Волчья Радуга

— Ты умеешь петь?

— Ну… — Катя скромно потупилась, — я знаю пару песенок. Ничего, если они будут… Как бы это сказать… Необычные?

— Не местные, ты хочешь сказать? — понимающе прищурилась Грэм. — Что ж, тем больший интерес они вызовут. Но ты всерьез готова выступить завтра? Ты не представляешь, как обрадуется Мэхо. Додина все пилит его, уговаривает заняться чем-нибудь другим, а он мечтает о настоящем театре.

К девушкам подбежал Фоз, запрыгал вокруг, приглашая к ужину.

— Вы все так привязаны друг к другу, — улыбнулась Катя, гладя непоседливого пуделя.

— Я очень люблю Мэхо и Додину, — серьезно сказала Грэм. — И Фоза, конечно. Они моя семья. Моя настоящая семья. И другой у меня уже никогда не будет.

За ответом акробатки скрывалась какая-то печальная тайна, однако Катя не считала себя вправе расспрашивать. Вскоре Додина по секрету пожаловалась гостье, что ее приемная дочь нездорова и часто страдает от сердечных приступов. Что они с Мэхо давно уговаривают девушку отказаться от выступлений, но она и слушать об этом не хочет. «Наверное, поэтому Грэм и грустит», — сочувственно решила Катя.

Глава 15 СМЕРТЬ ХРАНИТЕЛЯ

В замке Сварбор царила послеобеденная тишина. Морэф занималась рукоделием: вышивала золотисто— желтыми нитками по большому черному шелковому платку. Под королевским вензелем Морэф — змея, поглощающая четырехконечную звезду, символ Бекелфе— ла, располагалась карта обоих миров.

Морэф была погружена в приятные мечты о будущем владычестве. Она любовно водила ладонью по черному шелку Часть узора, изображающая Фенлан, была уже готова. Фенланом черные рыцари называли не только свою страну, но и всю землю, сведения о которой сохранились на старых картах: очертания неведомых континентов, россыпи островов в морях и океанах. Когда-то черные рыцари были хорошими мореплавателями — пока не переселились в эти богатые и сытые края. Морэф всматривалась в вышивку, и ей казалось, что она уже видит живущих там людей: у них разный цвет кожи, разная одежда, разные обычаи… Но никто из них не имеет представления о Домгале. Никто не знает, что как только Фенлан объединится с Бекелфелом, власть темного демона беспрепятственно распространится повсюду. Как просто! И не надо годами вести изматывающих войн, бояться бунтов…

Пожалуй, вышивку Бекелфела она не успеет закончить до полнолуния. Жаль: в этом кроется какое-то дурное предзнаменование. Но постоянно возникают дела, заниматься которыми приходится лично. Спасибо, есть еще ниф Зайт. Если его демоны выполнят свою задачу и уничтожат Хранителя в Бекелфеле, барон заслужит награду. Да, ниф Зайт — лучший, остальные ему и в подметки не годятся. Какой смысл иметь слуг, кормить бездельников-рыцарей, сулить всевозможные блага вассалам — баронам и герцогам, если в итоге все приходится делать самой? Вот и сейчас — кто там еще барабанит в дверь? От неожиданности королева уколола палец и в досаде швырнула платок на пол, лизнув ранку. Кровь была безвкусной, холодной и почти бесцветной — эликсир бессмертия навсегда изменил ее состав…

— Что нужно? — раздраженно крикнула Морэф. В дверь заглянул один из оруженосцев, рыцарь Денет. В его голосе звучал испуг:

— Королева, там, во дворе…

— А, — удовлетворенно кивнула Морэф, — пригнали деллузов? Сейчас иду. Да что ты дрожишь, Денет? Эти создания рождены, чтобы верно служить мне. Они должны пугать только моих врагов.

Королева заботливо подняла с пола брошенный платок, аккуратно свернула и убрала его в комод. Потом набросила на плечи короткую шубку, отороченную огненно-красным лисьим мехом, крикнула служанку, чтобы та поправила ей прическу. Глянув в зеркало и оставшись довольна собой, Морэф спустилась вниз.

Выйдя на крыльцо, королева на мгновение замерла — если не от испуга, то от неожиданности. Такого она не ожидала. Больше полусотни огромных, тяжеловесных существ топтались посреди двора, у подножия статуи Домгала. Они напоминали огромных гривастых быков с изогнутыми толстыми рогами, но задние их ноги походили на лошадиные, а передние и вовсе были тигриными лапами; зверюги злобно рыли землю огромными скрюченными когтями. Морды у деллузов тоже были лошадиные, но, скалясь, ужасные существа обнажали громадные клыки.

Морэф удовлетворенно улыбнулась. Получилось даже лучше, чем она рассчитывала. Все деллузы совсем недавно были людьми — невежественными, темными, здоровенными мужиками, которые не прочь шутки ради снести соседские ворота, сломать быку хребет или побить жену, если попадется под пьяную руку. Демоны из них получились соответствующие — бесстрашные и тупые солдаты. Таких не напугают чудеса Волшебного леса.

В стороне, шушукаясь и хихикая, стояли две знакомые Морэф молоденькие демоницы — кажется, их звали Гарин и Аназда. Девчонки, наверное, любовались на дело своих, в некотором смысле, рук. Заметив королеву, они замолчали и вытянулись в струнку. Вокруг стада деллузов похаживал с бичом в руках широкоплечий рыцарь по имени Килд, которому была доверена муштра этих ужасающих созданий.

— Ну что, рыцарь Килд, твои подопечные неплохо выглядят! — звонко крикнула Морэф. — Пора вести их к присяге.

Килд взмахнул бичом.

— Слушай меня, рогатые! Преклоните колени перед Домгалом Всемогущим и великой королевой Морэф!

Стадо дружно, хотя и неуклюже подогнуло передние ноги.

— Служите мне верно, и я награжу вас по заслугам! — крикнула Морэф формулу присяги. Деллузы ответили ей нестройным оглушительным ревом.

Пушистый хвост мелькал между деревьями, и «паломники» старались не отставать от оборотня.

— А я уже почти привык, — делился впечатлениями Василий. Он, кроме своих вещей, нес и рюкзак Яно с его одеждой. — Как будто с собачкой по лесу гуляем.

— Тише ты, он же все слышит, — шикнул на него Иван.

— А что я такого сказал? Собака — друг человека. А хомо хомини люпус эст. Интересно, а здесь грибы водятся?

Оборотень вдруг остановился, встряхнулся… «Паломники» отвернулись, поняв, что началось превращение. Через минуту Яно голышом зябко заплясал на лесной тропинке.

— Давай, одевайся быстрей, чай, не май месяц, — Василий бросил Яно джинсы, свитер и стройотрядовскую куртку. — Интересно, как мы в этом шмотье впишемся в местный колорит?

— Все, Волшебный лес мы миновали, — хрипло сказал оборотень. — Теперь я знаю, как выйти на дорогу.

— А почему, кстати, эти места называются Волшебным лесом? — спросил Иван. — Пока мы шли, я не заметил ничего волшебного.

— Да, где танцы эльфов на лужайках, где лешие и говорящие зверушки? — поддержал Василий.

— Я тоже никогда ничего не видел, — признался Яно. — Я боялся заходить сюда и волком, и человеком. Но мой учитель, который похоронен там на полянке, объяснял мне, что лесная Хозяйка бережет эти места от Домгала. А на что она способна — этого никто не знает. Хорошо, что она не обратила внимание на наше присутствие. Говорят, она добра к зверям, но любить людей у нее нет причины. Особенно, черных рыцарей. Они наши враги, наверное, поэтому Волшебный лес беспрепятственно пропустил нас.