Владыка башни

— Как же там здор-рово, брат! Бескрайние пространства, океан — до горизонта. А ещё... — Он лукаво подмигнул лорду-маршалу. — Ещё я каждую ночь ложусь в постель с самой красивой женщиной на свете. Каждую ночь, представляешь, братуха?! А ты всё киснешь в своём ордене.

— Мужчины такие зануды, — сказала Рива. — И когда трезвые, и когда выпьют.

— А этот к тому же довольно разговорчив для мертвеца, — хмыкнула Лирна.

Она оглядела других гостей. Сразу бросалось в глаза отсутствие Ваэлина. Он ушёл в свой лагерь всего через час после начала пира, отговорившись усталостью. Госпожа Дарена покинула дворец вместе с ним, и Лирна поняла, что её ревность, по всей видимости, была не по адресу и Рива тут ни при чем.

— Что случилось с лордом Ваэлином? — спросила королева.

На фарфоровом личике девушки появилось напряжённое выражение.

— Он всех нас спас, — неохотно ответила она.

— Это-то мне известно. Я не могу понять, почему в его душе остался такой болезненный след. Прошу вас, госпожа, расскажите, что с ним случилось!

Рива с присвистом выдохнула, вновь поморщившись, как если бы ей не хотелось об этом вспоминать.

— Он привёл в город лесной народ, и они перебили воларцев. Всех до одного, мы и моргнуть не успели. Эх, что стоило Отцу послать нам таких рубак пораньше! А Ваэлина я нашла на месте битвы. Он... У него отовсюду текла кровь, просто реки крови. Мы только перемолвились парой словечек, и он упал. Мне показалось даже... — Она замолчала и взглянула Лирне прямо в глаза. — Показалось, что он умер. Затем появилась госпожа Дарена. Она передвигалась как-то странно, с закрытыми глазами, но шла прямо к нему, не сворачивая. Она тоже была очень бледной... Подошла и упала ему на грудь. Я уж решила, что они оба померли. Тогда я принялась молиться, ваше высочество. Я умоляла Отца Мира, ревела и визжала, потому что это было ужасно несправедливо. И тогда... — Риву передёрнуло, она крепко обхватила себя за плечи. — Тогда они ожили.

— Кто-нибудь ещё это видел?

— Только лесной народ. И, по-моему, им это совсем не понравилось.

— Лучше будет, если это останется между нами.

— Как прикажете, ваше высочество.

Лирна ласково дотронулась до её руки и направилась обратно во дворец.

— А вы это серьёзно? — крикнула ей вдогонку Рива. — Ну, насчёт того, чтобы сжечь их страну.

— Абсолютно, — ответила Лирна, останавливаясь.

— Знаете, перед тем как все это приключилось, я тоже была абсолютно уверена, что поступаю правильно. У меня была священная миссия и благословение самого Отца Мира. А теперь... — Юная правительница потемнела лицом, внезапно став словно бы старше. — Мне немало пришлось совершить. Для того чтобы защитить город, я должна была сделать... много всякого. Тогда я полагала, что поступаю правильно, а теперь и сама уже не знаю. Всё время спрашиваю себя, не приняла ли я ярость за правоту, а убийства из чувства мести — за справедливое воздаяние.

— На войне это одно и то же, госпожа. — Лирна вернулась и пожала ладонь девушки. — Я тоже совершила много всякого — и по здравом размышлении повторила бы всё это снова.

* * *

— Я намереваюсь прогуляться, милорды, — объявила она Бентену и Илтису. — А заодно осмотреть свою новую армию.

Илтис, как обычно, с готовностью кивнул, тогда как Бентен едва подавил зевок.

— Думаете, что уже поздновато для прогулок, милорд? — спросила она его.

— Прошу прощения, ваше высочество, — пробормотал Бентен и постарался выпрямиться. — Я к вашим...

— Иди-ка ты спать, Бентен, — прервала она его взмахом руки.

Орина тоже, как и большинство гостей, по достоинству оценила вино из подвалов покойного владыки.

— Мы тоже пойдём с вами, ваше высочество, — несколько неразборчиво пробормотала она, и её взгляд поплыл. — Обожаю солдатиков.

— Я уложу её в постель, ваше высочество, — сказала Мюрель и, взяв Орину под руку, потащила к замку, не обращая внимания на её жалобное нытье: «Ха-а-чу са-а-лдатиков поглядеть».

— Недолго же длился её траур, — заметил Илтис вслед удаляющимся женщинам.

— Все мы скорбим по-разному, милорд. Ну так как, вы готовы? Идём!

Они покинули город, прошли дамбу.

— Мне надо кое-что сообщить вам, ваше высочество, — произнёс Илтис. — Насчёт лорда Аль-Сорны.

— Что именно?

— Дело в том, что я уже встречался с ним прежде. Даже дважды, если быть точным. Первый раз — в Линеше, где он наградил меня вот этим, — Илтис показал на свой перебитый нос, — а второй раз — несколько месяцев назад, когда я...

Лирна остановилась и посмотрела на него, приподняв бровь.

— Когда я пытался его убить, — закончил лорд-защитник. — Из арбалета.

Её смех далеко разнёсся над рекой, Илтис терпеливо ждал.

— Так вот, значит, каким образом вы оказались в тюрьме вместе с Фермином, — сказала она.

— Моё суждение о лорде Аль-Сорне было ошибочно. Уверяю вас, подобное больше не повторится. Моя приверженность Вере была страстна и беспрекословна. Я... А теперь у меня другая привязанность.

— Надеюсь.

И они отправились дальше. Прошли берегом реки, где в камышах ещё виднелись трупы, раздувшиеся и воняющие гнилым мясом. После дождя как-то сразу, не по сезону, похолодало: изо рта шёл парок от дыхания, а вокруг плавающих тел образовался тонкий ледок.

— Надо же, лёд, — заметила Лирна, присмотревшись. — Лето, конечно, на исходе, но все равно это странно.

— Никогда не видел ничего подобного, ваше высочество, — согласился Илтис, останавливаясь рядом. — Ни разу за всю свою жи...

В плечо ему впилась стрела. Илтис вскрикнул и упал на землю. Инстинкт, выработавшийся в последнее время, заставил Лирну рухнуть рядом. Следующая стрела просвистела над её головой и воткнулась в заледеневший берег. «Лучник где-то совсем близко», — поняла Лирна, прикинув расстояние по углу падения стрелы. Илтис в нескольких футах от неё нащупывал меч, стиснув зубы. Лирна отрицательно покачала головой и сделала знак не шевелиться, всматриваясь в заросли высокой травы. Илтис замер, прикусив воротник плаща, чтобы не стонать.

«Пусть он всегда будет при тебе». Вечером Лирна привязала кинжал к лодыжке — было бы странно, явись она на пир с оружием на виду. Вытащив клинок, она сунула его лезвием в рукав, чтобы их не выдал блеск, и стала ждать.

Из травы в двадцати шагах от них поднялись две фигуры, одна высокая, другая коренастая. Первый нёс натянутый лук, второй — топор. Они осторожно двинулись вперёд.

— Тебе стоит доверять мне больше, мой святой друг, — хохотнул коротышка. — Я же говорил, что Отец обязательно приведёт нас к ней.

Это был широкоплечий лысый бородач.

— Ваше высочество, а ваше высочество! Покажитесь! — весело скаля зубы, крикнул он. — Мы жаждем засвидетельствовать своё почтение.

«Давай, давай, подойди ближе». Лирна повернула руку, лезвие скользнуло в ладонь.

— Ну же, не надо упрямиться! — умолял бородач. — Мы очень хотим вам помочь. Неужели вы собираетесь прожить остаток жизни с такой рожей?

Илтис с рёвом вскочил на ноги и потащил из ножен меч. Лучник резко повернулся, прицеливаясь. Лирна увидела красивое узкое лицо, искажённое ненавистью.

Наверное, это был её лучший бросок. Кинжал, описав идеальную дугу, вонзился лучнику в горло, тетива щёлкнула, и стрела пропала в густой траве. Илтис бросился на коренастого, но сделал всего несколько шагов и рухнул на землю, крича от боли. Лирна кинулась к нему, но коренастый успел первым. Он вынул меч из обмякших рук лорда и взмахнул им. Зазвенела сталь, ударившись о лезвие топора. Что-то толкнуло Лирну в лицо, сбив её с ног.

— Какая же вы твердолобая, ваше высочество, — проговорил коренастый и, разминая пальцы, подошёл ближе. — Придётся набить чучело из вашей головы.