Венера

А ещё всякие социальные службы были направлены на то, чтобы детей отнимать. Конечно, элиты это не касалось, ведь для них существовали регенерирующие капсулы, в то время как для черни такая услуга отсутствовала, а спрос на органы был велик. Вот те, кто побогаче и пытался найти подходящего донора. Со взрослыми сложнее, хотя и там несчастный случай устроить на производстве проблемы не было. А по закону вся чернь при определённых повреждениях признавалась мёртвой и пускалась на органы. А ребёнок-донор подбирался из медицинской базы (у всех детей черни с рождения брались нужные пробы, а потом просто дети проходили всякие медосмотры, после которых вносилось состояние определённых органов в базу). Совершалась проверка семьи, где искали к чему бы придраться. Повод мог найтись любой, идеальных условий не существовало. Да и в любом случае, дети изымались из семьи. Потом нужно было просто выждать время. Если без органа ребёнок мог продолжить существование, то его возвращали в семью. В случае иска, всегда были отписки медиков, что у ребёнка то-то отказало, пришлось срочно делать операцию. Ну или ребёнок мог "случайно" погибнуть в приюте. А что, дети между собой что-то не поделили, а малые, бестолковые, глаз выкололи, неудачно толкнули...

Сейчас же он был вдали от цивилизации, вдали от медицины. И хоть, в случае чего, становилось страшно, что регенерирующей капсулы нет рядом, Дао был рад, что оказался на территории светлых. Пусть, помощь они и не обещали.

Вот только как ему забрать Неру в свой мир? Он интуитивно переиначил её имя. НЭРИ, НЭР - такие имена были среди элиты. Правда, его сокращение звучало более нежно, но ей будет уже привычнее.

Он прикинул, есть ли среди элиты Нэры, подходящие по возрасту, не прошедшие пока омоложение. Что-нибудь придумает. Но как же ему вернуться в свой мир? Удастся ли правка генома? Надо это сделать как можно скорее, пока Нера не разродилась. Или может остаться здесь навсегда? Получится ли убедить отца, что он здесь счастлив? В понятии тёмных такого слова просто нет. И отец может забрать его силком, а препятствие в виде супруги - ликвидировать.

Надо решать вопрос самому и до прилёта отца. Неру он боялся трогать, да и желание отсутствовало, поскольку голова была забита другими мыслями.

– Лар, я тебе стала противна?
– спросила Венера мужа, откидывая прядь волос с обнажённой груди.

– Милая, я боюсь. У тебя ведь всё не как у людей.

– Боль - сигнал о том, что что-то не так. Думаю, попробовать можно.

На этот раз ограничился Дао лишь одним слиянием, полностью удовлетворив себя. Подумал о том, что это странно. Но ему оказалось достаточно просто прикасаться, любоваться женой, разговаривать.

"Какая же она красивая. Даже такая, тёмная. А может, просто цвет кожи и волос оттеняет её голубые глаза, - подумал Дао, лаская шелковистые пряди жены.
– Похоже, с этим тоже надо будет что-то делать, ведь у тёмных не бывает голубых или серых глаз".

Глава 13

...Венера

Дни проходили за днями, и, возвращаясь после работы, муж всё больше грустнел. Я пыталась его разговорить, но он отмахивался, мол, устал. Я ведь видела счастье в его глазах. Тогда что же произошло? Или дело в моей беременности? Сезон дождей подходил к концу, много новых пар появилось. Но меня волновала отстранённость супруга. Он часто молчал, будто далеко мыслями отсюда. Неужто тоскует по Родине? Может, я совершила ошибку, привязывая его навсегда к себе? За Дао иногда наблюдала издали. Он, казалось, даже получает удовольствие, обучая воинов. Результат был небольшой, как у воинов, но если смотреть, какие они были раньше и какие сейчас, то разница огромна.

Я себя чувствовала прекрасно. Если б не тот первый раз, когда голова закружилась, я бы и не знала, что беременна. Никаких проявлений.

Накануне перед сворачиванием юрт я всё же решила всё прояснить.

– Лар, пойдём искупаемся?
– предложила я вернувшемуся с тренировки супругу.

Противиться не стал.

Поплавав, я его всё же соблазнила. Где же его ненасытный пыл? Или он его насытил в день свадьбы?

Обвила его шею руками.

– Лар, давай поговорим начистоту. Меня тревожит твоё состояние. Может чем смогу помочь. Один ум хорошо,а два - лучше.

Вместо слов супруг вошёл в меня и стал медленно двигаться.

– Говори, - шепнул он.

– Что говорить?
– а мысли все разбегаются от ощущений.

– О чём ты там хотела поговорить.

Я честно пыталась. В итоге замолчала и отдалась его ласкам.

Мы выбрались на берег.

– Лар, давай поговорим. Прошу.

И всё повторилось вновь. Не слишком далеко мне удавалось продвинуться в разговоре. И, вроде бы, он слушал меня и отвечал, пока я была в состоянии поддерживать разговор.

– Лар, всё, хватит. Я устала, - пошла на попятную.
– Но поговорить надо!

Он сгрёб меня в охапку. Неужели опять?

Но супруг всего лишь обнял, а потом умостился на моей груди.

– Я пытаюсь решить одну проблему. Я расскажу, если ты пообещаешь не давать советов.

– Хорошо.

И он рассказал. Про разное. Но самым важным мне показалось то, что надо как-то вернуться домой до моих родов.

Хотела сказать, что мы можем остаться здесь, но вспомнила,что обещала не лезть с советами. Как бы ненавязчиво обо всём разузнать?

– Но разве мы можем вернуться, пока наши скафандры являются частью клеток?

– На моём шаттле есть оборудование, сравнивающее ДНК и восстанавливающее к первоначальному состоянию, в случае разных мутаций.

– Допустим. А наш малыш?

– Сын.

– Откуда ты знаешь?

– Светлые сказали.

– Что будет с сыном?

– Внутриутробно провести операцию не выйдет. Придётся ждать родов.

– Не получится ли, что его первоначального генома просто нет и изменить ничего не выйдет? Как он будет жить?

– Есть такое мнение, что если меняется тело матери, меняется и малыш. В обратную сторону точно работает, поскольку даже омолаживание организма происходит во время беременности. Но вот получится ли в обратную, я не знаю. Но если малыш родится, мы точно изменить ничего не сможем.

Он прав. Иначе мы застрянем здесь. Или я с малышом застряну, ведь не брошу же свою кровиночку. Насчёт супруга - не была уверена. Как знать, как тёмных воспитывают. Может, они не только не испытывают любви, но и привязанности к родным и близким. Только расчёт и их дурацкие договоры. Хочу ли я убраться с этой планеты? А меня никто не спрашивал. Обидно ли мне? Может быть, если себя накрутить. Но я должна понимать, что Лар не просто так загрузился этой проблемой, а значит, любит меня. Нужно учитывать, что он не просто с другой планеты, возможно даже, что с другой галактики. Поэтому решила не обижаться.

Одно поняла, что если есть возможность отсюда выбраться, надо решать сейчас, пока есть время до родов. Не потому, что тут нет медицинского оборудования и врачей, местный лекарь не в счёт. Просто потом выбора уже не останется. А вернуться всегда можно. Лар же не навредит нашему крохе.

– Скажи, а можно обойтись без опытов? Ну, чтобы не вживую на мне испытывать все эти "прелести".

– Я загружу твои данные в компьютер. Посмотрим, что он смоделирует. Но для начала мне нужно придумать, как отсюда выбраться.

– А ты уверен, что на земной базе нет способа вернуться на корабль яйцеголовых?

Супруг задумался. Лишь гладил меня по спине. А потом развернул меня спиной к себе, и, чуть погладив, вошёл сзади.

– Ты говори, мне так лучше думается...

Что говорить, когда мысли разбредаются?

– Они тебя скинули с базы или прилетали на поверхность планеты, чтобы оставить?

На этом моя умственная деятельность закончилась. Ощущения перекрыли работу мозга в мыслительной и речевой деятельности. Зато муж, похоже, остался доволен. Я, впрочем, тоже не жаловалась.