Внутри себя

– Вы не можете силой прогнать меня, поэтому пытаетесь сделать это деньгами.

Тархун откинулся на спинку стула, покачивая головой.

– Вы так и не позволите мне помочь вам, верно, мистер Эббот? Вы намерены продолжать свое путешествие в неизведанное, даже если это значит переступить через границу.

– Даже так, – согласился Эрик, медленно кивая.

– Я вас не понимаю. Вы занимаетесь делом, в котором каждый рабочий день нужны логика и здравый смысл. А в личных делах вы поступаете наоборот.

– Я люблю Лайзу Тембор, – сказал он просто.

– Послушайте, мы только что… – Тархун сам себя оборвал. – Что бы я не говорил, вы не передумаете, верно?

– Я все думал, когда до вас это дойдет.

– У меня была надежда, – пробормотал он. – Упрямец, какой упрямец!

– Полезное качество. Другие конструкторы взбесились бы от своей неспособности решить определенную проблему. Со мной никогда такого не случалось, – Эрик тонко улыбнулся. – Видите, я поступаю в соответствии с качеством, которое помогло мне достичь успеха.

– С меня хватит, – Тархун встал, и Эрик напрягся. – Приятного аппетита, мистер Эббот. Я сказал вам, я не полицейский.

Он говорил раздраженно, из-за себя или из-за Эрика, определить было трудно. Может на обоих. Тархун обращался к себе в не меньшей степени, чем к Эрику.

– Я старался. Я сделал все, что мог. Они будут разочарованы, но я бессилен. Теперь это не в моих руках. Не могу сказать, что мы мило с вами побеседовали, мистер Эббот, но разговор, разумеется, получился увлекательным. Больше я ничем не в состоянии вам помочь.

– Мне не нужна ваша помощь. Не так ли вы помогли Поликартосу?

– Кому? – Тархун нахмурился, потом вспомнил. – Ах, да. Я думаю, во всем виноват он. Мне сыщик не нравился. Мне нравитесь вы.

– Вы приказали его убить?

– Мне пора, мистер Эббот. Вы уверены, что я не могу купить вам билет до Финикса? Первым классом?

– Не сейчас, – сказал Эрик с поддельной непринужденностью. – Приходите через пару недель. Может, вы сможете купить мне два билета.

– Самое печальное в том, что вы действительно верите, будто у вас есть какие-то надежды. Вы сошли с ума, если любите Лайзу Тембор. Как бы вы не любили ее, она не может полюбить вас.

– Поживем-увидим. Сегодня утром она была в моих объятиях, и все казалось возможным. Я не жду, что вы поймете это, Тархун, поскольку несмотря на вашу внешнюю общительность, старательно выработанную, вы гораздо хладнокровнее меня.

– Прощайте, мистер Эббот. Приятного аппетита, – он повернулся и направился сквозь толпу на улицу.

Эрик долго сидел за столом. Никто не подошел к нему, чтобы наполнить стакан или прогнать с места. Ресторан не имел черного хода, и в любом случае будет безопаснее выйти на оживленную улицу, чем убраться на какую-нибудь темную аллею, где его могли похитить без помех и свидетелей.

Он провел остаток дня, бродя по Музею Науки и Промышленности, сталкиваясь с группами шумных школьников, слушая вполуха покровительственные разглагольствования экскурсоводов, когда те пытались объяснить строение крылышек насекомых или костей динозавров своим зачарованным подопечным.

Ближе к вечеру Эббот вышел из старого каменного комплекса, не решаясь дождаться темноты. Он не думал, что за ним следят, но из предосторожности несколько раз пересаживался в подземке и менял кэбы.

Теперь в каждом лице ему чудилась враждебность. Эрик с подозрением смотрел на каждого, кто случайно глядел в его сторону. Наблюдали ли за ним до сих пор? Вряд ли они решат оставить его в покое, но Тархун говорил так двусмысленно, что Эббот не мог быть ни в чем уверен. Может, он ждал, решив дать Эрику последний шанс передумать? Или Эббот принимал желаемое за действительное?

Он мог быть уверен только в одном. Его свобода ограничена, и часы сочтены. Тогда лучше не застревать на параноидальных мыслях.

10

Никто не проявил к нему враждебности, когда он вышел из подземки и зашагал через последний квартал к дому Лайзы. Никто не пристал к нему и в вестибюле. Еще раз Эрик почувствовал благодарность электронному привратнику, чья память распространялась только на жильцов и постоянных посетителей. Он не чувствовал страха, приближаясь к плоской светящейся стене со стереоскопическими глазами.

– Чем могу помочь вам, сэр? – голос был таким же приятным и вежливым, как и в прошлый раз.

Эббот с усилием скрыл свою нервозность.

– Мне нужна Лайза Тембор.

– Как вас объявить?

– Эрик Эббот.

Машина обработала его данные, так как в ее памяти, несомненно, не было этого имени.

– Подождите минуту, сэр, пожалуйста.

Эрик повернулся и уставился на стеклянный вход в здание. Он ждал, что в любую секунду ворвется Тархун в сопровождении мускулистых, до зубов вооруженных, с бесстрастными лицами людей, чтобы препроводить его в аэропорт. Волнение было усилено паузой. Казалось, машине понадобилось гораздо больше времени, чем необходимо, хотя эта проволочка, возможно, только у него в голове. С тех пор, как он ушел из музея, мир замедлил свой ход. Каждый шаг приходилось делать, как в жидком бетоне, каждое слово говорилось в два раза медленнее.

Откуда-то издалека донесся голос электронного привратника.

– Простите, сэр. Мисс Тембор не желает, чтобы ее беспокоили.

– Она это сказала? – спросил Эрик тупо. Все мысли о дипломатии вылетели из головы. Все равно с машиной это было бесполезно.

– Да, сэр, она сказала.

– Попытайтесь еще раз, пожалуйста. Лайза Там-бор, – он добавил кодовый номер.

Короткая пауза, потом:

– Простите, сэр, она не желает, чтобы ее беспокоили.

– Скажите ей, что я не уйду, пока не увижу ее.

– Как вам угодно, сэр, – еще одно долгое ожидание, и ответ: – она просит вас уйти, сэр. Я не оборудован, чтобы принудить вас, но должен добавить, что она просит об этом ради вашей собственной безопасности и благополучия.

– Скажите ей, что меня заботит ее безопасность, а не моя. Я не уйду, пока не увижу ее.

Интересно, личности, слоняющиеся у главного входа, тайно наблюдают за ним, или это просто прохожие, остановившиеся под навесом, чтобы спрятаться от мелкого дождика, который начал моросить? Эрик не сводил глаз с дверей.

– Она просит меня еще раз предложить вам уйти, сэр.

– Я не уйду.

– Тогда мне дана инструкция пропустить вас.

– Ну так пропустите.

– Хорошо, сэр. Лифты…

– Я знаю, где они.

Декоративная решетка раздвинулась, чтобы впустить его. Ожидая лифта, Эббот не спускал глаз со входа. Однако в кабину он вошел, не заметив преследования.

Я зашел очень далеко, сказал себе Эрик. Так далеко. Дайте мне увидеть ее еще раз, снова прикоснуться к ней, и ничто, ничто не разлучит нас!