Волхв-самозванец

— Хорошо, что вы оба появились.

Наташа покинула нас на минуту и появилась уже с термометром и чайной ложкой.

Градусник обосновался у меня под мышкой, затем дошел черед и до ложки.

— Открой ротик.

— У-у-у…

— Открой.

— Я так, не нужно ложки.

— Ай-яй-яй, — покачала она головой. — Да мы простыли… Значит, так, герой, постельный режим, компрессы, горчичники, а также шерстяной шарф и носки.

— Компресс спиртовой? — уточнил Данила.

— Сойдет водочный, — решила Наташа, пробуя губами мой лоб. Будто градусника мало.

— Если водочный — значит внутрь, — решил я.

— Для затравки, — поддержал благое начинание Даня.

— И не мечтайте, — отрезала Наташа, принимаясь хозяйничать.

Она принесла со второго этажа носки и зимний шарф — вещи тотчас оказались на мне, а я — под теплым одеялом, с горлом и грудью, растертыми «перваком» производства бабки Явдохи.

Эх, уплывает добро…

Сочтя, что пять минут миновали, Наташа достала термометр:

— Тридцать восемь и девять… Я так и знала.

Данила озабоченно нахмурился:

— Что-то случилось?

— Да вот… заболел.

Наташа ушла на кухню, и оттуда раздалось восторженное «кис-кисканье».

— А подрал кто тебя?

— Где? — удивился я.

— На плече глубокие царапины, воспаленные, промыть бы.

— Ерунда. Об дерево расцарапался. Заживет.

— Ладно. Сделаю вид, что верю. Рассказывай.

Но силы стремительно оставили меня, и я погрузился в дремоту, так и не поняв, зачем позвонил. Может, испугался одиночества? Так я давно одинок, если не считать разных мимолетных знакомств и периодических, но не сильно частых дружеских налетов. Или это болезнь обострила потребность в коллективе?

В сознание я пришел лишь через трое суток, страшно слабый и с постоянным головокружением.

То, что я не загремел в больницу, целиком и полностью заслуга моих друзей. Они остались со мной и исполняли роль сиделок и медперсонала.

Ната готовила, убирала и выполняла прочую работу по дому. Данила лихо делал уколы и следил за капельницами.

— Спасибо, — прошептал я.

— Ерунда, — отмахнулся Цунами, он же Данила. — Я все равно в отпуске.

— Пожалуйста. — Наташа изобразила реверанс, явив взору белые выпуклости грудей в разрезе халатика.

При своей сногсшибательной внешности она еще больший отшельник, чем я. По призванию или, может, по душевной склонности она хакер. Правда, по ее собственным словам, она не проникала в секретные базы данных ФСБ и ЦРУ и не переводила миллионы на свой счет из швейцарских банков, но по Интернету шастает, как по собственной квартире, проникая в закрытые сайты и скачивая платные файлы, не заплатив ни цента. При этом (или из-за этого) стойко игнорирует программную «манную кашку» от Б. Гейтса, предпочитая самостоятельно отлаживать оболочки, прописывать драйвера и заниматься прочей малопонятной для такого «чайника», как я, возней.

Странную компанию мы собой представляем. Живем все в разных, хотя и соседних, городах. Встречаемся раз-два в месяц. А уж о какой-то схожести даже говорить смешно. Наташа, она же в узком кругу Призрак, девочка-мажор (ее предки сидят высоко и едят хорошо), но она чудо; Данила — Цунами, дитя улиц, по профессии охранник, а на деле вышибала в баре; и наконец я — начинающий писатель Аркаша по прозвищу Волхв (и совершенно не из-за моей должности в царстве Далдона, об этом они ни сном, ни духом), все литературное наследие которого заключается в стопке неизданного, писанного в ящик, и десятка рассказиков в бульварных газетках. Чтобы намекнуть о стиле этих рассказиков, приведу лишь название одного из изданий — «Мисс Оргазм». Усекли? Вот именно. Порно, спрятанное среди охов и вздохов. Ну да бог с этим. Главное, что, собравшись вместе, мы всегда находим чем заняться. То выпить, погужеваться и вместе поутру страдать от похмелья, то обсудить новинку кино или литературы, а то и просто потравить анекдоты.

Все-таки какие они у меня классные…

Данила принес бульон и принялся кормить меня с ложки.

— А где Ната? — поинтересовался я, старательно глотая горячую жидкость с запахом курятины.

— Наверху, воюет с твоей техникой.

— Какой?

— Сам угадай. Сидит, жмет на кнопки и ворчит: «Как можно на таких дровах работать?»

— Не вынесла душа поэта, — продекламировал я, — «четверка» бедная гудит, ну а Наташка все ворчит.

— Ага. Говорит, что с твоей антивирусной базой лучше сидеть дома и не высовываться в люди, а то сжуют.

— Даня, попроси ее собрать всю информацию о Кощее.

— Это о котором? О Бессмертном, что ли?

— Угу.

— Зачем тебе?

— Для рассказа.

— Понятно. Только лучше сам скажи, я уже попрощаться хотел. На работу пора.

— Уже?

— Что ж поделаешь.

— Жаль, — вздохнул я.

— А то… Если что, — сразу посерьезнел он, — звони, и я приеду, сам или с ребятами, только шею больше не подставляй. А то синяки больно нехорошие. О'кей?

— Постараюсь, — пообещал я, пожимая протянутую руку.

Глава 12 ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БОЕМ

Точность — достоинство королей…

Классик… снайперов Современник

Снедаемый беспокойством за Аленушку, я начал томиться одиночеством: Данила убежал, Ната засела за компьютер, а это надолго, домовой, как и договаривались, где-то прятался, даже Васька куда-то пропал. Может, кошечек соседских охмуряет?

Взял книгу, открыл, некоторое время таращился на ровные рядки букв, не видя их, затем закрыл и сунул под диван — до лучших времен, когда голова не будет так сильно забита мыслями.

«Что-то я проголодался», — подумав, решил я. А поскольку никто не поспешил с подносом, полным яств, то пришлось выбираться из-под одеяла и ползти на кухню. Благо передвигаться я уже могу и без помощи жителей моей тени… Можно, конечно, окликнуть Призрака, но, во-первых, не хочется отвлекать ее, а во-вторых, очень велика вероятность, что она натянула наушники, а в этом случае ори не ори — один черт.

Чего бы мне слопать? В смысле съесть.

Заглянул в холодильник — полным-полно всяких разностей — не иначе Ната расстаралась. Пошарил по полкам и наткнулся на почти полный бочонок черной икры.

Потирая руки в радостном возбуждении, вызванном возможностью сделать подружке приятный сюрприз, я достал большую суповую миску и наполнил ее с горкой. Отрезав пару ломтей хлеба и наполнив кружки молоком, я выставил угощение на поднос и довершил сервировку большой деревянной ложкой, воткнув ее в икру.

Вернув бочонок в холодильник, я, подхватив поднос, устремился на второй этаж, в мой, так сказать, рабочий кабинет.

С грацией взаправдашнего официанта, правда, очень комично выглядящего в спортивном костюме и с шарфом на шее, я поднялся по лестнице и вошел в комнату.