Ветер
Шрифт:
Глава 5
Ночью я с трудом заставила себя уснуть. Мысли бешеным круговоротом носились в моей голове, а о душевном покое я вообще молчу. Наутро легче не стало. Скорее наоборот.
'Как я попала на работу?!
– Не важно.
А! Мне и без того порой трудно сосредоточиться, а тут еще ...
Что за дивный танец?! Как это получилось? Заиграла музыка, и мы, как по щелчку пальцев, выпали из привычного мира куда-то в глубину себя, в темноту. Я слышала его слова, хотя он молчал.
Или у меня медленно едет крыша.
Спокойно, всё хорошо. Я знаю, о чем он говорил:
НО Я ЧУВСТВОВАЛА НЕ ЭТО!!! В смысле было что-то еще. Нет, не надо! Пожалуйста.
Я чувствовала его.
Ну вот. Зачем? Зачем? Зачем ты об этом думаешь?
Танец. Нет, дело не в нём.
Хватит! Замужней девушке не пристало думать о ком-то кроме её мужа. Если подумать: умей Никита танцевать - ощущения были бы те же.
Ага!'
Час, другой.
'От мебели сегодня больше пользы, чем от меня!'
Время обеда.
'Теперь можно не притворяться, что я занята делом. Лучше пойду поем'
Два часа. Три.
'Когда уже конец рабочего дня?! Кого из сотрудников я вообще сегодня видела?!'
Плюс один час к тем бессмысленным, что уже прошли.
– Привет!
– Лана возникла как из воздуха, и напугала меня.
– Ой, привет. Как дела?
– У меня появился шанс отвлечься.
– У меня хорошо, а ты, похоже, совсем заработалась.
– Внимательно изучая меня, сказала Лана.
'Ухахахаха!!!'
– Я три раза уже мимо тебя пробегала. Махала тебе. А ты как на стену смотришь и никакой реакции.
– Упрекнула она.
– Что новый проект?
– Угу.
– Положила голову на стол и жалобно посмотрела на неё.
– О! Работой тут и не пахнет.
– Она оглянулась и заговорщицки прошептала.
– Я такую пекарню нашла. Выпечка там умопомрачительная. Так что вставай, пошли чай пить.
Кексы, купленные Ланной, оказались фантастически вкусными. Я успела забыть свои несвязные мысли и взбодриться.
Лана никогда и никому не лезла в душу. Поэтому с ней было очень легко. Видя, что человеку плохо она не кидалась на него с расспросами, а отвлекала его болтовней о пустяках, смешными рассказами из жизни или еще чем-то. Не зная сути проблемы, она всегда поддерживала и ободряла, просто, чтобы помочь в трудную минуту.
– Ребенок - несносное чудо. Она кстати снова перекрасилась. Теперь рыженькая.
– Засмеялась Лана.
– Такой естественный приятный оттенок, мне больше нравиться.
– Сколько ей? Четырнадцать?
– Да, в этом году четырнадцать будет.
– Переходный возраст - красота. Поиски себя начинаются.
– Улыбнулась я.
– О! Не напоминай.
– Вздохнула Лана.
– Знаешь, как она собирается? Около часа наряжается, потом подходит к зеркалу, кривиться и всё с начала. Уже опаздывает, но я смотрю опять побежала в комнату. Вчера три раза переодевалась и это не предел.
– Модница.
– Засмеялась я, наконец, оставив тревожные мысли и переживания. Спасибо Лане.
На занятии в этот день всё было по-старому. Мистер А. в своем любимом обличье айсберга, Санта - замкнутая и необщительная, Наташа - услужливая подлиза.
'Похоже, ей полегчало. Или уже созрел новый план?!'
Представители мужской половины группы общались исключительно между собой, поэтому я даже по именам их не помнила. Поначалу такая позиция, кажется странной, но на деле является примером профессионализма. Цель занятий не в общении, поиске отношений
или развлечений. Это работа над своим мастерством. Только танец, ничего лишнего.Во всем этом царстве отрешенности и льда был только один лучик теплоты, что вечно сиял в глазах Ребекки. Для меня остается загадкой, как возможно сохранять такой мягкий, добрый нрав. Какой-то вымирающий вид людей.
– Кто хочет пиццы?
– Весело пролепетала Ребекка, когда мы вернулись в раздевалку после занятия.
Как и ожидалось, Наташа даже не удосужилась ответить, просто собрала вещи и ушла.
– Даже не смотри. У меня свои планы.
– Удивительно мягко сказала Санта.
Ребекка сосредоточила свое внимание на мне. Она вытянула губки и скорчила такую жалобную мордашку, что отказать этому нежному созданию было преступлением. И я согласилась.
Мы вместе покинули комплекс и окунулись в свежесть ночи. В трех квартала от 'Атика' находилась круглосуточная пиццерия. Небольшое, светлое помещение вмещало всего 8 столов и маленький уголок из стойки и витрины, где размещались аппетитные кусочки готовых пицц. Заняты были только два столика: пара мужчин сонно потягивала пиво в углу, а компания из трех девушек и двух парней, у окна, оживленно что-то обсуждали, периодически взрываясь смехом. Относительная свобода от людей и какое-то подобие покоя. Мы заказали по паре кусочков пиццы разных видов и чайник зеленого чая. Заказ быстро принесли, и мы сразу накинулись на еду. Не самое удачное время для калорийной пиццы, но мы её заслужили.
– Я уже в ожидании завтрашнего занятия.
– Уплетая первый кусочек, сказала Ребекка.
– Не напоминай. У меня ноги как из свинца после тренировки. Сегодня опять была проверка на прочность.
– Разрезая свой кусок, пожаловалась я.
– А что нового будет завтра?
– Мы начнем постановки. Видела, как много всего придумал мистер А.?
– Восторженно сказала Ребекка.
Я задумалась и вопросительно посмотрела на неё.
– Он после каждой тренировки записывает что-нибудь новое. Все эти горы бумаги на пианино, помнишь? Это фигуры будущих танцев.
– Просияла она.
– А! И в чем разница?
– Растерялась я.
– Тебе понравиться.
– Она хитро прищурилась.
– Расскажи.
– Возмутилась я.
Ребекка засмеялась и отрицательно покачала головой.
– Неа!
Я прищурилась.
– Хитрюга.
– Улыбнулась я.
'Интрига. Ожидание. Вот теперь я точно усну сегодня ночью!'
Покинув пиццерию, я и Ребекка так увлеклись обсуждением недавно вышедшего в прокат фильма, что не заметили, как следом увязалась пара подвыпивших мужчин. Спустя квартал они почти вплотную приблизились к нам. Разговоры моментально стихли, стало не до шуток. Улица совершенно пуста - ни прохожих, ни машин. У меня внутри всё похолодело, а в голове начали зарождаться варианты побега. Мы ускорили шаг, но это их только раззадорило.
– Девчонки! Давайте познакомимся.
– Подал голос один из них. Его грубый, развязный тон явно не предвещал ничего хорошего. И это точно был не вопрос. Меня передернуло от такой уверенности.
– Идите куда шли.
– Спокойно ответила Ребекка. Если она и волновалась, то ничем не выдала своих эмоций.
– Такие красавицы не должны оставаться без внимания.
– Издевательски сказал второй.
– Лучше оставьте нас в покое.
– Непривычный для Ребекки холодок прозвучал в её голосе. Но преследователи проигнорировали предупреждение.