Во тьме
Шрифт:
вернёшься.
– Да, будет конечно! – протиснулся между нами Денис - Будет ждать тебя и пару ляшек
копчёной курицы.
Мы проводили его взглядом и улыбнулись друг другу… Я успела заметить, как Денис
шёл в темноте в сторону машины, как вспыхнул вдруг его силуэт, освещённый ярким
ореолом красного пламени.
На долю секунды время остановилось… Денис, его кудрявые встрепенувшиеся
волосы…
И тут меня оглушил дикий грохот… Сааб, что стоял у дома, просто разорвало на части.
39.
Он улыбается и в глубине его темных глаз, искрятся золотистые огоньки. Он улыбается,
и его губы шепчут, что я глупышка и… что он любит меня…
Неужели я больше никогда этого не услышу?
Я ничего не понимаю, перед глазами чёрно-серый дым. Упираюсь локтями в пол, на
который упала и пытаюсь найти глазами Антона. Парня отшвырнуло к стене, и он без
сознания.
Звон в ушах вскоре прекращается, и я, в ужасе, смотрю на валившую в дом копоть с
улицы… во дворе пылает моя машина.
– Антон! – кидаюсь я к тому, беру за руки… оттаскиваю подальше в комнату, укрывая от
жара.
Он шевелится и открывает глаза. Русые волосы опалены, брови с ресницами тоже, на
лице краснеют ожоги.
– В порядке… - бормочет он, мучительно гримасничая при попытке подняться.
Золотые искорки уже заполняют всю его радужку и теперь передо мной два пылающих
солнца… мои два самых любимых солнца.
Глаза из видения сливаются с пламенем с улицы. Я стою на пороге, обдуваемая горячим
ветром и не могу шагнуть вперёд… не могу даже выкрикнуть его имя, у меня сдавлено
горло.
“Денис, Денис, Денис…” слышу у себя в голове. И мне не больно, я цела, но с каждой
мыслью о нём я будто теряю силы.
Пламя рвётся то вверх, то в стороны… оно продолжает глодать обугленный чёрный
каркас.
– Денис? – наконец хрипло зову я и тут же кашляю от попавшего в рот дыма… потом на
ватных ногах плетусь к машине, но останавливаюсь.
От подступающей истерики начинает трясти, от шока я словно в прострации. Я была на
том самом месте, где только что стоял парень… не могу его найти… ошарашено
оглядываюсь.
Он лежал… нет, он валялся в нескольких метрах от меня, раскинув руки в неестественном
подобии тряпичной куклы. Его куртка в прямом смысле ещё дымилась, распахнутая, она
открывала ужасную картину на рваные края приставшей к коже футболки.
Лицо, кисти рук, живот… всё было кроваво - чёрным, а красивые когда-то, вьющиеся
локоны будто вырванные, клоками покрывали его голову.
Я стояла над ним и смотрела на эту ужасную картину… не дыша и молча, пока у меня не
помутнело перед глазами.
– Неужели я такой красивый? – вдруг тихо спросил он.
Я перевела взгляд на его сияющие глаза, на золото, пробивающееся из-за ресниц.
– Что? – выдохнула я еле слышно.
– Ты плачешь… в детстве мне часто говорили, что из-за меня еще будут плакать девчонки.
Я припала к нему, больше не сдерживая слёз… протянула дрожащие руки, боясь
прикоснуться и не зная чем помочь.
– Да, да… ты очень красивый. Даже сейчас.
– Тебе чертовски повезло с родословной, любимая Аня… - прохрипел парень – Эту
боль… невозможно выносить… - он сглотнул, на потрескавшейся губе проступила крупная
капля крови.
– Помолчи… - стёрла я мешающие смотреть слёзы, горячими ручьями струящиеся по
щекам и отражающие свет моих мерцающих глаз - Скоро она пройдет, ты только
потерпи.
– Зараза… - губы парня снова разомкнулись – Жаль, что марихуана закончилась.
– Боже, - улыбнулась я - Ты невыносим.
Денис усмехнулся, и тут же содрогнулся, сплевывая кровь себе на грудь.
– Digitus dei est hic… - пробормотал он – Это перст Божий… это то, что я шептал тогда в Рае
тому чуваку в черном.
– Да замолкни ты уже…
– Нет, я обещал тебе рассказать. И теперь я тебе точно ничего не должен.
– Должен. – покачала головой я – Ты должен исцелиться и снова доставать меня
круглыми сутками, ты понял?
– Аня?
– Да?
– Тебе нужно потушить костер.
– Какой костер? – не поняла я.
– Тот, что пылает сейчас позади тебя до самых небес. И привлекает нужное внимание всех
вокруг.
Я судорожно обернулась, посмотрев на разъяренное пламя.
– А ты что подумала, глупышка, что я стану прощаться с тобой? – прошептал Денис - Не