Во власти ночи

– Откуда ты...

– Я следил за тобой, наблюдал все это время. Ты ничего не замечала. Такая простая, естественная, и в то же время загадочная. Тебя непросто понять. В тебе есть двойное дно, часть тебя, которую никто не видит.

– Ты следил за мной, - я отступила от него на шаг, расслышав только первые слова.

– Меня попросили.

– Кто? Кто тебя нанял, - почти взвилась я, вспоминая ночь, которая выгнала меня из дома, навсегда перевернув мою жизнь. Значит, это был он? Вот так все просто? Он злодей, который хочет мне зла, и я сама далась ему в руки?

– Не нанял, - он скривился, словно любое упоминание о деньгах было оскорбительно, - а попросил. Речь шла о дружеской услуге.

– Это ты преследовал меня по ночам? Следил за моими окнами? Пробрался ко мне в постель и напугал до полусмерти?
– меня начала охватывать истерика, на глазах выступили слезы. Мне не хотелось показывать ему свою слабость и уязвимость, но быть сильной больше не могла. Я готова была проклясть свое внутреннее чутье, которое так надо мной посмеялось, что привело в руки маньяка. Слишком мало я знала себя, слишком сильно на себя полагалась.

– Нет. Да. И нет, но не возражал бы, хотя это мы еще обсудим, - подойдя достаточно близко, он заставил меня посмотреть на него. Сосредоточенный взгляд пытался оценить, достаточно ли я адекватна, чтобы услышать и воспринять его слова, - если бы я оказался в твоей постели, последнее, что бы мне пришло в голову, это пугать тебя. Ведь можно заняться куда более интересными вещами. И поверь, в моих руках ты смогла бы забыть обо всем.

– Отпусти меня, - жалобно попросила я.

– Еще нет. Пока ты не поймешь, что я тебе не враг, мне придется тебя держать. И держать крепко. Однажды ты уже сбежала, и едва не погибла. Мне едва удалось отбить тебя с твоим ненормальным братцем у тех бандитов.

– Ты? Это был ты?
– я была шокирована его признанием, ожидая совершенно другого.

– Пришлось побегать за вами, чтобы перехватить на трассе. Мне повезло, что твой брат вышел из леса буквально через минуту, после того, как я там появился.

– Но как ты нас выследил? И почему не остался там, у хижины?

– Позволь не делиться с тобой всеми своими тайнами, - он снова усмехнулся.
– Но предупреждаю сразу, что я смогу найти тебя, где бы ты ни спряталась.

– Но ты так и не сказал, кто тебя нанял... попросил.

– Твой отец, - я вздрогнула всем телом, но его руки лишь крепче сжались у меня на плечах. Наверное, останутся синяки, но теперь не время и не место об этом думать.

Мой отец... Как такое может быть? Но это значит...

– Он переживал за тебя и попросил меня присмотреть за своей дочерью. Я не должен был вмешиваться в твою жизнь и как-то ее менять. Но мы кое-чего не учли. О тебе узнали очень плохие люди. Пришлось действовать быстро, чтобы не дать тебе шанса себя угробить.

– Папа... Я была настолько для него важна?
– я еще не верила, но мне так хотелось...

– Правда, не сомневайся, - Алекс смахнул несколько слезинок, скатившихся по моим щекам. Теплая, шероховатая подушечка пальца прошлась по скуле, остановилась на губах, - настолько важной, что он разыскал меня, не постеснявшись напомнить о кое-каком долге. Я должен был стать твоей тенью, всюду следуя за тобой. Тогда я не задумывался о том, что это может быть настолько сложно и... интересно.

– Мне жаль, что я тебе не доверяла. Прости за снотворное, - виноватым тоном произнесла я, пытаясь осознать и поверить в то, что только что услышала. Даже не предполагала, что такое могло быть. Папа... и Алекс... Как все странно, и невероятно.

– Забудь. К тому же, это постарался твой братец. Похоже, в нем начисто отсутствует знаменитое семейное чутье.

– Я боюсь за него, - призналась я. Теперь, находясь рядом с Алексом, я не должна была чувствовать тревогу или недоверие. Нечто внутри меня убеждало, что он не причинит мне зла. Но все же, упрямый голос разума не спешил слепо бросаться в омут доверия и растворяться в пронзительных зеленых глазах. То, о чем он мне говорил похоже на чудо! Но чудес не бывает...

– Мы найдем твоего брата, - уверенно произнес Алекс, - для этого ты должна держаться подальше от проблем.

– Ты о чем?

– Этот Ростовский. Ты ему доверяешь?

– Ему доверял мой отец и Тимур. Тогда я не видела другого выхода.

– Что же, думаю, он может быть настоящей задницей. Но раз о нем знает Тимур, значит, твой отец действительно мог на него положиться. Оставайся там, пока я не найду для нас безопасное место.

– Для нас?
– переспросила я.

Одно дело знать, что ты под чьим-то присмотром. Совсем другое, когда этот присмотр перерастает в тотальное наблюдение.

– Для нас, - с присущей ему наглостью кивнул Алекс с внезапно ставшей мерзкой улыбочкой. Минуту назад он был для меня защитником, посланником отца, а теперь просто бесившим меня мужчиной. Резкий перепад настроения не укрылся от внимания Алекса.

– Навязываться не буду, - хмыкнул Алекс, - так уж, и быть, дам тебе время смириться.

– Смириться с чем?
– осторожно поинтересовалась я.

– Со мной. С собой. С неизбежным, - я почувствовала, как его рука поглаживает мою спину. По телу прошла дрожь. Его прикосновения не были неприятны. Просто...

Будто в подтверждении его слов солнечный свет померк, небо над нами заволокло тяжелыми свинцовыми тучами, где-то вдалеке послышался отдаленный раскат грома. Внезапно мне стало страшно.

XVI

Дождь начался прежде, чем мы с Алексом успели добраться до машины. Он сбросил с себя пиджак и накинул его на меня. Тонкая ткань совершенно не защищала от воды, но я оценила сам жест. Звук захлопнувшийся дверцы слился с новым ударом грома. Казалось, гроза разразилась прямо над нами, яростные молнии озаряли салон мертвенно-белым светом. Увидеть что-либо за пеленой воды на лобовом стекле было нереально.

Я сжалась на сидении, напряженно всматриваясь в небо, осознавая, что удары грома пугают меня гораздо меньше того сияния, что окутывает нас, выхватывая из темноты профиль Алекса, его мокрую рубашку прилипшую к груди и подчеркивающую выпуклые мышцы живота. С его волос стекали капли воды, но он совершенно не обращал на это внимание, и не сводил взгляда с футболки, красочно облепившей мои формы.

– Ты замерзла, - бестактно заметил он, протягивая ко мне руку. Я дернулась, тут же осознав свою ошибку. Алекс включил печку, словно не замечая моей реакции на его движение.
– Поговорим? Все равно в такой дождь выехать будет трудно.