трав на пол.
– Вы мама?

– Мама, что с тобой?
– Лавр попытался заглянуть подальше, но плечи у кентавра были слишком широкими, и он застрял в оконном проеме. Кентавр задергался, окно затрещало.

– Лавр не дергайся, - закричал Стоян.
– Дом развалишь.

– Лаврушка, осторожно, - воскликнула Зора.
– Да ты застрял.

Кентавр хотел, было, что-то возразить, хотя бы их духа противоречия, но возражать было сложно, он действительно застрял.

– Подожди, сейчас заклинание какое-нибудь вспомню, - Стоян потер виски, голова хоть и меньше, но все еще болела.

– Не надо заклинаний, - поспешила встать между колдуном и кентавром Варвара.
– Эдак вы меня без дома оставите. Не дергайся, Лавр, только плечи поранишь, - девушка достала из сеней кувшин с маслом.
– Вот так, потерпи еще немножечко, - ведунья стала смазывать плечи Лавра. Стоян стоял рядом и думал что иногда действительно лучше и проще без колдовства, да только у него так не получалось, голова не так устроена. А вот Варвара могла, почти в любой ситуации она находила простой выход. Дайте боги сил и долгих лет князю Радомиру за такую помощницу.

– А она милая, - прижимаясь к спине сына, сказала Зора.
– Скажи, Лаврушка, а рыжий такой парень, за что прозвище Дракон получил?

– За то, что он дракон,- тяжело вздохнул Лавр.
– А ты что его видела?

– Как дракон? Не уж то настоящий дракон? А с виду совсем как человек. Разве что говорит странно. Я случайно видела, он Варваре камешек какой-то подарил.

– Камешек, - Лавр насупился еще больше.
– Все носит и носит. И ведь где-то находит такие красивые, змеюка. Вот что мне делать? Серебряные украшения она не берет, я уж про золотые не говорю, а этот все носит и носит.

– Может деревянные стоит?
– предложила Зора, которая ужасно переживала за сына, ну как же, ее Лавра кто-то посмел обойти.

– Деревянные украшения ей Ясень носит, - снова вздохнул кентавр.
– Да такие, что никакому мастеру и не снилось, кто ж поспорит в умении резать по дереву с дриадом? Наверное, я ей не пара, она хорошая такая, хрупкая, а я.... Я даже не человек, скотина я, - добавил он зло.

– Вот я сначала тебе язык оторву за такие слова, а потом тому, кто тебе их в голову вбил, - рассердилась Зора и попыталась спрыгнуть на землю, чтобы осуществить угрозу.

– Сиди, - затанцевал под ней Лавр.
– Нога же.

– Не пара он, - продолжала возмущаться женщина, правда попытки слезть оставила.
– Это еще кто кому не пара. Ясеня этого я не видела, а вот Дракона этого ты в сотню раз лучше. И забудь о ней вообще, вертихвостка она, всем троим вам она головы дурит, а вы как зачарованные, втроем и ходите. Может, она вас всех приворожила?

– Она не вертихвостка и не ворожила, - Лавр вдруг погрустнел.
– Просто не любы мы ей, ни я, ни дракон, ни Ясень. Да она и не скрывала этого никогда. Может еще свободно ее сердечко, а может, и нет, кто знает?
– Лавр замолчал, погрузившись в невеселые мысли, а Зоре у него за спиной хотелось плакать, от обиды за названного сына, за то, что глупая, пусть и хорошая, девка не смогла оценить такого сокровища. Как можно не полюбить такого как Лавр? Хотя, чтобы любить кентавра надо иметь немало мужество, потому что любить война - это испытание, а любить кентавра - испытание вдвойне.

К вечеру небо затянулось тучками, и пошел противный, мелкий, холодный дождь. Зора пыталась привести в божеский вид нечесаные гривы своих названных сыновей, Лавр сидел в углу их общей избы и лепил из глины миски для Варвары, взамен разбитых. Лепил старательно, вкладывая всю душу и умение.

В княжеском тереме, сидел над книгами Стоян, лишь иногда морща лоб и покачивая головой, удивленно ухмыляясь, голова больше не болела.

Варвара смотрела в окно, прижавшись лбом к стеклу, и виделся ей в каплях на окне образ любимого: такого близкого, но такого недоступного.

Часть 3

Варвара бежала по темному лесу, то и дело спотыкаясь о корни деревьев и цепляясь за ветки. Такой знакомый и добрый лес вдруг стал чужим и злым. А следом неслось что-то очень нехорошее, очень страшное. Вдруг навстречу вышел Ясень, вышел непонятно откуда, из темноты. Девушка облегченно выдохнула, взяла мужчину за руку и потянула за собой, но Ясень руку освободил и виновато взглянув на Варвару, кивнул "мол беги", а сам шагнул в темноту, где догоняло ужасное нечто. Девушка хотела кричать, но не могла издать ни звука. Когда темнота зашумела где-то совсем рядом, она побежала снова. Откуда-то с неба спустился Дракон, освещая пространство вокруг себя. Девушка обрадовано кинулась ему на шею, он поцеловал ее в губы, подмигнул и, отстранив, тоже шагнул в темноту. И темнота сомкнулась вокруг него, и свечение пропало, а нечто продолжало пугать и наступать. Варвара споткнулась и упала, страх парализовал, ноги не слушались.
– Дракон, Ясень, - плача, беззвучно шептала она, но в ответ страшное нечто только зло рычало и приближалось. Из темноты вынырнул Лавр.

– Лавр, Лаврушка, не ходи, - бросилась ему в ноги Варвара. Кентавр улыбался, поигрывая мускулами, осторожно поднял девушку на ноги, убрал с лица выбившуюся прядь, подтолкнул в сторону города, а сам, молча шагнул в темноту.

– Лавр, - отчаянно закричала Варвара и проснулась.
– Лавр, - прошептала она, вытирая мокрые от слез щеки.
– Ясень, Дракон. Да что же это?

Спать больше не хотелось, и Варвара принялась за уборку и разбор своих травяных запасов. До трав у нее руки не доходили очень давно, но чего не сделаешь, чтобы кошмар отогнать. К рассвету в доме был полный порядок, и даже травки перебраны и рассортированы. Но противное ощущение не ушло, как только девушка присела, нехорошее чувство вернулось.

"Никогда не гони плохие предчувствия, - вспомнились слова деда.
– Лучше закрой глаза и спроси, откуда беды ждать"

Девушка закрыла глаза и несколько раз глубоко выдохнула и вздохнула. Беда шла со стороны леса. Варвара открыла глаза и тряхнула головой, нет, не может того быть, просто кошмар, ничего более. Никогда вещих снов ей не снилось, предвиденье у нее очень слабо развито, разве что ближайшее хорошо, а вот надолго вперед вещать ей не дано. Варвара боролась с нехорошим предчувствием еще около часа, а потом вздохнула и пошла на княжеский двор.