Витязь 2

— Ко мне это не относится, — отрицательно покачал я головой.

— Настолько уверен в силе своего дара? — хмыкнула она.

— Дело не в этом. Просто я уже прошлым летом охотился на тварей и после выбирался на охоту. Иными словами, имею опыт боевого применения рун и оперирования маной в экстремальных условиях. Чем может похвастать лишь малая часть студентов, а потому в быстром росте моего дара нет ничего опасного, как и у Ирины, — я кивком указал на Гагину, которая так же не стеснялась использовать зелья и в охоте на тварей участвовала.

— Может тоже прогуляться в дикие земли, — потянулась Мария, выставляя на показ свою рельефную и весьма аппетитную грудь. — Ладно, пойду-ка я в кондитерскую, выпью чашку кофе. Никита?

— Присоединяйся к нам, мы за Ольгой и тоже в кондитерскую, — сделал я встречное предложение.

— Ну уж нет. Не имею никакого желания наблюдать за тем, как ты стелешься перед сестрицей. Кстати, а дядюшка тебе ещё не предлагал зелье отличного качества? Это значительно ускорило бы твой рост.

— С чего бы ему делать подобные предложения? — возразил я, под ироничный взгляд боярышни.

Имеет право, потому что будущий тесть и впрямь предлагал мне это, но я отказался. И рекомендации преподавателей тут ни при чём. Просто нет желания одалживаться. Не люблю я одалживаться, потому что чувствую себя потом обязанным. На секундочку одна склянка такого зелья стоит целую тысячу. Не баран чихнул. Правда и на выходе получается стократное ускорение и периодичность приёма всего-то в пять дней.

Ольгу мы застали выходящей из класса, где она медитировала, как и все остальные студенты. Моя невеста никогда не спешила выходить, предоставляя возможность собраться своей свите, в которую с некоторых пор теперь вхожу и я. Правда, сопровождаю я её лишь на большой перемене, ну и вечерами, на студенческих мероприятиях. Случается и к её родителям катаемся вместе.

Я теперь каждый вечер, после самоподготовки навещаю будущего тестя, который регулярно занимается со мной фехтованием. И за прошедшую неделю уже ощутил положительную динамику.

К слову, решил-таки сменить тесак на фалькату и с каждым днём убеждаюсь в правильности своего выбора. В рубящем ударе он превосходит и тесак, и меч, последний так и в полтора раза, а в колющем на уровне с ними. В княжеской мастерской заказал специальные ножны, на манер моих прежних. Теперь можно носить клинок и за спиной, не опасаясь, что не хватит длинны руки, чтобы извлечь его…

Вечером, закончив заниматься в библиотеке я поспешил в пансион, оставил учебные принадлежности, сменил шпагу на фалькату, и поспешил на выход. Я не забыл о том, как оказался с зубочисткой против минотавра, и как-то наплевать, подумают окружающие по поводу студента с мечом на боку. Уверен, что подавляющему большинству ни разу в жизни не довелось наблюдать пробой и появляющуюся оттуда тварь, а мене такое счастье уже дважды обломилось. Так что, предпочитаю иметь в руках серьёзный клинок.

Когда подбежал к всё ещё открытым воротам, обнаружил неподалёку возок, с гербом Зарецких. Как я уже говорил, на территорию университета допускаются только извозчики, да и то по особым случаям. Все остальные, могут воспользоваться транспортом, в том числе и личным, только за забором.

— Добрый вечер, Фрол Акимович, — приветствовал я дворянина пристроившегося на облучке, рядом с кучером.

Любавин, вассал князя и личный телохранитель Ольги, сопровождающий её во всех поездках за пределами универа. Для чего она неизменно предварительно связывается с ним по карте. Признаться, покинуть охраняемую территорию можно не только через ворота, а он не может дежурить у неё под дверью. Но на этот случай она носит метку, а потому он всегда знает в какой стороне и на каком расстоянии находится охраняемый объект.

— Здравствуйте, Никита Григорьевич, — ответил он мне, степенно обозначив поклон кивком.

— Прошу прощения за задержку, — устраиваясь в возке напротив Ольги, произнёс я.

— Могли бы быть и порасторопней, — окинула она меня недовольным взглядом.

Вообще-то тут темно как в заднице у негра, но в связи с вечерним временем мы оба уже задействовали «Кошачье зрение». Я вложил незначительный заряд, позволяющий видеть на пять сажен, вполне достаточно, учитывая то, что и другие пассивки нужно на себе держать. Когда же уже раскачаю вместилище, чтобы разовый лимит позволял рассчитывать большее.

— Я вот в разум не возьму, Ольга Платоновна, вы что же всё время собираетесь со мной так себя вести? — под глухой перестук копыт и шуршание полозьев заговорил я.

— Что вас не устраивает? Все вокруг знают, что я вам благоволю, — глянула она на меня едва ли не с презрением.

— Если всё время играть на контрасте, то в какой-то момент вы можете сорваться и проявить ненужные чувства.

— Не переживайте, я в отличии от вас обучена владеть собой с детства.

— В этом-то я не сомневаюсь. Но вот, к примеру, будете вы уверены в том, что мы одни и окатите меня своей хладностью, а кто-то посторонний приметит это. И как тогда быть? Ну и вообще, как при таком отношении нам оставаться супругами?

— Будьте покойны, после того как сын народится, я свой супружеский долг выполню честь по чести, — скривив губы в презрительной улыбке, произнесла она.

— Ага. То есть, откроете мне доступ к телу. Это уже хорошо. Есть на что надеяться.

— А вот хамить не стоит.

— Ну так и вы себя ведите соответственно. Думаете я в припрыжку согласился с вами под венец идти? Да ещё и при том, что вы непраздны. Меня перед выбором поставили, либо женюсь на вас, либо на плаху козлом отпущения взойду.

— А вы из себя весь такой невинный? — съязвила она.

— Вот такой невинный, — в тон ей ответил я.

— Вы хотели убить Мишу или нет? — холодно припечатала она вопросом

— Хотел конечно, — признал я, под её торжествующе обвиняющий взгляд, и уточнил. — Но не из-за угла, а вызвать его на поединок. Он на меня не на шутку осерчал, а потому пока жив был, нам не разойтись.

— Отчего вы так на меня смотрите? — невольно поёжившись под моим взглядом, она плотнее запахнула ворот плаща.

— К тому, чтобы вы поняли. Нам с Каменецким в этом мире было не ужиться, но и в спину его бить я не стал бы. Ну хотя бы потому что, мне тогда не жить. Слишком многие знали о том, что я ищу науськавшего на меня лихих. Наследил я так, что меня в таком убийстве измазать было проще всего. Не верите?

— Верю. Иначе ни за что не согласилась бы. Но вы всё одно желали смерти Мише, и готовили его убийство. Пусть даже и в правовом поле, но умышляли против него, — процедила она сквозь зубы.

— Ольга Платоновна, а отчего вас всегда сопровождают только возница и Любавин? — решил я перевести разговор на другую тему.