Вернейские грачи
Шрифт:
Ребята в Гнезде все делали сами. Тяжелыми работами и техникой ведали мальчики. Под руководством Рамо они обслуживали собственную маленькую электростанцию, которую питала резвая горная река Лизер, протекающая поблизости. Мальчики сами провели в Гнездо воду, сами сложили печи в комнатах и в кухне, привозили из лесу валежник, вскапывали землю для огорода и сада. Они же вместе с Корасоном заботились о «Последней надежде». Девочки под наблюдением Лолоты стряпали на кухне, стирали и чинили белье и платье для всех грачей, ткали ковры для спален, убирали Гнездо, занимались садом и огородом.
— Неужели и стены сами выкладывали? И рамы оконные делали?
— Ну, конечно, сами, — отвечал за Корасона Жорж. Ему в первый раз выпала честь быть «экскурсоводом». — Наши ребята ведь все могут делать, — говорил он с немыслимой гордостью. — Они у нас и маляры, и столяры, и каменщики… Видали у нас рыжего паренька с этаким вихром на затылке? Это Ксавье. А с Жюжю знакомы? Они у нас бригадиры столяров. В гараже им отвели уголок. Хотите посмотреть?
И Жорж вел всю компанию за перегородку гаража, где несколько младших грачей строгали какие-то детали.
— Ксавье! — звал Жорж. — Ксавье, иди-ка сюда, расскажи гостям, что вы тут мастерите. Да куда же провалился этот парень?! Эй, ребята, где ваш бригадир? — спрашивал он у младших.
— Не знаем. Мы сами его давно не видели, — отвечали те.
Странно вел себя Ксавье после приезда американцев. Уже на второй день он примчался к Клэр.
— Идем скорей, скажем Матери, чтоб она прогнала их отсюда. Это лазутчики, — заявил он с таким жаром, что девочка рассмеялась.
— Ну и напугал же тебя тот случай в замке! — сказала она, подтрунивая. — Теперь ты, как пуганая ворона, куста боишься.
— А я тебе говорю, они сюда явились следить за Матерью и за всеми нами, — упрямо твердил Ксавье. — Ты видела этого толстого увальня? Так вот, я узнал, он сын майора, который приехал сюда недавно. Я уверен, что он у них самый главный шпион. Он только притворяется, будто ни на что не смотрит. Надо сейчас же сказать Матери! Пускай она их прогонит…
— Иди говори сам, а я не пойду, — рассердилась Клэр. — Вот выдумал чепуху! Приехали самые обыкновенные школьники с преподавателем. Хотят пожить в горах, интересуются, как мы здесь живем, захватили с собой знакомого парня, потому что отец просил мистера Хомера немножко расшевелить сына, а ты уже подымаешь тревогу: «Лазутчики! Шпионы!» Я и сама не люблю скаутов, но уверять, что все они враги, это слишком!..
Ксавье обиделся чуть не до слез.
— Ага, выходит, по-твоему, что я все выдумал! — запальчиво закричал он. — Так я пойду к Корасону и Витамин. Они-то меня послушают!
Однако и Корасон в ответ на все выкрики Ксавье только пожал плечами. А Витамин жалостливо посмотрела на него и сказала:
— Опять? Опять хочешь попасть в какую-нибудь историю, Ксавье? Мало тебе того случая в замке? Вспомни, что тогда сказала Мать!
И Ксавье, злой, обиженный, никем не понятый и не поддержанный, убежал. Матери он так и не решился сказать об одолевавших его подозрениях: а вдруг и она осмеет его, как осмеяла Клэр! Или посмотрит с такой же обидной жалостью, как Витамин! Но про себя Ксавье твердо решил следить за каждым шагом американцев.
И Ксавье исчез. Витамин напрасно искала его в мастерской, в гараже, в классных. Ксавье приходил только к тому моменту, когда Рамо собирал всех своих мальчиков, чтобы разойтись по спальням.
Стоило Хомеру или кому-нибудь из его питомцев отойти в сторону и начать между собой разговор, как поблизости тотчас же вырастала тень, и только торчащий красный вихор выдавал
присутствие упорного наблюдателя.Однажды Мать, заметив вихор, вытащила упирающегося и донельзя смущенного Ксавье из-за двери бельевой.
— Что ты тут делаешь, Ксавье? И вообще, где ты Пропадаешь? Твоя бригада жалуется, что ты даже не заглянул последние два дня к ним. Они там кончают новую дверь для кухни…
Ксавье упорно прятал от Матери лицо.
— Я… я сейчас пойду к ребятам, Мама… — пробормотал он. — Я… я занимался английским… Ведь вы сами сказали, что я должен заняться, — прибавил он уже более уверенно и в доказательство даже вытащил из кармана маленький английский словарь. — Вот… я учу слова.
Мать с сомнением посмотрела на словарь, на склоненную перед ней голову. Такая прилежность была, увы, нехарактерна для Ксавье, беспечного и легкомысленного, как мотылек. Но заглянуть в глаза мальчику ей так и не удалось.
ГОВОРЯТ ЛЮБИМЦЫ ХОМЕРА
И все же Ксавье упустил! Он упустил. Он не слышал разговора Хомера с его питомцами, разговора, прояснившего бы Ксавье очень многое.
Происходил этот разговор однажды вечером в душевой. Грачи так гордились своей душевой, что непременно водили всех своих гостей мыться. Душевая примыкала к кухне, и всем посетителям показывали, как вода, поступая из речки, проходит по трубам и нагревается от кухонной плиты. В этом не было, конечно, какого-то особого изобретения. Но дело заключалось в том, что грачи сами рассчитывали и диаметр труб и их расположение, сами строили душевую и монтировали краны.
Итак, Хомер и его любимцы отправились принять перед сном теплый душ. Несколько дней перед тем Хомер почти не видался с Фэйни и Роем. Рой по возможности не отходил от Клэр. Фейни то следовал за Роем, мешая и надоедая ему, то шнырял где-то с Лори Миллсом.
— Итак, друзья мои, ваши впечатления? — спросил Хомер, едва только дверь душевой закрылась за ним и двумя его любимцами. — Как вам понравилось здешнее житье? — прибавил он, пуская душ и принимаясь раздеваться.
Мальчики переглянулись. То есть, вернее, Фэйни бросил пытливый взгляд на Роя, а тот ответил ему спокойным и равнодушным взглядом. Он молча развязывал галстук и, видимо, предоставлял Фэйни честь говорить первым.
— Что ж, сэр, впечатления, конечно, имеются, — начал Фэйни, напуская на себя важность и явно рисуясь. — Можем дать отчет. — Он откашлялся, как оратор, собирающийся держать длинную речь. — Во-первых, сэр, все здешние ребята — хвастунишки и вруны. «Мы все сами, своими руками», — пискливым голосом передразнил он грачей. — Конечно, некоторые наши, из тех, что попроще, вроде Тэда Маллори и Дэва, сразу развесили уши, поверили, что все здесь хорошо и правильно устроено, что грачи — отличные ребята.
— Что ж, по-вашему, они уже подпали под влияние этих грачей? — нахмурился Хомер. — Но этого не может быть! Вам показалось, Фэниан.
— Да нет, сэр! Я только сказал, что им здесь все нравится и всему они верят, — поправился Фэйни. — Я же сразу раскусил все здешние штучки! Ничего они сами не строили! Все делал их учитель, тот, которого они зовут Тореадором… Девчонки, те, правда, стряпают на кухне сами, но на то они и девчонки! Спортсмены они тоже никудышные.
— Никудышные, а тебя и твоего Лори все-таки обставили и в прыжках, и на турнике, и в баскетбол, — неожиданно подал голос Рой. Он смотрел на приятеля светлыми и такими холодными глазами, что казалось, они из стекла.