— Это было бы глупо с ее стороны. Ее положение слишком шатко и именно ребенок дает ей все шансы остаться в живых.
Роксана выдохнула. Ее буквально трясло от злости.
— Ты видел ее наглость? Видел, как она со мной говорила? Видел, как закрывала мне рот?
— Она всего лишь защищалась.
— Переча архбаа?
— Вахид умен, мудр он знает, что он делает. Доверьтесь вашему сыну, Роксана. Он доказал, что он лучший правитель за всю историю Братства.
— Гульнаре нельзя уезжать! Слышишь? Нельзя! Ты должен доложить, что врач был и констатировал серьезную болезнь.
— Солгать императору?
— Он не станет тебя проверять!
— Архбаа!
— Ради меня! Ты обещал защищать нашу семью! Обещал заботиться о моих детях. После смерти моих сыновей ты поклялся отдать свою жизнь за Вахида.
— И я отдам…
— Ложь во благо это не ложь! Доложи, что Гульнара больна…Пусть уедет эта тварь, а она останется во дворце и появится шанс, что мой сын смягчится! Особенно когда ЭТОЙ здесь не будет!
Глава 15.1
— Как появились горные волки? Спросила, слегка покачивая детское кресло и поправляя одеяло. Мы выехали перед рассветом, когда туман расстелился по земле и рваными клочьями серой ваты повис над озером. Айше улыбнулась и откинулась на спинку сидения.
Ее бледная кожа снова стала золотисто смуглой с легким румянцем, а в глазах появился тот самый блеск, который в них был и раньше. Две ночи ее не скручивало в приступах, и она спокойно спала. Лекарь сказал, что все ее показатели крови улучшились и Айше имеет все шансы выздороветь. — Хочешь узнать историю Ибрагимовых? — Да…хочу знать кто вы, как появились. — Наверное спроси ты меня об этом раньше я бы не ответила тебе. Тайна возникновения нашего клана известна только членам семьи. — Но ты ответишь? — Отвечу. — Почему? — Потому что…не знаю. У меня есть такое чувство, как будто ты нам не чужая. И ты…ты спасла меня, Лана. Спасла от смерти и не только своей кровью, а и своим присутствием. Это ты почувствовала, что с моей едой не все в порядке и не дала мне есть и пить. — Я не почувствовала…Увы. Просто еда стала несвежей, и я решила принести тебе сама. — Ничто не происходит просто так. Я была в таком состоянии что съела бы и несвежее. Но ты побеспокоилась обо мне…А еще ты спасла моего племянника и только благодаря тебе он жив. Айше прикрыла бархатные глаза и сложила руки на груди. Сейчас ее увечье и ее маленький рост не видны, и она кажется невероятно прекрасной. Особенно нежной и красивой. Длинные волосы, вьющиеся локонами по спине и плечам, треугольное кошачье личико, миндалевидные глаза такой глубины, что в них можно утонуть и запутаться в грусти как в темной лесной заводи. Она чем-то похожа с Вахидом. Неуловимо. Но у нее своя красота. Необыкновенно величественная, нежная. — Да, если бы не горб и эта отсталость в развитии я могла бы стать красавицей, — усмехнулась она и взмахнула длинными ресницами, — но я родилась именно такой и мою красоту могут видеть лишь избранные. Для всех остальных я карлица горбунья из семьи Ибрагимовых. Уродец. — Не говори так. — Почему? Это правда. Я привыкла. Не беспокойся обо мне. Уже давно не болит…Лет двести так точно. Ты хотела, чтоб я рассказала тебе о нас? Я расскажу. Ты узнаешь историю горных волков.***Саиду было десять, когда на дворец напали. Всех вырезали, посадили на кол, выпотрошили внутренности. Младенцев убивали на глазах матерей, мужчин четвертовали, а женщин насиловали и вспарывали им животы. Принц бежал, за ним следом пустилась погоня. Единственного наследника горцев нужно было уничтожить, отобрав земли и отняв все, что было у их народа. Полностью уничтожив и присвоим себе. За ним гналось около десяти всадников, они загоняли мальчишку в лес. Была глубокая осень. Багровые листья вспенивались под копытами лошадей. Они мчались с саблями наголо. Как только нагонят принца отрубят ему голову. Мальчишка нырнул между деревьями, между вздыбленными корнями могучих дубов, прячась от погони и надеясь, что там его не заметят. Перед глазами проносятся жуткие картинки о том, как отрезали голову его матери, о том, как разрубили напополам отца и оторвали ему пальцы вместе с перстнями. Когда он думал об этом, то терял связь с реальностью. Они гнались упорно и явно шли по следу. Еще немного и они заметят его мчащегося между корнями деревьев. Лошади громко ржут, подгоняемые всадником и мальчик понимает, что у него практически нет шансов. Упал в кустарник, покатился по опавшим листьям и…увидел перед собой совершенно внезапно огромную волчью морду. Серая шерсть стоит дыбом, глаза сверкают зелеными сполохами. Мальчик хотел закричать, но волк толкнул его лапами в листья, сомкнул челюсти на его руке и вдруг был сбит другим волком, они покатились кубарем в сторону. Один совершенно черный, а другой серый. Огромные. Раза в два больше обычных волков, мощные и страшные как звери из ада. Вскочили оба на лапы и увидели всадников…Не раздумывая волки бросились на самых первых, один вгрызся в бок лошади и завалил всадника, а другой сбил человека с седла. — Раздались крики, из кустов выскочили еще волки и накинулись на отряд. Они окружали людей, отдирали куски плоти от несчастных лошадей, перекусывали ноги мужчин заваливая их на землю, чтобы наброситься и перегрызать горло. Они трясли людей как кукол, стаскивая с лошадей, отволакивая по земле к кустам и накидываясь на свою добычу. Адские крики, хруст костей, чавканье, хлюпанье. Саид дрожит от ужаса и потерял дар речи. Он видит, как волк потрошить человека, как тащит из тела кишки и внутренности. Мальчик дрожит всем телом. Ему страшно. Он понимает, что у нет ни единого шанса выжить и он не может бежать. Он понимает, что как только пошевелится привлечет внимание волков. Рана на его руке кровоточит, рукав залит кровью и от боли слепит глаза. Мальчику страшно посмотреть на рану…потому что внутри нее все вывернуто мясом наружу. Преследователи корчились в агонии, сжираемые живьем. Они молились богу, они звали на помощь, но это место было позабыто Всевышним. Волки рвал и грызли свои жертвы, снимали лоскутками кожу. От увиденного принц был на грани обморока. Сейчас они закончат и обратят на него внимание. Заметят мальчика и нападут на него…И серый волк поднимает голову, отрываясь от своего страшного пиршества. Смотрит на мальчика издавая утробное рычание двигается в его сторону, и принц стонет от боли и ужаса не в силах даже пошевелиться. Но черный волк снова сбил с лап серого, придавил к земле всматриваясь в его морду и в его глаза. Какая-то странная борьба, которая длится несколько секунд и серый отступает. Он больше не бросается на ребенка. Саид молился как учила его мама и смотрел на волков. То, что он испытывал даже нельзя назвать страхом. Это адский ужас. Животная паника. Один из волков вдруг громко завыл. Его вой был очень пронзительным, громким, пробирал до костей. Ему вторили другие волки. Они словно пели песню то вместе, то по очереди. Перекликаясь, задрав окровавленные морды кверху. Черный выл громче всех, перекрывая голоса остальных и когда они постепенно замолчали он продолжил выть меняя тональность и постепенно понижаясь. Саид трясся, стуча зубами…по его коже пошли мурашки, а от потери крови он почти потерял сознание. К нему приблизится черный волк, обнюхал его и легко завалив на землю, сомкнул челюсти на его затылке, а потом потащил по земле. Тогда Саид окончательно вырубился. Это были древние… а Саид первый Император, обращенный стаей первородных волков, живущих в лесу. У них не было дома, не было титулов, они не имели власти. Ими управляла природа, а они поклонялись ей. Они приняли Саида. Они научили его всему что умели и знали сами… а он привел их во дворец. Это была страшная ночь Волчьей крови. Стая растерзала и уничтожила захватчиков…обратила тех, кто остался во дворце. В этой бойне был убит древний альфа и тогда Саид был избран. Так
появился клан Ибрагимовых, и он идет самых древних волков, сплетается с ними кровью. Ибрагимовы — прямые потомки первородных.***- Получается, что такими как вы можно стать… — Мы давно не обращаем. В этом нет надобности. Наш закон, одобренный Высшими и подписанный кровью, гласит о том, что обращение запрещено без важных на то причин. У нас рождаются дети. Мы не бездетны как вампиры. Нам не нужно обращать, чтобы продолжить свой род и увеличить свой клан. — Неужели за стони лет не было ни одного обращения. Айше усмехнулась. — Хочешь стать такой как мы? Я промолчала и опустила взгляд, потом посмотрела на младенца, погладила крошечную ручку и невольно прижалась к ней губами. — Быть оборотнем — это не значит вечная жизнь, красота и бессмертие. Это намного больше и страшнее. Это ежедневная боль, когда все твои кости ломает и выкручивает. Это голод…не просто голод, когда хочется есть, а адский, первобытный голод, когда просыпается жажда убивать. Людей. Убивать и есть их. Потому что они естественная наша добыча. Я судорожно глотнула воздух. — Но ведь ты этого не делаешь… — Потому что я не обращаюсь. Зато делают все остальные. Если ты думаешь что в подвалах сидят наказанные или заключенные ты ошибаешься — это приговоренные. Это наша еда! — Я знаю. — Тогда почему ты хочешь стать чудовищем? — Потому что я хочу быть с ним…всегда. Это случилось мгновенно. Молниеносно. Неожиданно настолько, что я даже не успела испугаться. Раздались оглушительные хлопки. Машина внезапно резко затормозила, ее развернуло и вынесло на обочину и Айше схватила меня за руку. — Началось! — Что началось? — Охота…На нас. — Что происходит? Она прижала палец к губам, приказывая мне молчать и принюхалась. — Они мертвы…, - тихо сказала она. — Кто? — Наш водитель и охрана!
Глава 15.2
Фей давно не говорила с ним и давно не звала его к себе. Посетить нейтрала на закрытой территории нереально. Никто не даст такого разрешения. Как говорится кто попал за стены Нейтралитета, тот оттуда уже никогда не выйдет. Разве что мертвым…И Фей помнила какой оттуда вернулась Марианна и Ник. Ее племянник. Нынешний Глава. Один из самых сильнейших из бессмертных. Один из самых влиятельнийших. Тот, кто сверг Курда и пришел к власти, тот кто был коронован самими Деусами. Теперь к нему просто так не попадешь…Теперь он сам решает, когда с тобой встретиться и как.
«Ник…ты мне нужен. Я должна поговорить с тобой. Без свидетелей».
Она думала, что возьмет время пока он появится и что это будет официально, что ее предупредят. Но племянник материализовался совершенно неожиданно. Он возник посередине ее лаборатории. И только раскачивание пол его черного плаща свидетельствовало о том, что он телепортировался из очень отдалённого места.
— Так быстро? — не веря своим глазам прошептала Фей.
— Моя дорогая, тетушка. Как я мог заставить тебя ждать? Скорее рухнут купола нейтральских замков, чем я дам моей прекрасной ведьме усомнится в своем племяннике.
— Все такой же повеса, дамский угодник. Можно сказать, что ничего не изменилось. Если бы я не знала, что теперь это лишь игра.
Улыбается. Он действительно рад ее видеть и эмоции не спрятаны под ледяной маской безразличия нейтрала. Глаза имеют белесый оттенок, словно синева прячется под молочной пленкой. Ясный, такой яркий синий взгляд так и не вернулся и лишь несколько раз Фей видела его снова — это когда нейтрал смотрел на свою жену. Все так же красив. Невероятной, неестественной красотой. От которой слепит глаза даже ей. И она объективна. У нее нет к нему чувств, нет женского восхищения и вожделения. Но даже она с благоговением смотрит на эту красоту, которой больше не существует в природе. Красивее мужчины она не видела никогда. Ни среди смертных, ни среди бессмертных.
— Я бы не стал играть для тебя.
— Думаю это комплимент.
— Ложь. Ты не думаешь. Ты в этом уверена.
Сделала пару шагов к нему, ломая собственную скованность погладила племянника по щеке, по волосам, потом обняла и он крепко обнял ее в ответ. Вот теперь это не игра. Подумала ведьма и сама улыбнулась. Она соскучилась по нему…по-прежнему ему. Засранцу, невыносимому, вредному. Очень соскучилась. И никак не могла привыкнуть, что теперь многое изменилось. И Ник даже не король Братства. Он несравненно больше. Он король всех бессмертных в этом мире. Он наивысший суд, он наистрашнейший палач и он ее племянник. Который вопреки всем бывшим законам нейтралитета не разорвал семейные узы, заняв свое высокое положение.
— Зачем ты меня позвала?
— Мне нужно твое разрешение. И еще кое-что рассказать…Но я начну с разрешения.
— Ты уже начала. Значит мой брат таки действительно решился?
— Решился. Я уже определила у кого, где и когда ОНА родится.
— Это впервые.
— Впервые. Но законом не запрещено. И мне нужно разрешение высших на использование деустала.
— Так как камни находятся в этом мире, то тебе будет достаточно моего разрешения.
— Ты его дашь?
Нейтрал подошел к столу с колбами и дымящимися зельями, просмотрел на них надписи, зацепился за микроскоп. Что-то долго там разглядывал. Он молчал.
— Мне рассказывали, что я ее знал.
— Ты этого не помнишь.
— Не помню. Память ко мне так и не вернулась, и ты об этом знаешь, Фэй. Я считал многие воспоминания, я просканировал все документы, которые были обо мне. Я знаю. Но я не помню. Это две разные вещи. О Лине мне никто не рассказывал. Только пространственно…И я не знаю почему, но мой брат совершенно избегал разговоров о ней и воспоминаниями не делился.
— Потому что вы соперничали.
— Что?
Нейтрал обернулся к ведьме.
– Тебе нравилась Лина. Может быть, это было желание насолить Владу. Но…между вами было нечто. Между тобой и ею. Может быть оно не переросло в настоящую страсть, в бурный роман. Но вы были к этому близки.
Прищурился, внимательно глядя на женщину.
— Охренеть, реально я пытался отбить ее у Влада? Я влез в его отношения с женщиной?
— Ооо, ты тогда во многое влезал лишь бы усложнить жизнь ненавистного братца. Эти твои воспоминания есть у меня…Ник.
— Тогда покажи мне. Я хочу знать дам ли я это разрешение.
— Ты задолжал Владу…Именно за это.
— Я бы хотел осознать это сам.
— Начиная с первой встречи?
— Нет, давай с более интересного.
Глава 16
— Лина, Лина… — но он слышал медленные удары ее сердца, пульс затихал. — Сейчас… потерпи… сейчас.
Обнажив клыки, он надкусил запястье и, когда темно-бордовая кровь закапала на снег, поднес руку к губам девушки. Приоткрыл ее рот, чуть надавив на подбородок, и капля за каплей вливал в нее жизнь. Сердце забилось быстрее, удар за ударом оно набирало обороты, пульс участился. Рука Ника прошлась по телу, ощупывая на предмет увечий. С левой стороны странное увеличение в области ребер, он приложил ладонь и почувствовал, как опухоль исчезает под его пальцами. Кровь вампира, его кровь, залечила раны.