Винодел

— Погоди-ка, — остановила ее Вейл. — Ты торопишься с выводами. Нам еще ничего не известно.

— По-моему, это очевидно.

— Нет. Вернее, да, очевидно. Слишком очевидно. Что-то тут нечисто.

— Чего столпились, ребята? — крикнул Брикс, идущий в их сторону по коридору.

Диксон отошла от двери и тихо сказала:

— К нам поступила новая информация.

И она кивком указала на Вирта, сидевшего в комнате отдыха. Брикс перевел взгляд с нее на свидетеля.

— В совещательной комнате нас ждет специалист по информационным технологиям, будет объяснять что-то насчет мобильных сообщений. Я давно ее приглашал, и управление, между прочим, платит ей сто пятьдесят баксов в час. Так что пусть свидетель идет домой, если вы с ним закончили, а вы все — марш в совещательную!

Диксон и Вейл вернулись в комнату отдыха.

— Иен, — сказала Диксон, — нам нужно идти на совещание. Но вы что-то говорили об адвокате Исаака…

— Да. Не знаю, насколько это важно, но он хотел снять Кристал с поста через суд.

— Снять с поста? Зачем?

— Это вы у него спросите. Но что-то подсказывает мне, что Виктория тоже приложила к этому руку.

— А как звали того адвоката?

Вирт вытащил смартфон из чехла и потыкал сенсорным пером в экран.

— Марк Бенезра. Офис в центре Напы.

Диксон записала это имя.

— Хорошо. А теперь послушайте меня, Йен. — Она спрятала блокнот в карман и посмотрела на Вирта. — Мы еще не знаем наверняка, что происходит в вашей ассоциации, но что-то тут неладно. Я больше ничего не могу вам сказать. Вы кажетесь мне очень симпатичным человеком, поэтому прошу вас: будьте осторожны. Не рассказывайте никому, что общались с нами. Никому ничего не говорите, хорошо?

Вирт, нахмурившись, взглянул на нее.

— У меня есть повод чего-то… опасаться?

— Возможно. Никто ничего не говорил конкретно о вас, но все же… Будьте осторожны. — Она взглядом спросила разрешения у Вейл и получила его без единого возражения. — Йен, если мы вам кое-что расскажем, вы обещаете, что это останется между нами? Сугубо между нами.

На лбу у Вирта выступил пот.

— Что-то не нравится мне такой поворот событий…

— Понимаю, — сказала Вейл, — поэтому я и прошу вас включить полицейские инстинкты, которые вы переняли от отца.

Он закусил нижнюю губу и с трудом выдавил из себя:

— Ладно.

— Помните, мы говорили об инсульте Виктории? Так вот, у Исаака тоже случился инсульт.

Вирт побледнел.

— Вы хотите сказать…

— …что у него случился инсульт, — подчеркнула Вейл. — Так вот, учитывая все это, повторяю: у нас нет никаких оснований полагать, будто вам… тоже грозит инсульт. Тем не менее из трех человек, которые возражали против продления контракта с СМБ, двое мертвы. Будьте осторожны. Держите ухо востро. Если вас что-то насторожит, сразу же звоните нам. Договорились?

Вирт молча кивнул.

— Мы можем приставить к нему человека? — спросила Вейл.

— Я спрошу, но сомневаюсь, что шериф согласится.

— У меня есть частная охрана, — сказал Вирт. — На винодельне. Отставные разведчики. Не пропаду.

Вейл подозвала помощника шерифа, стоявшего у кофеварки.

— Грег, ты не мог бы проводить мистера Вирта?

— Не потеряйте мой номер, — сказала Диксон. — И запомните: чуть что — звоните мне. Любая мелочь — сразу звоните.

Вирт неуверенно кивнул и пошел вслед за Грегом.

— А ты за него переживаешь, — заметила Диксон.

— Его коллег убили с особой жестокостью. И никто об этом не знает. Остальные даже не думают, что нужно быть начеку. Видимо, придется созвать их всех и раскрыть карты.

— Если мы это сделаем, прознают журналисты. Но если иначе нельзя… Надо придумать, как извлечь из этого выгоду. И поймать этого проклятого Давильщика.

Вейл проводила Вирта взглядом.

— И придумать как можно скорее.

…сорок четвертая

Прежде чем присоединиться к коллегам, Диксон раздобыла телефон Марка Бенезра и попросила его помощницу передать, что им срочно нужно встретиться. Помощница смогла найти в напряженном графике адвоката «окно» в десять утра. На часах было девять.

— Все в порядке, — сказала Диксон.

Вейл стояла в отдалении, набивая в телефоне письмо Джонатану.

— Прекрасно. Передай Бриксу, что я сейчас подойду. Только вот сообщение допишу.

— Рокси, у тебя найдется минутка? — спросил Эдди Агбаяни, подходя к ним.

— А что?

Агбаяни, засунув руки в задние карманы, молчал.

Почувствовав неловкость и возникшее напряжение, Вейл оторвалась от телефона.

— Когда все это закончится, — сказал Агбаяни, — когда мы поймаем убийцу, может… может, поужинаем как-нибудь вместе? Поговорим. С глазу на глаз.

— Не знаю, Эдди, — замялась Роксана. — Может быть… Дай мне подумать.

— Значит, такие у нас теперь отношения? Тебе нужно подумать, прежде чем согласиться на ужин со мной?

— Эдди, я так не могу. Не сейчас. Давай я… Извини. Ты прав, нам нужно поговорить. Как только выберется свободное время, надо будет поужинать вместе.

Спрятав «блэкберри» в чехол, Вейл вошла в совещательную комнату. Все уже были в сборе: Манн, Гордон, Люго, Брикс. Плюс незнакомая женщина, ради которой они, судя по всему, и собрались здесь.

Буквально через полминуты в комнату вошли Диксон и Агбаяни.

Брикс стоял у доски, все еще расписанной их заданиями. Кое-какие строки были перечеркнуты, кое-какие — обведены в кружки (это означало, что добиться результата пока не удалось). К сожалению, кружков было больше, чем зачеркиваний.

Выдубленное солнцем морщинистое лицо Брикса при свете флуоресцентных ламп приобрело нездоровый пепельный оттенок. Он выглядел именно так, как выглядит человек, вынужденный нести на сердце тяжкий груз: вину за нераскрытое убийство пасынка начальника, терзания по поводу требований Давильщика и того, как выполнение этих требований скажется на жизни горожан. Времени на принятие решения оставалось все меньше. Рано или поздно журналисты узнают обо всем сами — и тогда его стресс лишь усугубится.