Виртуальная реальность

Он вести ждёт, чтоб в них не "нет", а "да".

Не выдумано слово лексиконами

страшнее жутких слов "навеки", "навсегда".

Ночь и дождь

Бурых туч разлохмачены гривы,

ночь июньская влагой пьяна.

Даже водному знаку тоскливо

сквозь дождливую сетку смотреть из окна.

Фонари в ореолах пречудных

тщетно борются с ночью, с дождём

во дворе непривычно безлюдном,

в сонном сквере, познавшем вчера бурелом.

Тёплый дождь шелестя монотонно,

вымывает дневную хандру.

Образ твой за экраном оконным

мне сегодня приснится опять поутру.

И опять будет лес предвечерний,

изумрудность росистых полян.

А за ним будет ночь откровений,

интернетовских клятв виртуальный обман.

Ночь любви и словесных баталий,

нашей жизни красивый муляж.

А пока мне не спится в реале.

Ночь и дождь, фонари, ореолы — коллаж.

Забурел я

Встречи кратки, очень редки,

С горечью в осадке.

В неизвестности, как в клетке,

Как водящий в прятки.

Песню грустную запел

И сижу в прострации.

Забурел я, забурел

Вне цивилизации.

Пункт один включён в повестку,

Стал он клином света.

Посылаю эСэМэСку —

Снова без ответа.

В одиночку залетел

Штирлицем без рации.

Забурел я, забурел

Вне цивилизации.

Заблудился в мыслях где-то

И впотьмах плутаю.

Я сегодня «Амаретто»

«Клинским» запиваю.

Выбрал сам себе удел —

На кого кассация?

Забурел я, забурел

Вне цивилизации.

Стих пишу исповедальный

В майской глухомани,

Будто в суете вокзальной

С прошлым расставанье.

И перрон враз опустел,

Время в консервации.

Забурел я, забурел

Вне цивилизации.

В стихах моих чернуха

Недовольна мной подруга.

На меня она в обиде,

Что в стихах моих чернуха.

Ну а если сплошь непруха?

Если век её не видел?

Чтоб не плакаться по-новой,

Темп частушечный избрал.

Дескать, я мужик весёлый,

От разлуки долгой квёлый —

Вот и прёт чернухи вал.

Лесной человек

О чём же писать человеку лесному?

Палитра его не богата.

О тропках заросших, берёзках и снова

О белках и песнях пернатых?

Да, белка меня угощает орехом

И дятел встречает морзянкой.

А стал потому я лесным человеком,

Что здесь тет-а-тет с северянкой.

О том напишу, что мне лес — панацея

От звона натруженных нервов,

О том, что смогу без помехи тебе я

Излиться дремучестью перлов.

Что слышится в шорохе крон тополиных

Твой шёпот в бессонные ночи.

Что снова румянятся гроздья рябины,

и август опять, между прочим.

Любовь-утешенье

Не заводи затхлость,

А буря на море —

Нежданная радость,

Незваное горе.

Живу ожиданьем,

Гоню наважденье.

Любовь — наказанье,

Любовь — искупленье.

Ударила штормом,

Сердечным запоем

По нравственным нормам,

Моральным устоям.

Тревожное счастье,

Безумства мгновенье —

Любовь, как причастье,

Любовь — прегрешенье.

Истерзан, ревнуя

И веря с опаской,

Пылаю, ликуя,

Обманутый лаской.

Свиданье — разлука,

Погибель — спасенье.

Любовь — моя мука,

Любовь — утешенье.

Я ей дарил стихи ...

Я ей дарил стихи,

Она дарила мне.

И каждый стих — не ложь, а откровенье.

Не довелось сидеть обнявшись при луне,

А виртуальность сделала все тенью.

Тупик надуманных проблем.

Мы виртуально оба виноваты.

Хоть ангел вдохновенья нем,

Но не смирилась мысль

С реальностью утраты.

Кислый настрой

Иссякла ко мне Божья милость,

С утра уже кислый настрой.

Увы, в этот год не случилась

Желанная встреча с тобой.

Играет судьбой нашей случай,

Избравший для встреч виртуал.

Ему ведь не скажешь 'Не мучай.

Давно я ее не видал'.

И так вот живешь в ожиданье

От встречи реальной тепла.

Но снова грустит осязанье,

А в будущем серая мгла.

О судьбе

Вот угораздило тебя

явиться в мир в ненастье ноября

с его дождливой хлябью,

сырой промозглой зябью.

Хотя, быть может, я неправ,

совсем не тот ноябрь в степях

под Сальском.

Ласкает там он бабьем летом.

Мне климат этих мест неведом.

Короче, было суждено

тебе на свете появиться.

А мне в тот час в мое окно

несмело постучала птица.

Мне весть доставил голубок:

в пеленках гукает мой Рок.

Летят года.

Меня Судьбою завернуло

На сайт болтливого

и склочного Артбулла.

Как божий дар, как божья кара

(да, все в руках Судьбы),

как Геркулесовы столбы,

твоих стихов встречает пара.

Я восхищен, я поражен

сюжетом их и исполненьем,

и поделиться своим мненьем

Всевышним был приговорен.

Тот 'Зимний вальс'

с его не зимней теплотой

и 'Лазаревский' — смелость

с тех давних пор смутили мой покой —

так встретиться хотелось!

И в океан из Средиземья

за Геркулесовы столбы,

из мира скуки и безтемья

в мир Музы, коей стала ты.