Вирус
Шрифт:
– Хорошо жить в столице, - криво улыбнулся я сам себе: - а как интересно в каком-нибудь мухосранске? Хорошо если на весь город есть сквер, да и тот, возник там сам по себе, на пустыре так и не построенного здания.
Позависать на турниках удалось минут двадцать, потом начали появляться парни, знакомые и не очень, они приветливо кивали друг другу и мне, парочка даже пожала мне руку, как если бы и не было прошлого позора, когда меня раз за разом избивали в хоккейной коробке, а я не мог ничего и никому противопоставить. Причину Сбора никто не обсуждал, складывалось впечатление, что большинство в курсе, в чем дело. Я так же не стал выделяться, успокоив себя тем, что рано или поздно все узнаю. В основном разговоры вертелись вокруг квартирного вопроса, вернее очередного
– Зачем только это ограничение по поводу подтвержденных родственников?!
– возмущался один из парней в не по погоде надетой на голову бейсболке: - я бы сейчас однушку в Лисенках сменял на Пряничную, с периферии в центр, да о таком раньше только мечтать можно было!
– Так ты и сейчас мечтаешь, - поддел его угловатый парень в зеленой куртке: - если кровных родственников на Пряничной нет, то и не обменяешься.
– Да как они вообще могут проверить? Кто кровный а кто нет!?
– продолжал «кипятиться» любитель толи рэпа, толи бейсбола.
– Сдаешь анализ, если более семидесяти процентов ДНК совпадает, значит родственник, - просветил спорщиков висевший рядом со мной вверх ногами на турнике крепыш в меховой безрукавке: - экспресс лаборатории правда только по записи сейчас принимают, ну и денег стоит, а так, вперед!
– Эх, нет счастья в жизни, - поправив бейсболку, вздохнул парень.
Спустя еще минут десять появились и мои знакомцы, Леха с Максимом, ко мне парни подходить не стали, ограничившись взмахом руки. Я их так же поприветствовал, отметив, что и раньше эти двое не любили находиться в центре толпы и всегда вставали на отшибе. Оглянувшись после этого вокруг, на рассевшихся на турниках, брусьях и переходных мостиках, я насчитал порядка двадцати пяти парней и мужчин, а так же, к моему удивлению, трех девчонок. Одна из них мне сразу понравилась, только вот стоящий рядом с ней мордатый, тот самый гад, что вначале приковал меня наручниками к железной лестнице, а потом избивал с издевательскими комментариями, поумерило мой интерес в отношении девушки. Через какое-то время появилась ещё одна группа людей, они были старше, всем за тридцать, впереди шел Сан Саныч.
– Приветствую всех, - встав так, чтобы мастер Руслан и еще один кряжистый мужик оказались за его спиной, лидер Дружины привлек к себе внимание.
– Все, кто получил сообщение и пришел сюда, живут относительно близко друг к другу, изначально, подбор шёл по территориальному признаку с целью снижения транспортных задержек и разрозненности, что для любой организации является наибольшей проблемой, - начал он, говорить о том, о чем и так можно было догадаться: - после выступления президента, все мы теперь знаем о sigma-мутации, которая независимо от нашего желания, сделала кровных родственников еще более зависимыми друг от друга, нежели предписывалось традициями и навязывалось воспитанием.
Говорил Сан Саныч хорошо, чувствовалось, что в прошлом он не один год занимался выступлениями перед людьми. Я бы на его месте, даже выучив текст, давно бы сбился, например наткнувшись взглядом на усмешку кого-то из слушателей, или скептический хмык с задних рядов. Пока он выступал, не раз и не два парни перешептывались, отпускали комментарии, перемещались, устав находиться в одном положении. Лидер же продолжал говорить, обращаясь и ко всем и ни к кому одновременно.
Основная суть собрания сводилась к Указанию, все присутствующие должны были начать активно участвовать в переселении своих кровных родственников к нам, в район. Сан Саныч обещал не только помощь с подбором жилплощади, но и с поиском новой работы в столице, где зарплата по умолчанию была выше, чем в других городах нашей страны. Закономерный скептицизм парней, кто-же отдаст свою квартиру в столице для их родственников, согласившись уехать в другой город, был частично развеян упоминанием ещё одного закона, находящегося сейчас на рассмотрении в Государственной Думе и направленного
на принудительное выселение людей без родственных связей из района их проживания.– Грядет глобальное переселение, объединяя людей по кровному признаку, и нам, Дружине, следует занять твердые позиции в данном районе, сделать это место нашим общим домом!
– под конец речи Сан Саныч явно начал заговариваться, или говорить о том, о чем мечтал в своих мыслях и сейчас появился повод частично донести их до общественности.
После окончания «митинга», лидер Дружины, вместе с сопровождавшим его десятком мужчин, двинулся куда-то во дворы, видимо к ещё одному месту Сбора. По списочному составу из приложения, одних рекрутов, без семей, насчитывалось более ста человек. Учитывая, что здесь и сейчас находилось от силы человек тридцать, Сан Санычу предстояло еще трижды произнести свою речь в других дворах.
– Игорь?
– окликнули меня со спины.
– Да?
– обернувшись, я наткнулся взглядом на мордатого и, переборов себя, сказал: - привет.
– Привет, - кивнул он и добавил: - не сердишься? Это хорошо, ты в зал сегодня не идешь? А то было бы по пути.
– До вечера свободен, почему бы и нет, - спрыгивая с турника, согласился я, стараясь не пялится на девушку, стоявшую за его плечом.
– Семен, - протянув руку, представился он и, дождавшись, пока я её пожму, добавил: - сестра, Валентина.
– Привет, - не решившись протягивать ей руку для рукопожатия, я ограничился взмахом руки.
Покинув двор, мы двинулись по тротуару в сторону зала. До здания фитнес-центра, находящегося в центре нашего района можно было бы и пробежаться, но Сёма затеял разговор, поддерживать который было удобнее во время пешей прогулки. Непонятно, для меня или для своей сестры, мордатый зачем-то начал проговаривать основные принципы у движений для активации iota-мутации. Обо всем об этом мне уже рассказывал Захар и я слушал постольку-постольку, пока не услышал, что никаких кругов нет, а есть только количество эм-энергии и правильно выполненная серия активаций. Разговор надо было поддерживать и я попросил пояснить его этот момент.
– Ты наверное слышал, что у меня третий круг взят?
– кивнул Сёма и продолжил: - на самом деле, я сделал всего два круга, только вот результат от второго был такой, что я теперь по Силе на равне с теми, кто в опричниках у Сан Саныча.
– А почему тогда ты не опричник?
– удивился я.
– Не о том спрашиваешь, - скривился мордатый, отчего его лицо стало еще менее привлекательным: - попробуй лучше догадаться, как мне удалось «перескочить» через второй круг.
– Может ты перед каждой активацией старался иметь максимальное значение эм-энергии?
– перейдя на ты, я озвучил то, о чем уже догадался, но счел излишним переспрашивать.
– Накопить эм-энергии больше, чем может удержать твоё тело невозможно, - вступила в разговор Валентина: - пока её культивируешь, она расходуется естественным образом, так что остается другой способ, когда тебе её сливают перед самой активацией iota-мутации!
– Так вы вдвоём культивировали эм-энергию, а потом ты ему её передавала и Семен активировал мутации?
– озвучил я очевидную теперь схему, сделав вид, что удивлен их действиями.
– А я говорил, что он сообразительный, - кивнув в мою сторону, брат глянул на сестру, чем вызывал у неё неопределенный хмык.
Продолжив идти дальше, к спортзалу Сан Саныча, Сёма заявил, что никаких недельных, декадных или месячных штамов нет, и это касалось не только iota-, но и других видов мутаций. С его слов, все дело упиралось в количество доступной эм-энергии, чем больше её имелось в организме, тем быстрее завершалась мутация. Дополнительно, понизив голос и делая из этого «секрет», парень сказал, что чем меньше время, между активациями, тем мощнее получаемый от iota-мутаций эффект. Молча прикинув, что у меня все так и происходило, с моими активациями мутаций верхнего плечевого пояса, шеи и прочего, я перевел разговор на причину, по которой Валентина идет сегодня в зал.