Во тьме

– Не драматизируй. Это самообман. – даже не обернулась я – Не бойся простудиться,

ты больше не человек.

– Успокоила, но что-то теплее мне от этого не стало. Что это за место вообще, разве тут

можно жить?

– Ты удивишься. Эти люди живут тут целыми поколениями.

Я, не останавливаясь, шагала на самый верх.

– А где консьержка? Или эта злая бабулька с ключами где-то притаилась? Знаешь, они

это могут.

– Только не здесь, это убогое место всеми покинуто и невидимо. Им не чего

остерегаться, наоборот, все остерегаются их.

Звук наших шагов разносится по сторонам, создавая жуткий эффект присутствия.

Пахнет сигаретами и туалетом, а ещё слышатся голоса. Где-то играет музыка.

– Она тебе понравится.
– взглянула я на Дениса, когда остановилась у коричневой

двери оббитой двп, и постучала.

– Кто там?
– послышалось за дверью шарканье шагов.

– Открой, Эльза.
– упёрлась я ладонью в глянцевую поверхность, от нескольких слоёв

краски.

– Анна? – не без удивления в голосе отозвалась та и, щёлкнув массивным замком,

поприветствовала нас искренней улыбкой.

– Здравствуй.
– шагнула я внутрь – Пожалуйста, позволь моему другу к нам

присоединиться.

– Конечно, - тут же встрепенулась женщина и махнула рукой – Входи скорее. Друг

Анны и наш друг тоже.

– Денис.
– представился мой спутник и перешагнул порог полутёмной комнаты.

Скудно обставленная, но чистая и убранная, небольшая комнатёнка выглядела уютной.

– Анна, ты так давно нас не навещала, что-то случилось?
– спросила Эльза. На ней белая

ночная рубашка и её волосы, серебряные у корней, затянутые в скудный узелок на

макушке. Сейчас ей уже пятьдесят восемь… тридцать лет назад она потеряла мужа, а два

с половиной года назад мать. Когда произошло последнее, я помогла ей прийти в себя.

– Случилось.
– остановилась я у дивана - У меня возникли кое-какие сложности, и я

решила проведать твоего сына. Как он себя ведёт? Всё нормально?

Денис непонимающе посмотрел в мою сторону.

– Этот обормот по четырнадцать часов вкалывает на заводе, а потом спит круглыми

сутками от усталости. Не думаю, что что-то изменилось. По крайней мере, мои деньги

целы у меня в кошельке. Иначе я бы обязательно позвонила тебе, дорогая.

– Хорошо.
– я задумчиво глянула на единственную дверь в комнате, ведущую в

крошечную спаленку, где похрапывал бывший хулиган.

– У тебя красивый друг, Анна.
– одарила Эльза Дениса своей улыбкой - Он тоже

необычный, как и ты, ведь так?
– догадалась она. Я кивнула.

– Ты голодна?
– протянула она мне свою увядающую руку.

– Я пришла не за этим.

– Анна…

– Разве я когда-нибудь пила твою кровь, разве просила что-нибудь взамен?

– Я просто не знаю, как ещё отблагодарить тебя. Ты так о нас заботишься.

– Я забочусь и о сотнях других таких же, как вы. Так что оставь свою благодарность при

себе, твоя мать заплатила за вас двоих сполна.

23.

Это были последние капли нудного октябрьского дождя, я была в этом уверенна.

Наконец-то скоро придут первые заморозки.

– Что?
– бросила я странно на меня поглядывающему Денису, шагающему рядом в

сторону нашей машины.

– Это было как-то грубовато, тебе не кажется?

Я поджала губы – Мм… нет.

– Нет?

– Нет.

– А мне кажется, что да. Да ещё как! Чем эта бедная старушка заслужила к себе такого

обращения?

– Ты просто ничего не знаешь.

– Ну, тогда я просто хочу узнать.

Мы сели в Сааб, и я взглянула на него вновь.

– Ты, правда, хочешь это знать?

– Ты помогла им с сыном. И тебя никто не заставлял. Почему ты теперь так озлобленна?

Машина выехала со двора и направилась к центральной трассе.

– Эльза сильно запила после смерти мужа. Старуха мать и малолетний сын не смогли

удержать её от этой напасти. Она начихала на них.

– Её можно понять.

– Я не смогла. – покачала я головой – И не могу до сих пор.

– Есть и слабые люди, Аня. Они прыгают с моста, лезут в петлю, или просто пьют.

– Это трагично.

– Да.

– Но не оправдывает того, что творила она. Лучше бы ей было повеситься.

– Уу, ну что ты такое говоришь?

– Эльза продала всё в доме и потеряла квартиру. Когда старуха приютила её, всё