Вепрь

Посмотрев на часы, Эдик постучал пальцем по стеклу.

— Полтора часа назад они отобедали и укатили в неизвестном направлении. Но если хочешь, я могу выяснить.

— Да уж, сделай милость… А что — она даже не представилась?

— Почему же, всё оформлено как положено. Она записана как Елена Иванова, но когда она назвала себя, Малыш так недвусмысленно усмехнулся, что сразу стало ясно — она врёт.

— Хм-хм, если что-нибудь выяснишь, дай мне знать, я буду тебе очень обязан.

Вепрь направился к выходу. В дверях остановился:

— Да, если вдруг снова нагрянут господа охранники со своими предложениями, то назначь им встречу и звони мне. И не вздумай сам прикрываться моим именем — это может плохо кончиться. Ты ведь не знаешь, что это за ребята?

Эдик покачал головой.

— Вот видишь. Пока, Эдуард,

Вепрь покинул отель, глубоко задумавшись.

Глава девятая

С утра небо над Городом обиженно хмурилось, обещая великий потоп, пока часа в два пополудни не начался самый настоящий осенний дождь, который усердно долбил крышу автомобиля.

Выйдя из машины, Вепрь раскрыл зонт и огляделся. Он стоял в окружении десятиэтажек, равнодушно взирающих на него с многометровой высоты. Интересующие его окна на пятом этаже одного из домов были задернуты шторами, за стеклом виднелись цветы.

Он ещё некоторое время постоял, наблюдая, потом сложил зонт и снова забрался в автомобиль. Порывшись в бардачке, он вынул оттуда потрепанный исписанный ежедневник. Поплевав на пальцы, быстро перелистал страницы, нашел нужную надпись и прочитал вслух:

— «Курженко Валерий Анатольевич, год рождения — 1955, место рождения — не важно, место жительства — улица Грибоедова, дом 69, квартира номер 57. Женат, две дочери… — та-ак… — начальник смены котельной…». Примерный семьянин, надо полагать. Что ж, я не виноват, что ты грешил в молодости.

Вепрь захлопнул ежедневник, бросил его обратно в бардачок и вылез из машины. Коротким броском добежал до подъезда.

Там, под далеко выступающим вперед козырьком, стояла компания подростков — четыре девушки лет по пятнадцать, разукрашенные, как детские куклы, и пятеро парней того же возраста. Все курили и что-то шумно обсуждали. Когда Вепрь подошел к ним, они замолчали, а потом зашушукались,

— Ребята, пятьдесят седьмая квартира в этом подъезде? — уточнил он, чтобы в случае ошибки ему не пришлось возвращаться — Вепрь был суеверным.

— Да, в этом, — ответила одна из девиц после непродолжительного молчания. По вопросительному взгляду он понял, что она из этой квартиры, по-видимому, одна из дочерей Курженко.

— А что вы хотели?

Внимательно оглядев её, Вепрь отметил, что девица довольно миленькая, хотя напрасно так увлекается косметикой. Добела выжженные пергидролем вьющиеся волосы с черными корнями, тонкая коричневая сигарета с ментолом в тонких пальцах, пухлые губки со слоем помады — таков был ее портрет.

— Ты Виктория Курженко? — спросил он деловито.

— М-м… Ну и что с того? А ты мент, что ли?

Ласково улыбнувшись, он вошёл в подъезд. На пятом этаже позвонил в квартиру 57. «Одну минуту!» — крикнул из-за двери женский голос. Наконец послышалось шарканье и щелкнул замок. В появившуюся щель просунулась женская голова в бигуди. Симпатичная дамочка лет тридцати семи — сорока, причем вылитая старшая дочь. Такие же обесцвеченные волосы, надутые губы, и даже немой вопрос в глазах делал выражение ее лица, похожим на дочь.

— Добрый день, — сказал Вепрь.

— Здравствуйте, — отозвалась дамочка.

— Как бы мне Валерия Анатольевича увидеть?

— Его сейчас нет, но он скоро будет. Может, ему передать что-нибудь?

— А вы его супруга, надо полагать? Антонина Васильевна?

— Да, — дамочка кокетливо улыбнулась. — А разве мы с вами знакомы?

— Владимир, — представился Вепрь. — Вот теперь мы знакомы. Собственно, я мог бы поговорить и с вами.

— Слушаю.

— Я представитель компании «Терра Нова», — начал Вепрь. Для своей легенды он специально выбрал компанию, рекламу которой буквально заездили на местном телевидении, чтобы перед ним после первых же слов не захлопнули дверь. К тому же в компании «Терра Нова» у него были кое-какие, связи, и он подготовился на тот случай, если Курженко вдруг что-нибудь заподозрит и позвонит или даже лично съездит в офис компании. — Я представитель компании «Терра Нова», я к вам по делу, Антонина Васильевна.

Женщина недоумённо пожала плечами.

— Мне бы хотелось поговорить с вами. Вы не против, если я пройду?

Заметив, что женщина подозрительно прищурилась, он улыбнулся ей самой своей очаровательной улыбкой и поднял руки:

— Я не бандит, Антонина Васильевна, и не вооружён.

На самом деле за поясом брюк у него был заткнут пистолет с полной обоймой, но обыскивать его здесь, похоже, никто не собирался.

— Вот мои документы.

Осторожным движением Вепрь вытащил из внутреннего кармана пиджака один из своих многочисленных паспортов на имя Русецкого Владимира Ивановича и, раскрыв его на месте фотографии, показал Антонине Васильевне.

— Похож?

Он на секунду сделал серьезное лицо, а потом вновь расцвел в улыбке. Ещё бы не был похож, ведь сфотографировался на этот паспорт он только два дня назад.

— Похож, — подтвердила женщина, раскрывая перед Вепрем двери. — Впрочем, я и без того не боюсь. Ну вломится к нам в квартиру кто-нибудь — ну и что с того? Что ему брать-то у нас? Телевизор с севшим кинескопом? Холодильник с десятком яиц? Или ковёр, который Валерке ещё от бабки достался? А бриллиантов у меня нет и никогда не было.

— Всё равно надо бы поостеречься, — заботливо проговорил Вепрь, пройдя в комнату. — К вопросам безопасности нельзя относиться беспечно, Антонина Васильевна

— Называйте меня Тоней, — сказала хозяйка, и Вепрь понял, что с ним в открытую кокетничают. — Я, между прочим, не настолько уж старше вас, чтобы вы обращались ко мне по имени-отчеству… Нет-нет, садитесь вот в кресло, Владимир, у этого стула сломана ножка.

— Договорились, — сказал Вепрь, усаживаясь в кресло. — А вы называйте меня Володей.