Великан Севера

— Надо предупредить ярла Балгруфа! — тут же нашёлся кузнец, — Нам не помешает несколько нормальных стражников, это уже не говоря про те волшебные баллисты, которые делают Титанорожденные.

— Для этого мы и здесь, — ответил вместо Хадвара я, — пока я отправлюсь в Вайтран, Хадвару нужно будет организовать эвакуацию выживших в Хелгене людей.

— Тогда я сейчас же соберу жителей Ривервуда, — встав из-за стола, сказал кузнец, — если мы прямо сейчас начнём сборы, то в завтрашний полдень сможем добраться до Хелгена и помочь выжившим. Вы, пока ложитесь отдыхать, чтобы завтра с свежими силами отправиться в путь. И чуть не забыл, Алекс, ты уверен, что тебя пустят к ярлу?

— Да уверен, всё же я из Титанорожденных, — ответил ему я, — заодно свяжусь с родственниками, может они пришлют кого-нибудь в помощь.

— Отлично, Сигрид покажет тебе где можно лечь, а мне надо собрать жителей Ривервуда.

Уснув на мягкой постели, перед тем как заснуть, мою голову пронзила одна мысль, со всем этим побегом от дракона и последующего за ним марафона сначала через подземелья, а потом и до Ривервуда, я совсем забыл предупредить отца о новой угрозе. Так что создав магического вестника и нашептав ему нужное послание, я с чистой совестью провалился в сон.

End POV

События произошедшие в Скайриме за последние месяц были по своему размаху чем-то запредельным, восточные владения во главе с Ульфриком объявили о своих претензиях к Верховному Королю, после чего уже не последний из Буревестников отправился в Солитьюд, чтобы объявить о них. Это произошло примерно месяц назад, и так поздно я об этом узнал, только потому, что на посыльного, который должен был мне об этом сообщить, в пути напали волки, и он почти три недели провалялся в постели. При этом не догадавшись поручить кому-то другому доставить его послание.

Две с половиной недели назад произошло то, что я пытался всеми силами предотвратить, Ульфрик на поединке чести убил короля Торуга, при этом украсив его внутренностями большую часть тронного зала, буквально разорвав бедного парня свои криком. И вновь, новость об этом дошла до меня слишком поздно, так как посыльный попал в небольшой шторм, и вместо того, чтобы доплыть от гавани Солитьюда до Морфала за часов двенадцать, потратил на путь искомые две с половиной недели. И пусть время критически упущено, но что-то подозревая я объявил сбор войск и разослал гонцов всем союзникам. Гражданская война в Скайриме началась.

Суммарно, на сбор войск мне понадобилось две недели, и как только всё было готово, мы скорым маршем выдвинулись на восток. Примерно на третий день пути ко мне прилетел магический вестник от Александра, где он вкратце пересказал события, произошедшие в Хелгене, а также уведомлял меня о том, что совсем скоро отправится в Вайтран, чтобы предупредить ярла об угрозе драконов. Прикинув время в пути и расположение дорог, мне стало понятно, что с сыном мы как раз пересечёмся на подходе к Вайтрану, а значит, можно будет немного подкорректировать план действий. То что мой сын оказался искомым Драконорожденным, вызвало у меня с одной стороны приступ задумчивости, так как придётся постараться, чтобы он пережил все уготованные ему испытания, а с другой приступ неконтролируемого смеха, от осознания того факта, что моя жена, оказывается, драконица.

Пока моё войско продолжало своё движение к Вайтрану, я, вспомнив о скором нападении дракона на Западную Сторожевую Башню, оставил в ней два расчёта с баллистами, чисто на всякий случай, ну и в качестве первого полевого испытания моего творения.

В пути ко мне начали прилетать и другие магические вестники, со всех сторон. Так, например, Гавен Чёрный Вереск поведал, что Рифтен и девять десятых владения Рифт находятся под его контролем, бывший ярл Лейла Рука Закона сидит в темнице, вместе со своими родными и последователями, а доказательства её участия в восстании против Империи уже направлены в Солитьюд. Сам же Гавен, не потеряв во время захвата власти и десяти человек, прямо сейчас формирует ударный кулак, который должен будет присоединиться к моей армии на подходах к Виндхельму, возглавит эту армию его старший сын и наследник, пока сам он будет улаживать дела в уже полностью его владениях.

Поступили новости и из Винтерхолда, где смена власти прошла ещё быстрее. Появившаяся из портала Изабелла в сопровождении трёх десятков воинов с пробуждённой кровью великанов, быстро собрала три четверти состава Коллегии, все они проходили начальное обучение в Зале Титанов и до сих пор были сильно благодарны не только клану Титанорожденных, но и Изабелле в частности. Столь внушительной силой, Изабелла с сопровождающими пересекла мост, отделяющий Коллегию от города и застала момент, когда ярл вещал перед жителями Винтерхолда о том, что их славное владение выходит из состава Империи, и отныне будет полностью подчиняться новому Верховному Королю — Ульфрику Буревестнику. Следующие несколько секунд в жизни ярла Винтерхолда были самыми унизительными в его жизни: прервав его на середине речи заклинанием паралича, Изабелла со свитой, деловито растолкала немногочисленную городскую стражу и угомонив самых буйных, сама вышла на помост, и объявила, что отделение от Империи отменяется, ярл арестован, и все могут расходиться по домам. Жители может и хоте ли бы отбить своего ярла, но вот только тридцать гигантов, в доспехах стоимостью с половину их города каждый, при поддержке почти сотни магов — это не та сила, которой стоит перечить. Закончив с подавлением бунта, Изабелла, оставив в виде новой городской стражи несколько десятков дружинников из обычных людей вернулась в Зал Титанов, откуда, с присоединившимися к ней магами Коллегии, отправилась догонять основную часть войска.

Не посвящённый в наши планы архимаг Савос Арен только постфактум выдвинул претензии мне и Изабелле, напирая на то, что Коллегия всегда была вне политики и придерживалась нейтралитета, но его жалоба мало на что повлияла. Тем более большая часть старших волшебников, включая его заместительницу, Мирабеллу Эрвин, с восторгом восприняли действия моей жены, и никаких угрызений совести от смены власти в Винтерхолде при участии магов Коллегии не испытывали.

Таким образом, всего через несколько недель с начала восстания Ульфрика Буревестника он уже потерял два поддерживающих его владения из четырёх, и совсем скоро останется один на один с пятнадцатитысячной армией под стенами его родного города. Вообще для захвата Виндхельма есть два основных сценария: первый, мягкий и почти бескровный — город осаждают, я вызываю Ульфрика на поединок чести, он умирает, а после, на трон Исграмора садится кто-то из Огневолосов с Короной Зимы на голове. Почти все счастливы и живы, останется только отловить остатки Братьев Бури и можно считать, что гражданская война окончена. Второй вариант намного хуже — Ульфрик не отвечает на мой вызов и продолжает сидеть за стенами, тогда, собрав все имеющиеся у меня силы, мы отправляемся на штурм первой столицы Скайрима. Конечно, погибнет много людей, как с нашей стороны, так и со стороны восставших, но это будет всяко лучше, чем растянувшийся на несколько лет конфликт с ещё большим количеством жертв. Тем более, у меня на руках есть не только все планы верхней части города, но и его канализации и заброшенных катакомб, так что штурм в любом случае будет успешным.

Встреча с сыном произошла ровно в тот момент, в который я и ожидал, правда вместо того, чтобы встретить его во главе войска, весь такой сияющий и пафосный, наша встреча произошла на картофельном поле, где стояли три стороны: я со свитой, отряд Соратников и заплутавший великан. Соратники хотели выполнить контракт и убить великана, великан хотел, чтобы местные жители перестали воровать его еду и не мешали ему спать, а я недоумевал, насколько надо быть идиотом, чтобы целенаправленно досаждать четырёхметровому верзиле.

— Повторюсь, Глорш утверждает, что местные фермеры на постоянной основе воруют его еду и мешают ему громкими звуками посреди дня, — пытался я донести позицию великана до собравшихся с противоположной от него стороны Соратников и скрывающимися за его спиной мирных жителей.

— Мы честные норды, и никогда не у кого ничего не крали, пусть великан не врёт, — прокричал владелец местной фермы, на что, великан начал указывать на некоторых из присутствующих и говорить на своём языке.

— Глорш прямо сейчас указал на тех, кто, по его мнению ворует у него, если эти люди невиновны, то пусть поклянутся Шором, что этого не делали, — на моё предложение, ранее обозначенные норды серьёзно занервничали, ведь врать людям — это одно, а соврать перед богом — совершенно другое.

— Хлоки, Рагнар, что же вы молчите, — спросил хозяин фермы, когда его работники продолжили молчать, — или вы, паршивцы, на самом деле воровали? Ах вы дерьмо мамонтовое, мало того, что сразу во всём не признались, да ещё и в лицо мне врали, — разошедшийся фермер, подхватив ближайшую палку начал охаживать ей нерадивых работников.

— Думаю, конфликт исчерпан? — спросил я два раза у обеих сторон конфликта, и если Соратникам и фермерам было в принципе всё равно, главное чтобы великан убрался с их земли, то вот Глорш хотел возврата украденного. Как итог, владелец фермы отдарился от великана целым подводом с овощами и двумя баранами, после чего конфликт был действительно исчерпан.