Вельмата. Длинные тени

Настя только отрицательно помычала. Потом кое-как, еле ворочая раздувшимся горячим языком, промямлила:

— Крыс надо покормить. Там корм у аквари… ууу…

— Отлично, только этого не хватало, — пробурчал голос.

Сквозь вату до Насти донеслись удаляющиеся шаги. Потом отдалённые обрывки фраз:

— … то ли я совсем дебил, то ли нормальных баб вообще не осталось… я что, много прошу… у этой крысы, огромные такие… нет, в аквариуме… у меня ещё как-то была одна, которая в зеркале часами свои поры рассматривала…

Потом кто-то над головой сказал, что всё-таки останется на ночь. Ну и ладно. Хоть не одной в этом жутком мороке мариноваться.

Настя очнулась в тоннеле, напоминающем те, что лабиринтами опутывали подземелья Нижнего. Сеть ходов, и кругом люди. Шаги, голоса, эхом отдающиеся от стен. И кружевные, угловатые разноцветные тени. Блики, грани… Высокий мужской силуэт перекрывает дискотечное мелькание. Это Гошка или кто? Нет, стрижка короткая. Оборачивается, и…

Стало тихо. Настя открыла глаза. Шторы задёрнуты, но за ними явно светит солнце. Это сколько же сейчас времени, интересно. Настя слезла с кровати, потянулась. Сознание ясное, настроение бодрое. Давненько она себя так хорошо не чувствовала с утра. Только есть хочется, аж желудок сводит.

А есть-то и нечего. Может, хоть кашу на растительном молоке сварить. Настя влезла в тапочки и пошаркала на кухню. По пути чуть не подпрыгнула от жуткого звука, будто на кухне по полу шкаф плясал вприсядку. А, ну да. Это же холодильник. И когда она успела его включить?

Небольшой холодильник бабушки Алины наконец перестал отбивать чечётку. Настя открыла дверцу. Все полки заставлены контейнерами, упаковками с сырной и колбасной нарезками, бутылками с молоком и кефиром, коробками с пиццей. Даже копчёная курица нашлась. Откуда всё это здесь взялось? Ещё и пельмени в морозилке.

Настя закрыла холодильник и отошла на пару шагов. Кто-то обеспечил её продуктами аж на неделю. Только кто? Да, в памяти стали всплывать мутные картинки с обрывками чьих-то слов и шагов. Мужской голос. Чей?

Первым на ум пришёл Гошка. Как обычно, воспоминания о нём отдались тоской. Прости, но это не мог быть ты. Кто тогда? Борода?

Настя сходила за телефоном, набрала номер Бороды.

— Привет, — жизнерадостно раздалось в трубке. — Оклемалась?

— Да, спасибо. Это ты заходил?

— Нет, не я, — усмехнулся Борода. — Это кое-кто другой.

— А кто? — растерянно спросила Настя.

— Ничего не помнишь? Сильно ломало? — сочувственно произнёс Борода. — Это бывает в дни перехода. Ничего страшного, всё нормально. Сейчас новолуние, луна растёт, и станет лучше.

— Да, понятно. Так кто здесь был?

— Яна сказала, к тебе там какой-то мужик приходил, — после паузы произнёс Борода, понизив голос. Как будто кто-то мог подслушивать. — Я просил её тебя навестить, но она сказала, что за тобой там есть кому поухаживать.

— И кто это? — спросила Настя, перебирая в уме знакомых мужчин, кто мог бы прийти ей на помощь. Таких набралось примерно ноль.

— Тот мужик, который хочет раскатать ваш посёлок, — сухо произнёс Борода.

— Игорь? — потрясённо переспросила Настя.

— Он самый. Ты там с ним поосторожнее. Хотя кто я такой, чтобы тебе указывать.

— Да. Спасибо, — механически произнесла Настя.

— Вечером приезжай. Поговорим.

— Обязательно.

Настя завершила вызов. Наверное, надо было как-то обозначиться для Игоря, то есть поблагодарить за помощь и участие. Но сколько сообщений Настя ни написала, все пришлось стереть. Ну не получалось у неё слова подобрать.

Так что она просто позавтракала омлетом с сыром и колбасной нарезкой. Не пропадать же еде. А поговорить с Игорем лучше лично. Если он, конечно, ещё объявится. Лучше бы нет.

После завтрака Настя полила все цветы в доме. Почистила аквариум «жильцов», пока они увлечённо изучали мебель в квартире. Даже на работу нашлись силы и время. И, что самое необычное, на обед. Раньше-то Настя в лучшем случае только завтракала и перекусывала раз в день. Теперь организм стал настойчиво требовать пищи. А разум — информации.

Так что Настя оделась и побежала на старый пляж, где сразу направилась к гроту. Десять минут — и можно выходить из спуска в штольню на откосе.

— Отлично выглядишь, — улыбнулся Борода, когда Настя вошла в кафе.

— Только постричься надо, — вывернула из-за буфета Яна. — Пойдём, помогу.

Яна провела Настю в какую-то дальнюю комнату в недрах особняка. Усадила перед огромным зеркалом, стала швыряться в ящиках старого комода.

— Мы где? — спросила Настя, осматриваясь. Комната напоминала гостиную в небольшой квартире, обставленной «под старину».

— У меня дома, — пожала плечами Яна, становясь за Настей с огромными ножницами в руках.

— Я сдаю здесь жильё. — Где-то за их спинами ходил Борода. — Я же говорил.

— Да, точно, — смутилась Настя. Могла бы и запоминать, что ей рассказывали.

— Так, сиди спокойно. — Яна распустила Насте волосы и спрыснула водой.

Настя присмотрелась и оторопела. За Яниной спиной простиралось звёздное небо. На автомате Настя развернулась. Но увидела только проход в другую комнату, где, судя по звукам, возился Борода.

— Я же сказала — сиди прямо. — Яна руками развернула Настину голову.

— Просто мне показалось…

— Теперь так будет почти всегда, — проговорила Яна, закрепляя пряди волос над ушами Насти. — Это же зеркало. А ты прозрела. Привыкнешь.

— А к чему ещё мне придётся привыкнуть? — Настя рассматривала красный пар, витающий над Яниной головой.

— Много к чему. — Борода вошёл в комнату с подносом, где выстроились чашки кофе. — Просто не бойся и не гоношись. Всё само станет понятно.

— Ясно. И что мне теперь делать?

Яна, щёлкая ножницами у Настиной головы, пожала плечами.

— Начни с малого. Помоги какому-нибудь призраку. — Борода отпил из чашки.

— Я уже некоторым помогла. — И Настя вкратце пересказала историю утонувшей девочки и родного отца Игоря.

— Неплохо, — похвалил Борода.

— А если они попросят сделать что-нибудь такое, чего я не сумею?

— Вот для этого и нужны мы, — поднял указательный палец кверху Борода. — Позвонишь мне, мы подумаем, что можно сделать. У нас взаимопомощь.