Во тьме

– Нет, спасибо.

– Да перестань, – ухмыльнулась она.

– Послушай, я помогу тебе выбраться отсюда.

– Да неужто? Ты это серьезно? Вах! Подумай еще раз, Джейни. Отсюда никто не выходит.

– Здесь есть и другие?

– Ну да, конечно. Я, Марджори и Сью... хотя фи, Сью больше нет. Бедняжка исхудала настолько, что стала прозрачной. – Линда засмеялась. – Есть еще новенькая. Она уже тонкая как палец, хотя пробыла здесь всего несколько дней. Вчера вечером я с ней танцевала, так у нее ребра как терка.

– Танцевала? – Джейн услышала свой шепот как бы со стороны.

– Да, а что? Парни все время устраивают нам танцульки. Стив сам прекрасно играет на скрипке, и...

– А как же твоя нога?

Она рассмеялась.

– Я очень хорошо двигаюсь для калеки. Просто подними рубашку, ладно? Только хочу взглянуть, много ли на тебе мяса.

– Забудь об этом. Кто здесь еще? Ты, Марджори и новая?

– Гала.

– И гала что?

– Не гала что. А Гала – это новая девушка.

Имя неожиданно ударило ее по ушам.

Гала-представление.

–Где Гала? – спросила Джейн.

– А ты думаешь где?

– Ну перестань.

Линда захлопала ресницами.

– Сначала выполни мою просьбу.

– О'кей, о'кей. – Джейн задрала рубашку, обнажая живот.

– Прекрасно. Какой у тебя спортивный и подтянутый вид. Занимаешься гимнастикой?

– Давай говори, где Гала?

– Подними выше.

– Эй.

– Ты хочешь знать, где она?

Джейн сделала, как та хотела.

– У, какие, – восторженно произнесла Линда. – Подойди сюда, чтобы я могла потрогать. – И протянула руку.

Джейн не шелохнулась.

– Ладно, сделаем так. Хочешь посмотреть на мои? Я правда уже съела одну, но... – И она задрала свою тенниску, чтобы показать.

Джейн быстро отвернулась и с силой одернула вниз свою рубашку.

– Вкуснятина, но у Сью были лучше. Хотя мне и не довелось хорошенько распробовать. А все из-за этих грязных свиней, да и у бедняжки Сью с самого начала особо нечем было похвастаться, если ты понимаешь, о чем я.

Резко развернувшись, Джейн бросилась к двери.

– Ты что, не хочешь знать, где Гала? – крикнула ей вдогонку Линда.

Но та уже выскочила в коридор.

Посмотрев по сторонам, Джейн убедилась в том, что там никого не было.

Подбегая к следующей двери, она сунула руку в карман, вытащила пистолет и пальцем сдвинула предохранитель. Левой рукой она распахнула дверь.

Лежавшая на кровати женщина, должно быть, была Марджори.

По всей видимости, Марджори находилась здесь дольше Линды, потому что у нее большего не хватало. Она вся была перевита кожаными ремнями и только за их счет и держалась.

– Прииивееет, – протянула Марджори. – Входи, входи.

Джейн покачала головой. Ее вырвало.

– Ну-ну, – произнесла Марджори, когда Джейн блевала. – Это твое «здрасьте»? Очень мило. И весь этот удивительный хавчик ты вылила на пол? И как я должна до него добираться? Ты мне не скажешь?

Такого не может быть. Это просто немыслимо.Когда спазмы желудка прекратились, она отвернулась от двери и, спотыкаясь, побрела по коридору.

– Наскреби мне хоть чашечку! – крикнула ей вдогонку Марджори и захохотала.

Остановившись возле следующей двери, Джейн ухватилась за ручку, но что-то ее задержало.

– Здесь не может быть так плохо, – успокаивала она себя. – Гала – новенькая.

И она открыла дверь.

У лежавшей на спине женщины был огромный живот. Обе ноги были целы – широко раздвинуты и привязаны за щиколотки к углам кровати. Обе руки тоже были на месте.

Похоже, все было при ней, но она была нагой и вид у нее был такой, словно над ней хорошенько поработали.

– Ты должна увести меня отсюда! – выпалила она. – Они хотят забрать моего ребенка! Отнять мою малютку!

– Это вы кричали?

Она кивнула головой.

– У вас... родовые схватки?

– А? Что? Нет.

– Это не поэтому ли вы...

– Они хотят съесть моего ребенка.

– Никто не съест вашего ребенка.

– Обещаешь?

– Да. Вы Гала?

– Я Сандра.

– А где Гала?

– Ты должна мне помочь.

– Тес. Я ищу Галу.

– Пожалуйста.

– Не волнуйтесь. Я вас отсюда выведу. Где Гала?

Сандра кивком показала влево.

Джейн бросилась по коридору к соседней двери и распахнула ее. Стоявшая у стены возле кровати женщина выпучила на Джейн глаза. Рот ее был заклеен широкой клейкой лентой. Хотя волосы были спутаны и она выглядела изможденной и насмерть испуганной, серьезных повреждений, похоже, не было. Несколько синяков, множество мелких кровоточащих ран – но все части тела были на месте. Руки и ноги были разведены в стороны – своеобразный человеческий крест, прикрепленный к стене туго затянутыми кусками колючей проволоки. В тех местах, где шипы впивались в кожу, сочилась кровь.

Проволока опоясывала лодыжки, бедра, поясницу, грудную клетку, груди, шею и лоб, обвивала поднятые руки и, похоже, была туго натянута на запястьях. Тонкие кровавые струйки стекали от запястий по рукам в подмышки и оттуда по ребрам вниз.

Джейн посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что в комнате никого не было. Затем более тщательно огляделась в поисках конверта.

Это комната Голы. Место для «гола-представления». МИР вполне мог оставить конверт здесь.

"Как вообще можно думать о конверте в таком месте? – изумилась самой себе Джейн. – Но ведь пятьдесят одна тысяча баксов, шутка ли.

Верно, а как насчет инстинкта самосохранения? Надо сматываться отсюда! Я должна увести отсюда этих несчастных искалеченных женщин, пока эти гребаные психи не вернулись и не поймали меня. Иначе...

Скорее застрелюсь, – подумала она, – чем позволю сделать с собой такое".

Застрели их, а не себя.

–Все будет нормально, – произнесла она вслух. – Я выберусь отсюда.

Подойдя ближе, она увидела, что женщина стояла, стараясь не двигаться, но было заметно, что дышать ей было крайне мучительно. При каждом вздохе грудная клетка и живот распирали проволоку, и полдюжины шипов впивались в кровоточащие язвы.

Приблизившись к ней, Джейн остановилась и оглянулась через плечо.

Пока все шло хорошо.

Переложив пистолет в левую руку, она сорвала правой ленту. Рот девушки сразу же широко раскрылся, и она судорожно глотнула воздух, тут же всхлипнув от боли, потому что колючки с новой силой вонзились в кожу.

– Тише, – шепнула Джейн. – Тише. Ты делаешь себе больно.

Та прикрыла глаза, и по щекам покатились слезы.

– Потерпи немного, и я тебя распутаю.

Джейн стала изучать крепления проволоки. Каждый отрезок был прикручен к латунной скобе, привинченной к стене. Не похоже на временное приспособление, сооруженное на скорую руку. Для каждой скобы потребовалось четыре шурупа.