Во власти девантара

— Не беспокойтесь. Все в порядке.

Когда вскоре следопыт проснулся, все вздохнули с облегчением. Он чувствовал сильную усталость, но мог рассказать, что произошло.

— Кабан появился внезапно. Эта вонь меня словно парализовала. Я не мог ничего сделать. Ничего! — Человек-кабан ударил, лишив сознания, чтобы он служил приманкой. Последнее, что помнил следопыт — страшный хрип.

Нурамон рассказал Брандану и Ванне, что произошло с Айгилаосом. Описал судьбу кентавра вплоть до мельчайших подробностей, умолчав только о том, что Айгилаос просил убить его. На лицах остальных отразился неприкрытый ужас.

Фародин покачал головой.

— Что-то не так с этим человеком-кабаном. Это не просто грубая бестия.

Мандред ответил:

— Кем бы он ни был, мы сможем расправиться с ним, только если больше не будем разделяться. Установим дежурство, чтобы эта тварь не застала нас врасплох.

Прежде чем первый из них заступил на вахту, в лагерь тихо, с поджатыми хвостами, вернулись два волка. Они не были ранены. Мандред рад был видеть зверей, погладил одного из них по голове. Ванна занялась вторым. Волки были измотаны, от них пахло человеком-кабаном.

— Что это такое? — спросил Фародин и указал на морду волка, стоявшего рядом с Мандредом.

Нурамону показалось, что это кровь.

Сын человеческий присмотрелся.

— Замерзшая кровь. Смотрите, какая она яркая!

Нурамон заметил в ней серебристое сверкание, но не был уверен, что блестит кровь из-за того, что замерзла.

Все внимательно смотрели на застывшую алую жидкость. Мандред сказал:

— Человека-кабана можно ранить. Завтра мы выследим его и отплатим за все!

Фародин решительно кивнул. Нурамон и Брандан поддержали фьордландца.

И только Ванна промолчала. Она смотрела на морду своего волка, которая тоже казалась окровавленной.

— Что с тобой? — спросил Фародин.

Волшебница поднялась, отпустила волка и села между Фародином и Нурамоном. Лицо ее было обеспокоенным, она глубоко вздохнула.

— Послушайте меня внимательно! Это не обычная эльфийская охота. И я говорю это не только потому, что мы оказались жалкими неудачниками и двое наших товарищей уже мертвы.

— Что это значит? — спросил Мандред. — Ты знаешь что-то такое, чего не знаем мы?

— Сначала это было только подозрение. Оно казалось мне настолько нереальным, что я промолчала, быстро отогнав его. Я чувствовала присутствие чего-то, совершенно отличного от всего, к чему привыкла. Когда мы шли по следу человека-кабана, я ощутила его запах. И подозрение вернулось, однако запах — доказательство недостаточное. Когда я наконец оказалась лицом к лицу с человеком-кабаном и увидела, как сражаются с ним волки, когда я посмотрела в его голубые глаза, когда увидела, что он воспользовался своей магией, чтобы нанести Лийеме эту рану, я поняла, с чем мы имеем дело. Но по-прежнему не хотела признавать это. Однако теперь, когда я увидела кровь, сомнений быть больше не может… — она умолкла.

— Сомнений в чем? — Мандред проявлял нетерпение.

— Тебе, Мандред, это почти ничего не скажет, однако существо, которое ты называешь человеком-кабаном, есть не кто иной, как девантар, древний демон.

Нурамон потерял дар речи. Этого не может быть! На лицах Фародина и Брандана он увидел тот же ужас, который испытывал сам. Нурамон знал мало о девантарах, они считались теневыми существами, предавшимися хаосу и разрушениям. Когда-то альвы победили девантаров и уничтожили их всех. Так повествуют предания, но посвящено в них демонам очень мало. Говорят, они могут менять облик и являются могущественными волшебниками. Быть может, одна только королева знает наверняка, как на самом деле обстоят дела с девантарами. Нурамон не мог даже представить, что Эмерелль сознательно послала их против такого демонического существа. То, что говорила Ванна, не могло быть правдой!

Фародин не отрываясь смотрел на волшебницу. Он произнес то, о чем думал Нурамон:

— Это невозможно! И ты это знаешь.

— Да, именно так я и подумала. Даже увидев это существо прямо перед собой, я не хотела верить, уговаривала себя, что ошибаюсь. Однако эта кровь, отблескивающая серебром, открыла мне глаза. Это существо — навернякадевантар.

— Что ж, ты волшебница, тебе ведомо знание альвов, — сказал Фародин, однако ничего похожего на уверенность в его голосе не прозвучало.

— И что теперь делать? — спросил Брандан.

Ванна отвела взгляд.

— Мы — отряд эльфийской охоты, и мы должны завершить начатое. Поэтому мы будем сражаться с существом, которое было достойным противником даже для альвов.

На лице Мандреда отразился ужас. Похоже, до него только теперь дошло, о чем говорила Ванна. Очевидно, об альвах и их силе знали даже в мире людей. Вполне вероятно, что они были для Мандреда чем-то вроде богов.

— Еще никогда эльф не убивал девантара, — напомнил Фародин.

Нурамон переглянулся с Фародином и снова вспомнил о своем обещании Нороэлль.

— Что ж, значит, мы будем первыми! — решительно произнес он.

Шепчущий в тени

Фародин отошел в тень леса. Еще чуть-чуть, и последняя вахта закончится. Они приняли решение свернуть лагерь еще до рассвета и поискать след девантара. Они будут держаться вместе. Нельзя еще раз позволить этому существу играть с ними, использовать их в качестве приманки.

Костер догорел, оставив груду темных углей. Эльф старался не смотреть прямо на свет, чтобы не испортить ночное зрение. Послышался тихий храп. Мандред действительно уснул. С тех пор, как вчера с вершины утеса сын человеческий увидел, что его деревня не разорена, он переменился. Несмотря на все ужасы, он оставался спокойным. Очевидно, он все еще был уверен в том, что отряд эльфийской охоты уничтожит чудовище. Даже после того, как Ванна открыла всем, против кого они собрались сражаться. В наивной вере человека в силу отряда эльфийской охоты было что-то трогательное.

Краем глаза Фародин заметил движение. Не далее чем в двадцати шагах от него под деревьями стоял кто-то… Фародин схватил лук, но тут же опустил оружие. Стволы и густой подлесок… Точный выстрел невозможен. Существо хотело подразнить его, но он не попадется на эту удочку.

Эльф вынул пару стрел из колчана и воткнул их в снег перед собой. Так в случае необходимости он сможет выстрелить быстро. Если девантар попытается атаковать лагерь с опушки, он успеет сделать по меньшей мере три выстрела. Нет, неуязвимостью этот демон точно не обладает! Настало время расплаты за то, что натворил монстр.